Виктория Даркфей – Цикт «Следствие ведет Кларина Риц». 3 книги в 1 (страница 11)

Его непроницаемый взгляд и недовольно поджатые губы заставили Клару собраться. Проглотить подступающие слезы, встать и выпрямиться.

– Простите, – произнесла она не своим голосом. – Нас не представили.

Императорский посланник так удивился, что чуть не подавился заготовленной речью. Вместо этого он слегка наклонил голову и сказал:

– Граф Годерик Ольхам фон Рильхмайер к вашим услугам, мисс.

Про себя она присвистнула. Ого, какой знатный! А вслух ответила:

– Мисс Кларина Риц, очень приятно. Так что это за гадость у меня на руке?

Странно, но с его появлением она почувствовала себя увереннее. Будто он мог сотворить некое чудо, недоступное Люренцу.

Рильхмайер усмехнулся. Он повернул голову в сторону открытого дверного проема, из которого наружу тянулись тонкие, словно паутинки, черные нити. Они шевелились, будто щупали воздух в поисках кого-то.

Клара в ужасе ухватилась за противные перила и постаралась вжаться в них. Она во все глаза смотрела на жуть, лезущую из избушки, и не заметила, как безобидная плесень на поручне отползла от ее руки подальше.

Граф вытянул трость и громко произнес:

– Фареро!

В проем из набалдашника ударила струя огня. Она выжгла внутри всю черноту, и зеленоватый свет болотных сумерек проник внутрь хижины. Клара смотрела на это с облегчением, но все еще ждала ответ. Совать руку под пламя ей очень не хотелось. Но все оказалось намного хуже.

– Вы идиоты, мои недорогие, глупые констебль и его стажер, – высокомерно заявил этот нахал. – Хотя к вам, мисс, это относится в меньшей степени, нежели к вашему напарнику.

– Что вы…, – заикнулся Люренц, но умолк под тяжелым взглядом графа.

– Вы попали в ловушку. Точнее, не вы, констебль, а ваша стажерка. Что весьма прискорбно.

– Да объяснит мне кто-нибудь, что происходит?! – взорвалась Риц.

– Извольте, – Рильхмайер стряхнул с рукава несуществующую соринку, в то время как Кинс подавленно молчал. – Анимарьята Мхеус – порождение Услимских топей. Один из самых ужасных монстров, в народе именуемых моховиками. Эти волоски у вас на руке заразны. В разные годы моховики заражали до половины населения Мюста. Справиться с ними могли только императорские маги. Это не лечится, поэтому ради безопасности жителей в город вы не вернетесь.

Он говорил жестко, безжалостно, не оставляя ни малейшего намека на надежду. А Клара где-то на задворках сознания умудрилась отметить, какой у него красивый и бархатистый тембр. И даже жестокие слова его не особенно портили.

– И… что со мной будет?

Как назло, рука стала дико чесаться. Кларина с опаской посмотрела на нее и увидела, как темные волоски шевелятся на коже.

– Это паразит, – на этот раз ответил Кинс. Он говорил медленно и через силу, но Рильхмайер не стал перебивать его, хотя ему очень хотелось. – Он подменяет собой все. Мысли, разум, чувства. Прорастает внутрь. Управляет телом, покрывает его спорами и заражает всех, до кого может дотянуться. Прости меня.

Он обессиленно опустился на дно лодки и зарылся руками в волосы на голове.

Клара от него отвернулась. Риц пока не готова была похоронить себя, и это посыпание головы пеплом ее жутко раздражало.

– И ничего нельзя сделать? Отрубить руку, сжечь?

Она протянула пострадавшую конечность императорскому посланнику, как наиболее адекватному собеседнику, словно предлагая сотворить предложенное прямо сейчас.

Он удивился еще больше, и в его глазах мелькнуло сожаление.

– Это не поможет, – сказал он и потупился.

– Да черт бы вас всех побрал! – разозлилась Кларина и изо всех сил почесала руку, которая к этому времени раззуделась так, будто ее покусала сотня комаров.

Риц остервенело чесала ладонь, чувствуя себя блохастой псиной, которую посадили в ушат с горячей мыльной водой. Однако то ли от такого обхождения, то ли еще от чего-то, паутинки мха на коже стали грубеть, толстеть и отваливаться. И скоро их не стало совсем. Рука приняла свой обычный вид.

– Ну вот, – с отрешенным видом заметила Кларина, – кажется, проблема решена.

***

С Рильхмайером они расстались на площади перед полицейским участком. Было уже темно и поздно, когда они вдвоем вышли из портала, вызванного императорским посланником. Он был так удивлен, что моховик отстал от Клары, что часа полтора вертел ее, осматривал и пытался понять, как это вышло. Объяснения он не нашел, зато Кларина обнаглела настолько, что попросилась с ним вернуться в Мюст через портал. Плыть в лодке обратно, да еще и в компании с Кинсдахдом, который продолжал казниться, было выше ее сил.

Кларина так устала, что едва передвигала ноги. Внутри звенело от опустошения, и девушка буркнула что-то невнятное и не очень-то вежливое на прощение графу. Отвернулась и пошла вниз по улице, мечтая закрыться ото всех в своем домике. А он хмурился и еще некоторое время смотрел ей вслед, словно стараясь разглядеть нечто, что так и не далось ему на болоте.

Лишь переступив через порог дома, Клара поморщилась от легкого укола совести. Люренцу, который не мог себе позволить, как и все среднестатистические магики, применять затратную портальную магию, предстояло плыть не меньше двух часов до города. Но в отношении него девушка испытывала смешанные чувства и разбираться в них сейчас не собиралась.

Она развела огонь и нагрела воды для чая. Мечте о теплой ванне не суждено было сбыться, ведь воду в Мюсте грели чарами. Но удобно устроиться на диване перед камином и расслабиться получилось.

Риц пила приятный травяной напиток маленькими глотками и смотрела на огонь. Мыслей не было. Лишь потом они стали медленно проявляться.

Кларина чувствовала себя очень странно и все время посматривала на руку. Вдруг мох опять появится? Вдруг это чье-то коварное колдунство, призванное заразить горожан с ее помощью? Именно этого боялся Кинс, да и Рильхмайер тоже. Там, на болоте, она изо всех сил старалась на нем не остаться, спастись, найти способ очиститься. Унести ноги, наконец, ведь в тот момент перед ней, как никогда близко, замелькала перспектива распрощаться с жизнью. И не от рук какого-нибудь монстра, а с легкой подачи старших спутников. Которые, Кинсдахд уж точно, должны были, наоборот, прилагать усилия, чтобы научить ее полицейскому делу. Не притопив при этом в омуте под корягой.

Кларина поставила чашку на стол с громким стуком. Нет, сегодня ей требовалось что-нибудь покрепче.

У нее не было денег, чтобы тащиться на ночь глядя в таверну или в лавку забвения с напитками и настойками на всякий вкус и кошелек. Одна такая как раз находилась по пути к участку.

Вместо этого Кларина прошла на кухню и открыла старый буфет. Там стояло несколько початых бутылок, оставшихся от прежних постояльцев. Большинство из напитков никуда не годились, только если болотных тварей травить. Но одна – зеленая настойка под названием Змейка – была еще довольно свежей. Клара налила себе немного и залпом выпила. Поморщилась, закашлялась и быстро поставила эту гадость обратно.

Она вернулась в гостиную, уже чувствуя, как по телу разбегается желанное тепло, а внутри, будто ослабла натянутая пружина.

Около хижины Кинс ошибся. Как и она сама. Появления болотных гадов можно было не бояться. Они не приближались к этому месту не потому, что засели внутри, а потому, что до одури боялись моховика. Все живое обходило зараженную избу по большой дуге, и поэтому там было так тихо.

Ее пробрала дрожь. Какой же участи ей удалось избежать и, главное, почему?

Избушку они осмотрели мельком. Никто не отважился войти внутрь даже после того, как Рильхмайер выжег внутри всю мерзость. Даже он сам. Кларину там же начало колотить, хотя она и пыталась храбриться. Когда все собрались возвращаться, у нее как-то само собой вырвалось в сторону графа, который собрался вызвать обратный портал:

– Господин граф, я иду с вами.

Он только бросил странный взгляд в сторону Люренца и сделал ей приглашающий, хоть и чуть насмешливый, жест в сторону бездонного круга, наполненного бурлящим темным туманом, что уже успел раскрыться за его спиной. Она вошла первая и со вздохом облегчения сразу же шагнула на мостовую города.

Завтра предстояло как-то выяснить отношения с напарником, если его, конечно, не сожрали крокодилы или кто похуже, пока он плыл обратно. С этими мыслями Клара сладко засопела, даже не вставая с жесткого дивана.

Глава 6

Утро в полицейском участке выдалось напряженное. Едва Кларина успела войти в общий зал, как была остановлена криками.

– Как вы не понимаете! – Вунсон орал в своем кабинете, будто раненый осел. – Зверь вот-вот снова выйдет на охоту и начнет убивать!

– Это вы не понимаете, – тише, но от этого не менее звучно и грозно отвечал господин императорский посланник, голос которого Клара теперь могла бы узнать из сотни. – Я вам уже все объяснил и не вижу причин повторять вновь! Дождитесь меня и не смейте лезть в болото до отмашки!

Последние слова и таким тоном, он, конечно, сказал зря. Это понимали все констебли и посетители полицейского участка в общей зале. Они зачарованно слушали, кто из больших начальников перекричит другого, и что из этого получится. Поэтому Вунсону не оставалось ничего, кроме как ни в коем случае не соглашаться на предложение графа. И шеф полиции не подкачал.

– Да идите вы к черту! – последовал его взбешенный ответ.