Виктория Борисова – Дело о золотом коте (страница 29)
— Да тьфу на тебя, Новиков! — рассердился Кудеяр. — Как говорится — дурак ты, боцман, и шутки у тебя дурацкие…
В морге, как всегда, было тихо и прохладно. Если бы не специфический запах — даже уютно, умиротворяюще как-то… Сразу чувствовалось, что здесь заканчивается мирская суета и земные страсти (собственно, многих постояльцев морга они же сюда и приводят!), здесь больше не имеют значения ни деньги, ни регалии, ни общественное положение… И здесь становится особенно очевидным факт, о котором многие предпочитают не вспоминать: голым человек приходит в этот мир, голым покидает его, и ничего нажитого нельзя унести с собой.
Кудеяр встретил Андрея такой довольно-хитроватой улыбкой, что сразу было понятно: Борис обнаружил нечто важное, гордится собой и жаждет немедленно поделиться своей находкой.
— Ну, что скажешь? — осведомился Андрей после короткого приветствия. — Вижу, нашел что-то!
— Точно, — подтвердил Кудеяр, — и даже не скажу, а покажу!
Он снова выдвинул труп из холодильника. Андрей невольно скривился, но Кудеяр взирал на мертвое тело чуть ли не с восхищением, как на произведение искусства.
— Вот смотри, — он чуть приподнял простыню, — вот здесь, слева, маленький синячок? Я не сразу его заметил, странгуляционная борозда почти перекрывает…
— И что? — непонимающе спросил Андрей. Такого восторга он точно не мог понять…
— А то! — как неразумному, объяснил Кудеяр. — Ее ударили по шее, там где сонная артерия. Вероятнее всего, она сразу потеряла сознание, потому и не сопротивлялась, когда ее душили!
— А, понятно… — довольно кисло отозвался Андрей. Новая, старательно выстроенная версия внезапно оказалась под угрозой. — То есть это профессионально поставленный удар? Спецназовца надо искать? Диверсанта?
— Ну, я не знаю… — пожал широкими плечами Кудеяр, — удар поставленный, да, но сейчас секций разных полно, тренеров полно, никто за ними не надзирает, чему хотят — тому и учат. И желающих научиться драться, чтоб гопников в подворотне раскидать, тоже немало. Чтобы такой удар нанести, силы много не надо, а вот точность — да.
— Понятно… — протянул Андрей, — спасибо, буду думать!
— Не за что! — отозвался Кудеяр, сверкнув разбойничьей улыбкой. — Обращайся, если что…
Новая информация Андрея не порадовала. Вот уж верно говорил мудрый царь Соломон «во многая знания многая печали есть…» Ну, никак не монтировался богемный красавчик Денис Стародубцев с образом человека, владеющего спецподготовкой и способного лишить кого-то сознания одним несильным, но точным ударом!
«Бред какой-то, — с тоской думал Новиков, — если это Денис — откуда у него такие специфические навыки? А если не он, кто тогда? И зачем он рванул в Камышево с Пивзавода, если не убивал? Не сходятся концы с концами, никак не сходятся!»
Однако долго рассуждать ему не пришлось — позвонил эксперт Жуков, жаждущий немедленно поделиться результатами своих изысканий. «Что за день такой сегодня? — подивился про себя Андрей. — Все хотят меня удивить!»
— Ладно, сейчас подойду — все расскажешь! — пообещал он.
Вид у Константина был озадаченный, и Андрей сразу почувствовал, что это не к добру.
— Понимаешь, тут такое дело…
Новиков насторожился:
— Ну, давай, говори, не томи! Что у тебя там?
— Да тут по смывам с кота очень странная картина получается…
— И что ж там такого странного? Кровь Дениса? Ну, так понятно — кот его поцарапал…
— Кровь Дениса там действительно присутствует. Но не только!
— Вот тебе и раз! Что же еще?
— В смывах присутствуют следы крови еще одного человека.
— Очень интересно… И кого же именно?
— Не знаю! — развел руками Жуков. — Свой паспорт он как-то забыл оставить, а в базах ДНК его нет. Точно могу сказать только то, что, во-первых, это мужчина, а во-вторых…
Константин замолчал, выдерживая эффектную паузу.
— Дело в том, что этот неизвестный является близким родственником убитой Завьяловой. Скорее всего, сыном.
«Вот это номер! Значит, Кудеяр не зря говорил, что у Завьяловой должен быть ребенок. И где его теперь искать?»
— О как! Ладно, понял тебя, спасибо. Теперь пойду туда, не знаю куда, искать то, не знаю что… Точнее — кого!
Вернувшись в кабинет, Новиков еще раз перечитал заключение, подшил его к делу… Настроение было препаскуднейшее. Версия трещала по швам, а терпение начальства не безгранично. Если так пойдет — Денис, может, и выкрутится, особенно если будет настаивать на суде присяжных. В самом деле — если в момент убийства в доме присутствовал кто-то еще, есть место обоснованному сомнению в виновности обвиняемого…
Словно в подтверждение его мыслей, послышался тихий стук в дверь.
— Да-да, войдите!
На пороге стоял невысокий пожилой мужчина в дорогом костюме, чем-то неуловимо похожий на Ярошевского.
— Добрый день! Меня зовут Валерий Михайлович Постышев, я адвокат Дениса Стародубцева и хотел бы поговорить со своим подзащитным. Вот ордер.
Пообщавшись с адвокатом, Денис вдруг пожелал давать показания. После ночи, проведенной в КПЗ, он, конечно, утратил изрядную часть лоска и нагловатой, победительной уверенности в себе, но сдаваться просто так был явно не намерен.
Сидя напротив Андрея в его кабинете, Денис поведал о том, что в день своей смерти Мария сама потребовала, чтобы он немедленно приехал домой для серьезного разговора. Отказать ей он, разумеется, не мог, тем более что раньше она никогда так себя не вела, и он решил, что произошло нечто экстраординарное. Приехав в коттедж, супругу он якобы застал уже мертвой, испугался и сбежал.
Адвокат внимал рассказу клиента, словно опытный учитель — ответу ученика-отличника, кивая в особо значимых местах. Не оставалось никаких сомнений, что эту версию они только что придумали вместе, но это еще надо было доказать!
Новиков прилежно записывал эту ахинею, разумеется, не веря ни одному слову и прикидывая, как половчее поймать Дениса на вранье. Иначе ведь он и правда, чего доброго, выйдет на свободу после истечения сорока восьми часов, если суд его не арестует!
— Скажите, Денис Александрович, а почему вы воспользовались чужой машиной? — спросил он.
Денис бросил быстрый взгляд на адвоката. Несомненно, этот вопрос они тоже обсуждали… Он картинно опустил голову и заговорил как будто смущенно и виновато — ну, прямо сам Станиславский бы позавидовал:
— Понимаете, тут такое дело… Вот так, резко сорваться с выставки, важной для коллеги-художника, — это, как минимум, невежливо! Поэтому я подумал, что лучше будет покинуть мероприятие незаметно, так сказать, по-английски. Ну, и. — он тяжело вздохнул, — не хотел, чтобы мои друзья знали о том, что я нахожусь в таком зависимом положении! Может быть, это выглядит странно, но у меня тоже есть гордость.
— Да, действительно странно… — покрутил головой Новиков, — и потому вы заплатили Шустову довольно крупную сумму денег?
— Я? — Денис обезоруживающе улыбнулся. — Да что вы! Ничего я ему не платил, господь с вами! Маленькая дружеская услуга, за что тут платить?
Новиков даже крякнул от досады. Действительно, тут предъявить Денису нечего, доказательств нет! Только слово одного фигуранта против слов другого.
— А кота зачем выбросили? Он-то вам чем помешал? — спросил он, переводя разговор на другую тему.
— Психанул, — признался Денис, — я подошел к Маше, хотел проверить, может быть, она еще жива… А кот на меня набросился! Наверное, хотел ее защитить, но в тот момент я об этом не подумал — просто замотал его в покрывало и засунул в коробку.
— И выбросили эту коробку по пути назад, — продолжил за него Новиков.
— Выбросил, — подтвердил Денис, — я же говорю, что был в шоке!
— А потом, когда кота вам вернули по вашей же настойчивой просьбе, а вы отвезли его на усыпление, тоже были в шоке? — уточнил Новиков.
У Дениса дернулся уголок рта. Видно было, что еще немного — и он потеряет самообладание… Как там Лена говорила? «Он жестокий человек…» Андрей вспомнил мордочку кота, его серьезный умный взгляд, вспомнил, как доверчиво кот тыкался головой ему в ладонь вчера, и от души пожалел, что в России почти не применяется статья о жестоком обращении с животными!
— Я же говорил, что не люблю котов, — с кривой усмешкой отозвался Денис. В этот миг он почему-то совсем не выглядел красивым…
Отправив Дениса обратно в камеру (причем с удовольствием, слаб человек!), Новиков уже в который раз перелистывал дело, пытаясь понять, что же он упустил. Картина упорно не складывалась, рассыпалась, словно калейдоскоп из разноцветных стеклышек…
«Нет, все-таки главное в этой истории — личность самой потерпевшей, — рассуждал он, — если не узнаю, кто она, — дело раскрыть не получится!»
Он подумал еще, потом решительно сгреб со стола бумаги — и направился к технарям.
Вадик Зицер встретил его без особого энтузиазма.
— Что-то ты зачастил к нам, зачастил… Опять не выходит каменный цветок?
— Не выходит! — честно признался Андрей. — Без тебя никак!
— И в чем на этот раз дело? — заинтересовался Вадик. Перед лицом сложной задачи у него просыпался своего рода азарт, смешанный с профессиональным тщеславием.
— Скажи, пожалуйста, ведь может человек поменять имя и фамилию? — осторожно, издалека начал Новиков.
— Конечно, может! — пожал плечами Вадик. — Через ЗАГС. Кем хочешь назваться можно.
«Понятно… Хоть Олей, хоть Машей, — рассеянно подумал Андрей, — и все-таки что-то здесь не так!»