Виктория Бурнашова – Долг (СИ) (страница 93)

Каждый день Лорина кто-то навещал, просто сидели рядом с ним, словно общаясь мысленно, а потом уходили. Один раз даже пришла старейшина, кажется, Кара. С ней был Морик. Я готовила на кухне обед и из-за скворчащей сковороды услышать их разговор я не должна была, но услышала.

— Прогнозы есть? — тихий еле разборчивый голос женщины донёсся до меня.

— Через пару недель уже должен в себя прийти, — отозвался Морик.

— Откуда ты знаешь? — не поняла она, — Ты разбираешься во врачевании?

— Богдана в этом кое-что смыслит, — ответил ликан, — Она его заштопала и постоянно следит за ним.

— Виер тут постоянно? — , а вот это уже звучало слегка подозрительно.

— Да.

— Я бы на твоём месте не подпускала человека близко к Лорину, — высказала свои опасения женщина и я даже хмыкнула.

— Почему? Она помогает ему…

— Ты молодой ещё, на память жаловаться не должен, — пожурила она его, — Забыл, как она к нему попала?

— Я всё помню, но прошло уже несколько месяцев, они ужились, — заявил Морик чуть громче положенного, — Она действительно за него беспокоится…

— А с лицом у неё что?

— Случайность, — отрывисто бросил усач, — Майла не сдержалась. Но всё уже улажено, она в порядке.

— Думаешь, из-под палки она поставит его на ноги? Да я бы самолично его подушкой во сне придушила, — с нотками раздражения, отозвалась Кара, — Он — идиот, люди не домашние питомцы, чтобы покупать их и играть. Я ему говорила, да если бы он послушал…

— Если бы он послушал и отпустил её, то сам он мог быть уже трупом давным-давно! — это раздалось на весь дом, поэтому дальше Морик продолжил совсем тихо, осознав свою ошибку, — Ты не видела рану! Там сухожилия и кость видно было! Она зашила! Я даже не знал, что так можно! И посмотри, наш упрямец жив! Да, он не в себе, но его сердце бьётся, а значит бьются и наши!

Дальше была тишина и я даже подумала, что на этом их «тайный» разговор окончен, но нет:

— Я не отрицаю того, что эта девочка широкой души человек и она прониклась к твоему альфе, но запомни, Морик, обиженная женщина — это самый худший враг.

Её слова почему-то показались мне страшными. Будто пророчество какое-то или обвинение.

— Потому, что от женщин зависит продолжение рода? — в голосе мужчины звучал скептицизм.

— Потому, что женщины никогда не забывают. Запомни: никогда. Мы всегда всё помним и никакое проклятое время этого не исправит.

Тогда мне даже показалось, что Морик действительно прислушался к словам этой взрослой и по истине мудрой женщины, но на следующий день всё вернулось на круги своя. Он погостил подольше, наверное, пожелал лично убедиться в моей непричастности или чистоте помыслов. Не знаю, но ушёл он вполне довольный. Да и что я сделаю, когда в доме постоянно Виер? Я ведь не мастер-убийца, чтобы убивать направо и налево. Хотя… ой, нет, не думай. Нет, в принципе, если сначала избавиться от Виера, а потом от Лорина, то… чёрта с два я выберусь из города. Эх, а какой план… «Да ты бы струсила ещё на стадии планирования» — поддело меня самолюбие. Я нахмурилась, но это была правда. Моя душенька может только думать о таких зверствах, но не приводить их в действие. Никогда. Это аморально.

Утро началось рано. Я собрала все вещи, включая одежду Виера, который с щенячьими глазами попросил постирать и его шмотки «заодно». Я не отказалась. А что ещё я могу? Послать его? Зачем? Он мне начал нравиться, да и привыкла я стирать мужскую одежду, а поскольку Лорин не в состоянии пачкать бельишко, этим займётся его заместитель.

Справилась я за пару часов, как раз проснулся Виер и я отправила его на рынок. О, да, я уже неделю как никуда не выхожу. Просто сказано, что Виер всем займётся и всё. Я не спорила, хотя поход на рынок было тем единственным, что разбавляло мою тоску и уныние. Но кого интересует моё мнение? Правильно, только меня.

Я, как обычно плюхнулась в кресло, рядом с диваном и начала осматривать рану. Она затянулась. Разумеется, не вся и при плохом обращении швы снова разойдутся и плакали мои труды. Но… потеть ликан перестал. Что это значило? Жар спал, а хорошо это или плохо я не знала.

Осторожно промокнула раны влажным полотенцем. Накрывать травой больше не буду, пусть подсохнут.

Неожиданно мою правую руку кто-то схватил и я не сразу поняла кто, поэтому дёрнулась от неожиданности.

— Какого чёрта ты делаешь? — хриплый, тихий и злой голос сначала напугал меня до чёртиков, а потом заставил перевести дыхание, ибо таких «подарков» я не ожидала.

— Лорин, — только и смогла произнести я в немом ужасе.

Он очнулся. Нет… он очнулся!!! О, Боже, я смогла. Я смогла!!!

Он медленно приоткрыл глаза и осмотрел комнату, а после чего остановил свой взгляд на мне. Я таращилась на него, как на воскресшего из могилы троюродного дядьку моей сводной тётки. Примерно вот так. То есть странный человек вдруг… оживает! Ступор — это малое, что может мой организм в таких ситуациях.

— Я уснул на диване? — наконец спросил он.

О, ну как тебе сказать? Я похлопала глазами.

— Похоже на то, — выговорила я, — Ты… ничего не хочешь? Есть или пить?..

Он смотрел куда-то в сторону, словно пытался что-то вспомнить, но после моего вопроса его глаза вновь обратились на меня, и я пожалела, что открыла рот. Даже сглотнула. Боже, он сейчас слабее меня, но я его боюсь!

— Я помню где кухня, — это прозвучало ровно, без примеси злобы, конечно, но всё же стало мне как-то скверно.

— Извини, — я поднялась и поспешила смыться ко всем чертям из гостиной.

Затаилась на кухне. Сижу и боюсь. Да! Раньше он был просто… спящим человеком, не более, а сейчас вновь вернул своё дурное нутро. Что ему там в голову взбредёт? Я не знаю, но раненых зверей лучше вообще не трогать, разве что ты не входишь в круг его общения. Я как бы вхожу, но доверия мне… крохи.

— Слушай, купил свинину, а то оленину уже всю разобрали, — отчитался Виер, заходя в дом.

Я чуть с места не подскочила от неожиданности. Парень разулся и поставил корзину на стол. Мои большие от неведомого страха глаза уставились в лицо пришедшего парня.

— Ты чего? — парень усмехнулся, заметив моё выражение лица, — Иголки свои потеряла опять?

О, это было грандиозно. Я весь дом перерыла позавчера, поскольку потеряла свою игольницу! Я даже расплакалась, а потом нашла её в ванной. Видимо замоталась и оставила по глупости. Но да, стенания я устроила неплохие, Виер ведь был хорошим, поэтому скрываться я не стала, и он даже подключился к поискам.

— Иди, — шикнула я, указывая на гостиную.

Он нахмурился.

— Что там? — не понял парень.

— Иди! — нервно ткнула я пальцем, — Быстро!

Подозрительно косясь на меня, русый направился куда сказано и…

— Лорин!!!

Ну, громче, чем я ожидала. Вот же…

Дальше я старалась не вслушиваться, поскольку эти все «Мы так за тебя боялись» и «Вот и досталось тебе» меня не касались. Он очнулся. Раньше положенного, а это значит… выдохнула и покачала головой. Ничего это не значит по своей сути. Всё просто вернётся на круги своя. Я этого хотела, но что-то радости не испытываю, скорее какое-то облегчение. Он смог, выкарабкался. Было бы удивительно, если бы у него не получилось прийти в себя. Тогда это бы означало, что его тоже постигло наказание за его грехи и вроде как тут было бы присутствие справедливости…, но это к нему не относится. Может, он был прав? И наказывают лишь тех, кто верит? А Лорин всего лишь живёт так, как хочет и считает это правильным. Всё индивидуально…, но блондин молодец, поборол хворь.

— Богдана, ты просто чудо!

Виер неожиданно возник на кухне и я от испуга и его окрика выронила из рук помытые овощи. Да что ты будешь делать?!! Он, как ребёнок, вот честное слово! Так же нельзя делать! Подкрадывается, а потом пугает! И я только помыла…

— Виер, — устало произнесла я, силясь сдержать свои слегка очнувшиеся порывы, — Что случилось?

Парень тут же присел на корточки и принялся мне помогать собирать картофель.

— Он пришёл в себя из-за тебя! — радостно затараторил русый, — Ты… твои все эти травы помогли! Я всё думал, что это глупости, но ты была права! Жалко, что мы сразу же тебя не послушались, а только через время… Морик и остальные должны знать, я им сообщу!

====== 29 глава ======

Парень вскочил и умчался из дома, оставив дверь нараспашку. Несколько секунд смотрела вслед этому торопыге. Готова его ударить, но с учётом того, что ему не будет больно. То есть он меня бесит, но он мне нравится, поэтому… двоякие чувства. И… он напоминает мне меня. Я точно также доводила всех до исступления, но делала это всё из благих побуждений…, наверное, мы бы с ним стали лучшими друзьями, если не обстоятельства.

Убрав все овощи в кастрюлю, закрыла входную дверь.

— Богдана.

О, моё имя из его уст всегда звучит, как нечто угрожающее. Мне сразу стало не по себе. Я сглотнула и сжала кулаки, дабы справиться со своими чувствами. Он ничего мне не сделает, поскольку болен и я ничего не натворила. Надеюсь, это убедит и его.

Вошла в гостиную и осторожно встала неподалёку от дивана, поближе к выходу. Мало ли. Под его взглядом ощущала себя неуютно. На него даже не смотрела. Было… неловко.

— Что ты со мной сделала? — это было сказано простым, даже спокойным тоном.

Мне пришлось взглянуть на него, чтобы понять, что я правильно делала и смотрела в сторону. Такой колючий взгляд… прямо брр.