Виктория Даркфей – Моя история перемен (страница 15)

– Мы расстаёмся, – холодно отчеканила я, встретившись взглядом с мутными глазами бойфренда, который, кажется, не до конца осознал моё появление. Всё правильно, мать его не беспокоила в неурочные часы, чтобы сынок, не дай Бог, не сбежал из-под её крыла и не оставил одну на старости лет. А больше ему таиться было не от кого.

За его плечами на экране компьютера правили жуткий бал герои мультфильма, создатели которого, наверное, отродясь не слышали о такой штуке, как женская физиология. Я во все глаза вылупилась на человека, которого в какой-то период жизни считала себе близким. В сознание медленно, но неотвратимо вливались мелкие ядовитые детали происходящего: замершая рука под столом, смятая несвежая постель, кислый запах пота…

Я резко развернулась и выскочила в коридор, как ошпаренная. Мне было противно даже сделать лишний вдох в этом месте. Я чувствовала себя грязной.

Я скатилась по лестнице, едва не свернув шею! С ужасом услышала, как кто-то выскочил на площадку столь же нетерпеливо, как и я, и дикими скачками понёсся за мной следом.

– А ну, стой! – заорал Генка во всю мощь своих лёгких. – Иди сюда, сейчас я тебе покажу, как мы расстаёмся!

Я побежала ещё быстрее, стремясь скорее вырваться на волю. Ноги запутались, и я упала, больно ударившись коленом. В ушах завибрировал отражающийся от стен голос бывшего кавалера. Он неумолимо настигал меня на уровне первого этажа, где окна были не предусмотрены в принципе, а лампочка, как всегда, перегорела. Такой голос мог бы быть у того демона, что насиловал нарисованную девушку в мерзком мультике. На меня надвигалась огромная фигура, весь ужас которой надёжно прятал вонючий полумрак подъезда. Я забилась в угол, уже не дыша, а через раз всхлипывая в сгущающемся кошмаре.

– От меня нельзя просто так уйти, – пророкотал монстр. – Ты будешь наказана!

Услужливое воображение тут же подкинуло несколько отвратительных сцен с участием моим и демона. Над всем этим безобразием порхало невинное, на первый взгляд, личико пожилой Валерии Павловны, но я то знала, что ей интересна каждая деталь.

Я оказалась схвачена. Меня волоком потащили обратно на третий этаж, где тёмным провалом вырисовывалась открытая дверь квартиры. Словно это логово настоящего чудовища, устроившего себе скромный миниад в старом районе провинциального городишки.

Пять ступенек, три, одна. Из черноты выплыла сутулая фигура Валерии Павловны, которая в предвкушении потирала сухонькие ладошки и жадно вглядывалась мне в лицо безумным глазами…

… хотя… нет, нет, нет, подождите-ка. Конечно, Генка не пошёл за мной. Он просто руку из трусов выпутать не смог…

Я выскочила из подъезда и привалилась к стене. Выдыхай, бобёр, выдыхай!

Кошмарные картины ещё будоражили моё воображение. Отдышаться было непросто. Я боялась, что Гена одумается и побежит меня догонять. Я не хотела с ним разговаривать после всего, что видела. Не хотела, вообще, иметь что-то общее с этим парнем, и очень сильно жалела, что судьба нас свела когда-то, а я была настолько наивна, что умудрялась рассмотреть какую-то романтику в наших отношениях.

Да он дрочит на хентай! Какая уж тут романтика?! Это просто мегасмерть всего романтического, а точнее, моих иллюзий относительно этого парня.

Хотя, с другой стороны, хорошо, что они рухнули. Более жирную точку поставить сложно, и теперь я ни капли не сомневалась, что нам давно пора было расстаться. Больше никаких оправданий, компромиссов и лжи самой себе.

Я быстро зашагала в сторону остановки, чувствуя, что внутри никак не успокоится возмущение.

Пилик. «Я не понял, че это было?» – «проснулся» Гена.

Я усмехнулась, поняв, что больше не считаю мелочным и низким игнорировать конкретно этого человека.

Дома мне пришлось ещё долго приходить в себя после пережитого стресса. На помощь пришла горячая ванна и пара серий любимого сериала про драконов под чашку чая с шоколадными печеньями. Спустя три часа я смогла вспоминать утреннее происшествие без содрогания и даже посмеялась над нелепостью ситуации. Сложно вообразить что-то более гротескное и глупое.

А уж, что я напридумывала под катализатором увиденного мультика! Вот где кладезь скрытых страхов и гипертрофированных переживаний. Мне только жаль было потраченных месяцев, жаль своих чувств, и что я сделала столько шагов навстречу человеку, который поленился ответить мне тем же. Но больше всего я переживала, что выбрала откровенно недостойного кандидата. Из Гены никогда не получился бы по-настоящему близкий для меня человек.

Но каким же он должен быть? В разговоре с Викой я упомянула об умном, симпатичном и серьёзном парне с чувством юмора. Но достаточно ли этого для полного счастья?

Чем пленил меня Генка? Внешне он мне нравился. Выше меня, темноволосый, лицо приятное, но не смазливое. Сильные руки – я постаралась отогнать воспоминания о том, что он вытворял этими руками сегодня под столом… В меру широкие плечи, подтянутая фигура рабочего человека. О чём мы с ним говорили, когда только начали встречаться? О самых ярких впечатлениях наших жизней, но подобных общих воспоминаний так и не обрели. Тогда он не казался мне глупым или ограниченным, да и эпизоды с мамой ещё не имели места.

И он мог насмешить меня. Пусть его юмор отличался приземлённостью, но поначалу мне этого хватало. Значит, почти все условия оказались соблюдены. Но почему-то счастья так и не вышло.

На душе стало грустно. Неслышно подкралась безысходность. Я подумала, что в такой ситуации не обойтись без лучшей подруги, но мне не хотелось сейчас загружать Вику своими переживаниями. Ведь у неё отношения только начинались, она плыла по совершенно другой волне. Я собиралась обязательно рассказать ей обо всём и в красках, но чуть позже. Когда перестану так остро переживать о случившемся. Меньше всего мне хотелось отравить существование подруги своими сомнениями и переживаниями, особенно учитывая её собственных тараканов, которые то прогоняли от неё парней, то уводили её саму.

Миновала большая часть воскресенья. Я поняла, что безвозвратно отстала от графика со всеми этими пертурбациями в личной жизни. Домашние дела оказались не переделаны, за текст я так и не села.

Мне было трудно смириться с этим, не хватало потерпеть фиаско ещё и на этом фронте. Но не каждый день расстаёшься с бойфрендом, каким бы козлом он в итоге ни оказался… Тем более. Куда деть шквал эмоций, как не направить его в творческую стезю? Я снова наплевала на бардак в квартире и с вожделением открыла крышку ноутбука, чтобы излить ему душу и окунуться в созданный мною мир. И он забрал все мои переживания, взамен оставив приятное опустошение. Три часа работы принесли мне две с половиной страницы живого эмоционального текста, и я легла спать с лёгким сердцем, чистой душой и чувством выполненного долга.

ЧАСТЬ 2, где всё несколько запутывается

ГЛАВА 7. Время выбирать осознанно

Госпожа Вселенная часто наведывается в мои угодья. Словно сотканная из голубоватого мерцания звёзд, она появляется в средоточии Гласа Мироздания – сияющих путей первородной энергии, на ветвях которого созревают волшебные плоды — и ищет. Ищет нужный мануар, тот самый, откуда идёт тоненький зов. Голос, слышный только Госпоже.

Она углубляется в живое сплетение Гласа, бесконечные косы и жгуты, плети, складывающиеся в прихотливые извивы, где свершаются истории. И среди этого великолепия, словно квинтэссенция красоты, нарождаются искристые, живые мануары. Все двенадцать цветов, богатство оттенков и неповторимые узоры историй… В моём саду нельзя встретить ни одного одинакового плода.

Поэтому госпожа Вселенная никогда не ошибается. Она идёт, как по путеводной нити, и совсем скоро её тонкие полупрозрачные пальцы осторожно дотрагиваются до нужного мануара. Чтобы увидеть, чтобы понять…

И в который раз я вижу, как госпожа одно мгновение касается волшебного плода, а потом её лицо становится чуть веселее или на нём проступает тень печали. Это значит, что ход истории либо изменится, либо нет. Она может стать ярче или тусклее в зависимости от выбора Вселенной. А может статься так, что на серебристую дорожку моего сада упадёт оконченная история — вызревший плод.

Я лишь хранительница. Мне не дано заглянуть также глубоко. Они все в моей власти, но я могу любоваться только внешней красотой, но не внутренней. Бывает, это сильно меня не трогает, но иногда я словно сама не своя, и, будто не хозяйка здесь вовсе. Я бреду за госпожой Вселенной в тщетной надежде расслышать то же, что и она, прикоснуться и увидеть историю изнутри.

В мои руки попадает мануар. Красивый шар, достойный дополнить коллекцию в звёздном хранилище. И только. Я не вижу жизнь, не чувствую любовь, а лишь знаю о них, потому что моя история бесконечна.

Мне кажется, в такие минуты мой сад тускнеет. Словно сам Глас Мироздания меркнет, оставляя едва заметное свечение, а искристые шары становятся похожи на неверные огоньки, которые вот-вот погаснут. Совершенная красота моей обители вдруг перестаёт радовать меня, и я не знаю, что это означает…

Я откинулась на кресло, устало протирая глаза. Книга спорилась, но я уже поняла, что дописать её будет не так просто. Порой я так уставала на работе, что мне казалось – всё, утром не встану, и график полетит к чертям… До сих пор у меня получалось соблюдать его, но я не была уверена, что так будет и впредь. Плюс я поняла, что творчество – это большой труд. Моё детище жило, дышало вместе со мной, я вкладывала в него душу.