Виктория Бурнашова – Долг (СИ) (страница 38)

— Ну, давайте, до завтра! — попрощался громко Морик и свернул в какую-то неширокую улицу.

Вскоре все разбежались. Наверное, по домам. Одни мы ехали вперёд. Я так понимала, куда-то ближе к центру.

За всё время я даже успела привыкнуть к жалящим вопросительным взглядам.

Мы свернули влево. Поехали вдоль домов. Огонь горел везде, и заблудиться тут мог бы разве что заезжий. Всё видно, не было ни единого уголка, где была бы темнота. Как не приглядывалась, но мусора на земле не видела. Пыталась понять, кто за этим следит. Где сточные канавы? Где вонь? Где брань и ругань? Где это всё? Наверное, от такого разительного сходства наших городов меня трясло ещё сильнее. Я очень боялась.

Вдруг из-за угла вырулила… бабушка. Невысокая, с низким седым хвостом, в тёмном хорошем платье и с корзиной на локте.

— О, Лорин, ты уже вернулся? — заговорила женщина приятным голосом.

Мы остановились.

— Да, Римма, вернулся, — услышала впервые тёплые нотки в голосе ликана. — Как твоё здоровье?

Это точно Лорин? Я случайно хозяев не перепутала? С тем сижу?

— Да что со мной будет-то? — усмехнулась женщина, и её взгляд прошёлся по мне. — Это кто у тебя?

Её голос был добрым, она улыбалась и разглядывала меня, не стесняясь. Я просто слегка настороженно одарила её взглядом и вновь уставилась вперёд.

— Решил помощницей обзавестись, — усмехнулся сереброволосый. — Точнее меня вынудили.

Женщина усмехнулась, продолжая смотреть на меня.

— Римма, — произнесла она вдруг, и я заметила краем глаза какое-то движение.

Посмотрела на неё и увидела протянутую руку. Почему-то испугалась, словно она в меня ножом тыкала. Пауза затягивалась.

— Она немая у тебя? — перевела она с меня взгляд на Лорина.

— Она леди, — усмехнулся он и постучал пальцами по моему бедру: — Очнись.

Я тут же вздрогнула, сбрасывая с себя оцепенение. Первая женщина ликан, которая заговорила с нами. Обычная, в принципе. Вообще никак не отличалась от простого человека.

— Моё имя Богдана, мэм, — сдержанно выдала я, и осторожно пожала протянутую руку.

Она тут же рассмеялась.

— Мэм? — переспросила она, веселясь. — Ты откуда такая?..

Она вновь ещё более придирчивее начала оглядывать меня. Стало стыдно за свой внешний вид. Позор.

— Человек, — пояснил Лорин. — Дочь Прохора.

— У этого пройдохи была дочь? Я слышала только о сыне, — продолжая улыбаться, выдала Римма. — Ох, старейшины не одобрят, сынок, ой не одобрят…

Что? Она знает о моём отце? Откуда?..

— Я разберусь с этим, — в голосе Лорина послышалась усталость.

— Она умеет что-то, да? — женщина была готова начать тыкать в меня пальцем. — Прядёт, может, рисует?..

Мой взгляд словно замёрз. Смотрела упорно вперёд. Пока ко мне не обращаются — имею право. Боги, дайте мне сил…

— Нервировать, — вздохнул альфа. — Ладно, Римма, мне ещё дела улаживать нужно. Увидимся завтра.

— Давай-давай, но девчонку ко мне приведи как-нибудь, ладно? — её милый голос начал ласкать и моё ухо, но я отдёрнула себя.

— Договорились.

И мы наконец-то поехали дальше. Я еле заметно перевела дыхание. Фух, кажется, пронесло. Я живая, от меня не отрезали кусочек на пробу — получается, живёт тут не племя, а вполне цивилизованные… существа.

Ехали мы ещё минут пятнадцать. Изредка мимо нас пробегали дети, некоторые мужчины здоровались, женщины мило улыбались.

И вот мы остановились. Моей талии коснулись руки, и я задержала дыхание от неожиданности. Руки покрепче схватили меня и… помогли спуститься на землю. Немного растерявшись, пошатнулась, когда встала на ноги, но быстро очухалась. Лорин тоже слез с лошади и накинул поводья на один остроконечный прут. Забор тут был именно таким, чуть ниже меня ростом. Мужчина толкнул калитку, и та без труда открылась.

— Заходи, — кивнул он.

Трясясь, как заяц, осторожно вошла внутрь. Тут слева и справа росли кусты. Вперёд вела каменная дорожка, крыльцо, витые перила, две колонны, держащие треугольный козырёк и массивная тёмно-зелёная дверь. Дом был… трёхэтажным и большим. Приятный тёмно-оранжевый кирпич, полукруглые окна, дорогие ставни с резьбой и элементами кованного железа. Простите, кирпич — это очень дорого. Особенно такой хороший. Не из соломы. И цвет однородный… у нас дом каменный был. Остальной город попеременно: камень-дерево. А тут… я даже растерялась, не зная, как реагировать. Ожидала пещеры. Вот как у нефилимов. Ну, может, дверь была бы и всё. Или почему-то думала, что это будет вроде большой норы. Но увидеть нечто такого рода, я даже не представляла.

Лорин прикрыл калитку и прошёл к двери. Достал ключ из внутреннего кармана и открыл дверь. Тёмный провал словно ознаменовал конец всему. Я была ни жива, ни мертва. Желудок скручивался в тугой узел, во рту пересохло, а голова вновь начала кружиться. Вот и вечер. Готовьтесь, леди, возлечь с чудищем… городским.

— Вперёд, — указал рукой на вход Лорин, внимательно глядя на меня. — Особое приглашение нужно?

Я вновь стряхнула с себя наваждение и ожила. На негнущихся ногах поднялась по ступенькам и вошла в тёмный провал дома. Лорин вошёл следом и закрыл дверь. «Ну, вот и всё», — подумалось мне. Замерев возле входа, я слышала, как перемещается альфа по своему дому. Темнота убивала меня. Я боялась. Сцепила руки перед собой, стараясь не плакать. Было кошмарно.

Темень, я в логове зверя. Одна.

Вдруг зажглась свеча. Лорин поднёс её к чему-то, и почти в то же мгновение тьма рассеялась тусклым светом лампы. Буквально за десять секунд Лорин зажёг четыре лампы, а потом нырнул в чёрный проём и оттуда тоже вскоре забрезжил свет. Я смогла оглядеться. Я была… не в коридоре. Тут была большая кухня. Прямо впереди. Буквой «П» вдоль стен стояли столешницы, сверху были шкафчики и многоуровневые полки. Было одно большое окно, занавешенное тонким тюлем. Столешницы были чистыми. На них стояло в большом горшке множество столовых приборов, в другой приборы для готовки, открытые полки были заставлены какими-то баночками, а справа была огромная плита. Два чёрных квадрата сбоку. Духовка и скорее всего сама «топка». Плита была тоже кирпичная, что удивительно. А ещё тут стоял стол. Большой такой. Почти в центре. Пять стульев с мягкой обивкой. Слева у стены было две двери. Посмотрела в сторону. За плитой была стена, а за ней лестница, ведущая наверх. Проём, ведущий видимо в просторную гостиную был словно широкой аркой. Я увидела несколько шкафов, шкуры и ковры, устилающие пол и одно кресло. Пялиться дальше не стала, поскольку увидела спину Лорина.

— Осматривайся, если не уверена — не трогай, — услышала я его чуть усталый голос. — Я сейчас уйду, вернусь где-то через час, может, попозже. Экскурсию проведу тебе завтра, пока можешь спать на диване в гостиной. Есть вопросы?

Я растерянно смотрела в пол.

— Нет, — мотнула головой. Меня пронзал страх от его взгляда.

— Попытайся не спалить дом до моего возвращения, — бросил мужчина и быстро вышел, закрыв за собой дверь. Пара секунд, и скрежет в замочной скважине. Запер меня? Я идиотка, что ли, выбегать в город, полный ликанов?!

Стояла ещё долго. Слушала, как он выходит на улицу, как прикрывает калитку, садится на лошадь и уезжает. Оглядывала всё ещё несколько минут, не решаясь двигаться. Боялась, что Лорин вернётся и начнёт… не знаю, бить меня. Всё ждала, но он не возвращался, и я осторожно скользнула к арке. Ого. Гостиная была большой. Слева был здоровенный чумазый камин, у него стояло глубокое и очень мягкое на вид кресло. Прямо у горизонтальной стены, которая шла вдоль лестницы, стоял массивный мягкий диван. Он был тёмно-серого цвета. И пара подушек в тон ему. Окна были только с левой стороны и они выходили на улочку. Занавески были плотными и в самый пол. Тоже грифельного оттенка. И деревянная стенка прямо по курсу. Что там было? Тёмное дерево, ручки из чёрного железа… красота. Не думала, что Лорин может жить так… хорошо. Превозмогая страх, хотела сунуть нос в шкаф. Посмотрела на пол. Тёмный бордовый ворсистый ковёр занимает львиную часть пола, а остальное просто словно забросано разными шкурами. Сняла туфли и отставила их в сторону. Тут прямо у выхода были деревянные полки, на которых стояли мужские сапоги. Много разных: короткие и длинные, тёмно-коричневые и чёрные. Вешалки были пустыми. Не зная, что делать, примостила свою обувь рядом с мужскими сапогами. Ну, если там стоит обувь, то логично будет, если я поставлю свою рядом. Аккуратненько ступила босой ногой на ковёр. Глаза почему-то наполнились слезами, но я их сморгнула. Даже не заметила как-то… сделала пару неуверенных шагов. На каминной полке стояла крупная лампа, и вместе со своей подругой, стоявшей на небольшом столике у окна, освещали всё вокруг и разгоняли мрак. Сделала пару кругов, оглядывая всё ещё раз. Слёзы капали на щеки и сразу оказывались на груди или шее. Я даже не понимала, что творю. Просто ходила, словно загнанная скотина в загоне. Не знала, что сделать. Туда-сюда, туда-сюда. Устав, решила сесть на диван. Присела на край. Всё кругом было чистым и мне не хотелось запачкать что-то. Усталость всего дня навалилась на меня, да и верховая езда даром не прошла: спина ноет, поясница болит, ноги еле сгибаются. Но, почувствовав мягкость под пятой точкой, как-то по-больному улыбнулась. Как же я давно мечтала оказаться хоть в какой-то цивилизации. Под крышей, в каком-то уюте… я думала о своём доме. Не об этом. Но тут было мягко и тепло. Не смогла устоять и откинулась на спинку. Надеюсь, на обивке не будет никаких пятен. Я ведь на земле по сути спала, а теперь на диван завалилась. Мне бы помыться и переодеться, но… моё рваное и грязное платье катается в сумке вместе с Лорином, и насчёт мытья ещё ничего неизвестно. Положено мне вообще или? Вдруг я неестественно рассмеялась. Привыкаю думать, как бесправное животное. Смешно. Слёзы ещё сильнее полились из глаз. Вскоре горькие рыдания и всхлипывания с завываниями оросили эти чуждые стены. Я пыталась успокоиться, но не выходило. Захлёбываясь, понимала, что Лорин может вернуться с минуты на минуту, но ничего поделать не могла.