Виктория Бурнашова – Долг (СИ) (страница 154)

Я тут же поморщилась.

— Лорин, я правда устала, — жалостливо начала я. — К тому же печь внизу, наверное, уже затухла, а я хотела обед приготовить.

Давила на жалость, причём серьёзно. Я ведь правда устала уже. Да и от такой позы нога начала ныть. Надо глянуть, что там и как.

Он молчал. Рука его мою ногу не отпустила, и мне пришлось ждать. Сижу, на спину его чуть порозовевшую смотрю. Много шрамов. Беленьких и тонких. У меня тоже много подобных украшений. Я ведь озорным ребёнком была, да и не везло мне часто. Вспоминаю с какой болью мне пришлось столкнуться, и становилось горько от того, что и ликан поддался подобному. Не знаю, какая была жизнь у него, и почему-то мне кажется, что спрашивать о таком нельзя. Я не в том положении, чтобы лезть в душу.

Ликан вдруг решил сесть! Меня он об этом не предупредил! Я скатилась с него и плюхнулась на спину. Некрасиво!

— Давай ещё раз, и иди, куда хочешь, — сказал он, ложась на край кровати. — Поднимайся.

Я слегка растерялась. «Куда хочешь». А фантазия уже в пляс пустилась. Что-то мысли о другой жизни меня покинули. А что? Лорин ведёт себя относительно нормально, не унижает меня в традиционном смысле слова, кормит, даёт свободу воли, тоже своеобразную, но… я уже привыкла. Люди ко всему привыкают — эта наша черта, от которой никуда не деться. Мы очень любим жизнь, и это наш дар и наше проклятье одновременно.

— Ещё раз? — переспросила я, перекатываясь на бок и поднимаясь на ноги.

Мне теперь садиться на него неудобно будет, одна нога будет свисать. Что он задумал?

— Женщина, вставай ногами мне на спину и держись за столбик, — огорошил он меня, разглядывая моё лицо чуть прикрытыми глазами. — Чего вытаращилась-то?

Говорил он с полуулыбкой. На него?! Вставать?! Он рехнулся, что ли?

— Ты что? — ужаснулась я. — Я ведь… сломаю тебе что-нибудь!

Тот приподнялся на локтях.

— Ой, какая ты трусиха, — поддел он меня, подпирая щёку одной рукой. — Ну, а представь: сломаешь мне позвоночник, я буду мучиться…

Говорил он это как-то просто и слегка мечтательно. Я округлила глаза.

— Что ты говоришь? — нахмурилась я, не понимая его. — Зачем мне тебе делать больно?

Я растерялась, не понимая, к чему весь этот разговор. Но Лорин говорил без претензий, без подозрений… но зачем тогда?

— Я же тебе делал, разве я не заслужил этого?

Он продолжал сохранять добрый лад. Да что с ним?

— Я не обижаюсь и стараюсь прошлое оставлять в прошлом, — нашлась я.

— Не верю тебе, — чуть скривил губы альфа. — Просто скажи, что хочешь, чтобы я страдал, как ты, и так будет проще.

— И не верь, но говорить это я не буду, — посерьезнела я. — Мне ни к чему твоя смерть.

Всё, пора уходить. Ненавижу тебя за такие темы! Я придавила сапогом свою гордыню и угомонилась! Да, порой я хочу его задушить, но это временно! Потому что с ним невозможно разговаривать! И опять эти глупые никому ненужные темы!

— Я не верю в это, — протянул мужчина. — Давай. Вставай мне на спину, и если проявишь силу и смекалку, то я уже не поднимусь на ноги.

Я вдруг разозлилась и почувствовала раздражение.

— А знаешь, Лорин, мне уже всё равно, — вдруг заговорила я, подползая к краю кровати. — Не хочешь — не верь. Думаешь, что я хочу тебя убить? Пожалуйста, радуйся, что живёшь под одной крышей с убийцей. Ах, ну да, я ведь ещё в полнолуние младенцев ворую и в котле варю.

— Сядь, — тут же услышала я его холодный приказ.

И… я не села. Наоборот поднялась и решила уйти, куда хотела изначально. Пусть ругается — мне надоело. Вроде всё налаживается, мы начинаем узнавать друг друга лучше, и тут снова беспочвенные претензии! Это ненормально! Просто хотелось умыться и заняться каким-нибудь делом, лишь отогнать мысли прочь. Было очень обидно, если уж на чистоту говорить. Меня обвиняют непонятно в чём… А что мне делать? Как оправдаться?

— Не буду я с тобой сидеть, — забормотала я себе под нос. — Вдруг у меня под платьем нож?

Лорин тоже поднялся, но идти за мной не собирался.

— Богдана, я хочу тебе верить… — начал он серьёзно, но я его впервые перебила:

— Не надо.

Он тут же замолчал. Я слегка испугалась собственных слов.

— Что «не надо»? — нахмурился полуобнажённый мужчина.

Всё, пора нам становиться взрослыми.

— Не надо мне верить, Лорин, — устало потёрла я лицо. — Если тебе это не даётся, значит не нужно стараться.

Тот удивлённо поднял брови и скрестил руки на груди. Плохой знак. Он закрывается от меня, значит ему не нравится то, что я говорю, но я прекращать не собираюсь.

— Ты же этого хотела, — напомнил он мне. — Я пытаюсь принять тебя, это не бывает легко. Что не нравится? Неудобные вопросы?

Я заправила за ухо прядь.

— Хотела, но уже пропало то чувство, — отрезала я. — Я всего лишь желала хорошей жизни не только для себя, но и для тебя. Чтобы ты возвращался домой со спокойной душой, не боялся спать, не боялся есть…

— Я ничего не боюсь, — перебил он меня.

— Опасаешься, не доверяешь — это же синонимы страха, Лорин, — вздохнула я устало. — Пойми, что мне хотелось бы сделать нашу очень непростую жизнь чуточку лучше. Чтобы не жить в постоянном напряжении и ожидании чего-то плохого.

— Я тоже этого хочу, — кивнул ликан. — Но это не так-то просто, если ты не знала.

— Я знаю, что это непросто, — взглянула я на него. — Поэтому и предлагаю тебе прекратить.

Он вдруг засмеялся. Недоверчиво так, мол, глупости какие-то, но вроде как смешные. Сделал пару шагов в мою сторону, и я не отступила. Вряд ли что-то сделает. Поругает и взглядом своим пугать будет — это выдержу.

— То есть ты не хочешь, чтобы я тебе доверял? — изумился ликан, явно не ожидавший от меня таких откровений.

— Я очень этого хочу, Лорин, но если тебе даётся это так тяжело, то не нужно, — мягко взглянула на него. — Просто прекрати испытывающе на меня смотреть, говорить такие гадкие вещи и вести себя со мной, как с зелёным солдатом, которого нужно проверить на прочность. Я хотела и хочу покоя, нормальной жизни и думаю, что тебе это тоже нужно, но раз ты так мне не доверяешь, так сомневаешься во мне, то и не стоит. Брось всё это, и всё будет хорошо, слышишь? Я буду вести себя так же, как и раньше, для меня ничего не изменится, ведь я не участвую в ваших разговорах, я ничего не знаю о тебе, о твоей работе и должности. И посвящать меня не нужно, ты лишь будь добр ко мне… Доброта ведь не нуждается в доверии.

Глаза защипало, и я судорожно вздохнула. Пусть будет молчаливым, хоть в новом доме и не случится великих перемен, но мы прекратим так говорить. Возможно, прекратим говорить вообще, но это лучше, чем его вечное недоверие.

Лорин слушал меня внимательно, даже пару раз головой качнул.

— Неужели я задал такой вопрос, что довёл тебя до такой самоотверженности? — опираясь на спинку кровати, поинтересовался он деловито.

Он меня не услышал.

— Ладно, забудь, Лорин, — потёрла я глаза и лицо заодно. — Извини, что сказала такое. Ты — мужчина, тебе и решать.

Конечно, сдалась. А что делать? Спорить? С ним?! Не надо мне такого счастья, научена горьким опытом.

— Вот именно, — он даже пальцем мне погрозил. — Поэтому я сейчас лягу, а ты походишь мне ножками по спине, как и договаривались изначально.

Я ожидала много: укора, ругани, смеха. Но не этого! Что за?! Я когда-нибудь его пойму? Неужели мы такие разные? С виду же одинаковые! Зачем же… вот Дьявол!

Не зная, что сказать, просто кивнула в знак согласия. Лорин преспокойно лёг на край кровати. Я подошла к нему и осторожно забралась на кровать. Как мне походить ему по спине?! Это глупость! Но… хозяин просит, значит так надо. Фух…

Поставила одну ступню ему на середину спины и попыталась перенести вес на неё, но не тут-то было. Спина мужчины, как оказалось, не очень-то и устойчивая поверхность, знаете ли!

— Держись за столбик, — словно отвечая на мой вопрос, проговорил ликан.

Я подняла глаза и, чуть наклонившись, ухватилась за свою опору. Так стало гораздо лучше. Смирившись, наступила сначала одной ногой, а потом поставила и вторую. Я всё это проделала с зажмуренными глазами. А вдруг сломаю что-нибудь?! Сама потом себе в жизни не прощу!

— Теперь медленно переставляй ступни, но на край спины не вставай — соскользнёшь, — дал дельные указания ликан.

Я делала всё, что он сказал, и когда я наступила ему между лопаток, то почувствовала под пальцами ступни хруст, и я тут же охнула и дёрнулась, испугавшись. Там что-то затрещало! Я ему всё-таки сломала кости! Господи!

— О, сильнее, — застонал он, изумив меня. — Наступи туда снова…

Я замерла на какие-то мгновения. Что?!

— Тебе не больно? — спросила я тихо. — Там что-то захрустело…

— Так и задумано, — вновь протянул он чуть сипло. — Смелее.