Виктория Даркфей – Моя история перемен (страница 14)

– Признавайся, ты специально нарядила меня в ту адскую юбку, чтобы на моём фоне было легче цеплять нормальных парней? – произнесла я на полном серьёзе, сощурив глаза.

– Что? Нет! – кажется, она поверила.

Я расхохоталась.

– Да расслабься ты. И кто он? Как зовут?

– Дима, – выдохнула Вика. – Ну ты меня и напугала, дурёха.

Оказалось, что пока я зависала на танцполе, Вика познакомилась с молодым человеком, который, судя по его поступкам на данный момент, вполне мог считаться стоящим кандидатом в бойфренды. Начать с того, что в клубе он не клеился, не был пьян, обдолбан и, вообще, вёл себя очень прилично. В нём сразу узнавался редкий гость подобных заведений, что лично для меня являлось дополнительным плюсом. Хотя ещё совсем недавно я и мечтала встретить в «Двери» прекрасного принца. Положа руку на сердце, я могла признаться себе, что мне не нужен парень, который слишком много тусуется. Иногда выйти в свет со своей девушкой или в компании друзей – это другое дело. Вот Диму и вытащили друзья в тот вечер, а в результате два одиночества встретились.

Я украдкой вздохнула. Ну почему я напилась тогда? Что мне стоило подождать, пока Вика познакомится с Димой? Быть может, не только он там был одинокий… Но теперь я представляла, что он обо мне подумал. Он нёс меня на плече вниз головой, а учитывая длину моей юбки… В общем, всё понятно. Знакомиться с парнем подруги желания пока не возникало. Может, позже, через годик, когда моё лицо сотрётся из его памяти…

И вот теперь Вика и Дима встречались. Уже целую неделю он никуда не пропадал с горизонта, регулярно звонил и появлялся на пороге, в обязательном порядке принося букеты цветов и конфет. И вроде всё было хорошо, но…

– Не пойму, что тебе в нём не нравится? – я не удержалась от вопроса.

Я знала Вику, как облупленную. И с одного взгляда поняла, что ей чего-то не хватает. Парень ей был небезразличен – это однозначно. Так что же не так?

– Понимаешь, Арин, – протянула Вика, а я сделала мысленную пометку, что всё серьёзно, ибо в остальных случаях меня по имени в этой квартире не называли, – он другой.

– В смысле?

– Он такой обстоятельный, серьёзный. Я не знаю, как себя с ним вести. И постоянно боюсь в чём-нибудь ошибиться, повести себя не так, разочаровать его что ли… Удивлена, как его в клуб друзья затащили, насколько я поняла это не в его характере. Дима даже сам сказал, что не любит все эти заведения. А ты же меня знаешь, я не могу без тусовок. Думаю, мы не пара и всё равно скоро расстанемся.

На этой ноте Вика окончательно скисла, а я поняла, что положение надо спасать. Частые неудачи на личном фронте не прошли для неё бесследно, и теперь подруга порой заморачивалась на пустом месте.

– Ты скажи, он тебе нравится?

– Нравится, – твёрдо ответила она.

– Тогда тебе не надо ни о чём думать. И обманывать его своим поведением тоже. Может, ему нужна взбалмошная лихая особа, чтобы разбавлять однообразные будни, а ты из себя монашку строишь.

Вика прыснула, но покачала головой, не соглашаясь.

Что помогло нашей дружбе прожить так долго, так это разные вкусы на парней. И я решила зайти с другой стороны:

– У него чувство юмора есть?

– Есть.

– И насколько я поняла, на него можно положиться?

– Вполне.

– Он симпатичный?

– Очень.

– А в постели?

– Мммм…

– Что, не спали?

– Нет.

– Значит, джентльмен и разборчив в связях…

– К чему ты клонишь? – Вика стала подозревать, что моё любопытство неспроста.

– Если он тебе не нужен, может, уступишь любимой подруге? Я как раз подыскиваю себе умного, серьёзного парня с чувством юмора и симпатичного. Вместо того придатка, что ждёт меня завтра на своём раздолбанном диване.

Вика уставилась на меня удивлённо. Потом поняла, что я хотела сказать.

– Ты сегодня уже второй раз меня разводишь, подруга. И не забывай, что он видел твою задницу в чёрных труселях!

– Благодаря тебе!

Мы захохотали и чокнулись бокалами. Но на душе всё равно было немного грустно, и это чувствовала каждая из нас. Словно нам чего-то не хватало для полного счастья, какой-то малости, но мы никак не могли понять, чего же именно.

– Я желаю тебе только счастья, – сказала я, глядя Вике в глаза.

– Я знаю, – нежно улыбнулась она. – Я знаю, Андреева.

Домой я в тот вечер не поехала. Мы просидели за душевными разговорами с Викой до глубокой ночи, а потом легли спать, как в старые добрые времена. Она почти сразу засопела, а я ещё долго пялилась в потолок, вспоминая детали наших посиделок. Только ли Вике я сегодня толкала свои мудрые речи? И где пропадал этот кладезь мудрости и жизненных советов, когда я соглашалась на свидание с Генкой? Кто знает, может, эта сердечная беседа была мне нужнее, чем Вике, и благодаря ей я ответила себе на тот самый вопрос, каким задавалась сегодня в супермаркете…

Я встала рано – скорее уже по привычке. А может, одно нерешенное дело не давало мне покоя, ментально подталкивая ближе к краю дивана. Часы показывали восемь утра. Что-то несусветное после поздних посиделок за бокальчиком белого полусладкого.

Вика крепко спала, и я решила не будить её. Прошлёпала босиком на кухню и сделала бутерброд и кофе. Задумчиво жуя завтрак, смотрела в окно и размышляла о том, как мне лучше всего поступить. С Геной мы договорились увидеться в три часа дня. Договариваясь с ним, я не думала, что заночую у подруги. Следовательно ежедневное свидание с ноутбуком сегодня утром не состоялось. Пока ещё ситуация была поправима, но я представить себе не могла, что просидев за компом несколько часов подряд и вынырнув из своих чудесных миров, я отправлюсь к Гене в гости. А там тёмная квартира, извечный запах борща, въевшийся в каждый сантиметр выцветших допотопных обоев и пыльных штор, и скрипучий диван, на последнем издыхании переносящий наши сношения…

Меня замутило. Я поняла, что теперь близко не подойду к спальному месту горе-бойфренда. Встречаться с ним самим тоже большого желания не было, но с человеком обойтись столь же бескомпромиссно, как и с предметом мебели, не получалось.

Я быстро собралась, ощущая внутри порыв покончить с этим делом раз и навсегда. Меня распирало, я выскочила на лестничную площадку, едва не забыв захлопнуть входную дверь. Потом побежала бегом к остановке, где с непередаваемым чувством счастья и облегчения запрыгнула на подножку отъезжающего автобуса. Машиной я вчера не стала пользоваться, умудрённая опытом наших с Викой встреч.

Пятиэтажки Генкиного микрорайона встретили меня холодно и угрюмо. Под ногами лежал спрессованный грязный снег, на ветру поскрипывали двери подъездов, плотно обклеенные объявлениями. Редкие прохожие мелькали во дворе в это воскресное утро, и никто ни на кого не обращал внимания.

Я немного посомневалась, правильно ли поступаю? Ведь оставалось ещё пять часов до нашего свидания. Но потом махнула рукой. Какая разница, если он действительно хотел встретиться? Мы не виделись три недели. Да он должен обивать мой порог, а не огорчаться, что я пришла раньше назначенного времени. Мелькнула предательская мысль, что зря я согласилась на встречу, и ничего хорошего нас с Геной не ждёт ни сейчас, ни в будущем. Но ослиное упрямство и желание всё доводить до логического конца меня не оставляло, подталкивая в сторону опостылевшей берлоги моего великовозрастного кавалера, живущего с мамой.

С этими мыслями я взбежала по тёмной лестнице на третий этаж и решительно позвонила в обитую дерматином дверь.

– Кто там? – неуверенно спросила Валерия Павловна – пожилая мама Гены.

– Это Арина.

Возможно, старая женщина и удивилась, но виду не подала. Она всегда относилась ко мне постольку-поскольку, примерно, как к настольной вазе или торшеру. Необходимая вещь в интерьере, но ценности большой не представляет. Окажись на моём месте любая другая претендентка на сердце её сына, и она разницы бы не заметила. Это коробило, но сливалось в один общий фон неприятных эмоций и впечатлений от встреч с парнем.

Долгие три секунды, которые понадобились Валерии Павловне, чтобы справиться с замком, я размышляла, а были ли, вообще, приятные моменты в наших отношениях? Зачем я сюда приходила? За лаской? Пониманием? Сексом? Наверное, были. Хотя сейчас мой разум упрямо отказывался выкатывать наружу нужные воспоминания.

Замок щёлкнул и меня обдало сухим и застоялым запахом, который я так не любила. Валерия Павловна предстала передо мной в старом, разношенном и застиранном халате и видавших лучшие годы тапочках. Я неуверенно улыбнулась женщине, которую, было время, почитала будущей свекровью. Мы не обмолвились и парой лишних слов. Хозяйка квартиры осталась позади меня, будто обратившись в тень, духа этого неприветливого жилища.

Я толкнула дверь Гениной комнаты…

Я ждала этой встречи и готовилась к ней. Я спорила со своим внутренним голосом, который твердил мне вычеркнуть неудачного кавалера из жизни. Я рисовала образы в своём воображении и пыталась спрогнозировать его реакцию на то, что хотела сказать ему. Вчера в гостях у Вики мне казалось, что я хочу серьёзных изменений и была готова расстаться с Генкой, не раздумывая, если он не захочет идти мне навстречу. Я думала, что приду к своему парню и расскажу ему, что меня не устраивает в наших отношениях. И он услышит меня. Он всё изменит. Я больше не буду приходить к нему домой и ждать пока его мама досмотрит триста пятидесятую серию любимого сериала, чтобы мы могли уединиться. Мы станем видеться регулярно, и у нас будут настоящие отношения, о которых я всегда мечтала. И всё что мне надо сделать для этого – это нежданно ворваться к нему воскресным мартовским утром и всколыхнуть затхлый смрад старой квартиры ветром перемен… Как последняя дура, я убеждала себя, что Генка изменится.