Виктория Борисова – Дело о золотом коте (страница 26)
Лена поджала губы.
— Мы с Алексом расстались, — довольно сухо ответила она, — и даже развелись уже.
Показалось — или в глазах бывшей сокурсницы мелькнуло нечто вроде злорадства, чуть закамуфлированного не совсем искренним сочувствием?
— Ой, прости, я не знала… — Таня прикрыла рот ладонью, — даже представить себе не могла — все-таки столько лет вместе…
— Ничего, все нормально, — Лена пожала плечами, — так получилось. Жизнь продолжается, все дела…
Она натянуто улыбнулась. К счастью, в этот момент официантка принесла кофе с пирожными, и Таня как будто рада была переключиться, чтобы сгладить неловкий момент.
— М-м-м, вкусно! — протянула она, попробовав свою фруктовую корзиночку. — В следующий раз возьми, не пожалеешь!
— Ага, — отозвалась Лена, — обязательно.
У нее почему-то совсем пропал аппетит, и свои вафли она жевала, почти не чувствуя вкуса. Вроде уже отболело все, а вот поди ж ты…
— А у тебя что нового? — спросила она, больше для того, чтобы разрядить обстановку.
— Да, в общем, ничего, — отозвалась Таня, — все, как обычно — кручусь, верчусь, бегаю тудасюда… Как говорится, волка ноги кормят! Сегодня ты меня вообще случайно застала.
— Как всегда, интервью с богатыми и знаменитыми? — поинтересовалась Лена.
— А то! — хмыкнула Таня. — Остальные ведь никому не интересны.
— Да уж… Круг знакомств у тебя специфический, — протянула Лена, — все звезды, можно сказать!
— Да ладно тебе, — фыркнула Таня, — видела бы ты тех звезд! Любая высокооплачиваемая эскортница — а проще говоря, дорогая шлюха! — у нас теперь светская львица, никак не меньше. Сразу таланты в себе открывают — поют, рисуют, книги пишут, вроде тебя… И столько высокомерия, как будто весь мир вокруг них вращается!
Она говорила осуждающе, но в голосе явственно звучали нотки зависти. Очевидно, ей самой очень хотелось оказаться на месте этих новоявленных светских львиц…
— Ну, не все же такие! — осторожно возразила Лена. — Помнишь, ты делала интервью с бизнес-леди Марией Завьяловой? Хозяйкой сети «Копилочка», в каждом микрорайоне эти супермаркеты есть…
Где-то полгода назад это было.
— Да, было! Я вообще-то в такие магазины не хожу, — Таня брезгливо сморщила носик, — но Завьялову помню, конечно. Ее ведь, кажется, убили недавно… А тебе зачем?
Однако у Лены на этот случай была заготовлена вполне правдоподобная версия.
— Ну, видишь ли… Я давно уже думала о том, чтобы сменить специализацию! То есть с фэнтези перейти на женские детективы, это сейчас более востребованно. А тут такой сюжет…
— Да, пожалуй, — согласилась Таня, — интересная женщина, неординарная! Так что тебя интересует?
— Твое впечатление интересует! Какой она была? Как вела себя? Может, ты заметила что-то особенное, необычное? Ты ведь человек опытный, у тебя глаз наметан!
Таня улыбнулась, явно польщенная:
— Ну, как говорится, о мертвых либо хорошо, либо…
— Либо ничего, кроме правды! — закончила за нее Лена. — Ты же знаешь, как на самом деле звучит эта поговорка.
Таня заговорила не сразу — мешала кофе ложечкой, словно подыскивая подходящие слова.
— Она была… Жесткой. Не злой, не капризной, нет! Но очень жесткой. Четко планировала все — время интервью, вопросы, даже ракурсы для фото. Охотно рассказывала о бизнесе, о благотворительности — она, кстати, реально много жертвовала на детские дома и приюты для животных, — о поездках, о шопинге… А вот о детстве, юности — очень мало, и как будто сквозь зубы.
— Может, детство у нее было так себе? — осторожно предположила Лена. — Не хотелось вспоминать?
— Да, скорее всего… Она ведь из поселка Коммунар в Ленобласти. Контингент там тот еще! Бывшие отсадочные да потомственные алкаши. Уму непостижимо, как она умудрилась выбраться оттуда!
— Как же она сумела разбогатеть? — Лена понимала, что такой вопрос звучит наивно, даже глуповато, но не могла его не задать.
— Говорила, что работала много, — невесело усмехнулась Таня, — что бизнесом начала еще в девяностых заниматься… Но, как говорится, «больше всех в колхозе работала лошадь, но председателем так и не стала». Не верю я в эти истории «успешного успеха» на пустом месте, с нуля! Тем более — в те времена. Там точно по шкафам полно скелетов запрятано…
— Может, за это ее и убили? — предположила Лена.
Таня покачала головой:
— Вряд ли. Столько времени прошло! Давно все быльем поросло. Хотя был один интересный момент…
— Ну-ка-ну-ка, расскажи поподробнее! — Лена подалась вперед, стараясь не упустить ни слова.
— Фотограф резко окликнул ассистентку — ему другой объектив понадобился или что-то там еще… Он крикнул «Оля!», а Мария вздрогнула и повернула голову, непроизвольно так. Я еще удивилась — почему? Может, она имя меняла? Скрывалась?
У Тани в сумочке призывно и требовательно зазвонил телефон. Она поспешно схватила трубку и, выпалив: «Иду, через пять минут буду!», нажала на отбой и обернулась к Лене:
— Все, извини, дела! Я побежала. Удачи тебе с твоим детективом!
Глава 19
Новиков со стажером Свириным подъехали к зданию Пивзавода как раз вовремя — Шустов вышел из парадного входа и куда-то направился. Видимо, недалеко, раз пешком, без машины… Увидев его, Свирин не смог скрыть разочарования — он-то думал, что бандита едет брать, а не смешного коротышку в дурацком клетчатом пиджаке!
Выйдя из машины, Андрей направился ему наперерез, достал удостоверение.
— Гражданин Шустов Игорь Алексеевич? Капитан Новиков, Отдельное оперативно-следственное управление. Вам необходимо проехать с нами.
Одного взгляда на физиономию Шустова было бы достаточно для вынесения вердикта «виновен». Он побледнел, на лбу выступили капельки пота, толстые щеки затряслись, а в глазах плескался такой запредельный ужас, что Новикову его даже жалко стало на миг. Не то чтобы очень, но слегка.
— Вы не имеете права… — пробормотал Шустов, — я ничего не сделал, и вообще…
— Разберемся, — строго оборвал его Андрей, — пройдемте!
В машине Шустов почему-то притих, но, войдя в кабинет Новикова, начал возмущаться с новой силой.
— Я ничего не сделал! Я ни в чем не виноват! — выкрикивал он, брызгая слюной. — Я требую адвоката! Имейте в виду — я буду жаловаться! Я подключу прессу, у меня связи…
Стажер Свирин, тоже присутствующий на допросе (надо же парню учиться!), не удержался и прыснул в кулак, словно школьник. Новиков наградил его строгим взглядом — не мешай, мол! — и довольно миролюбиво пообещал:
— Будет вам и адвокат, и прокурор… И какава с чаем!
Он выдержал короткую паузу и серьезно добавил:
— А еще — статья за соучастие в убийстве. Учитывая особенности вашей… хм… личной жизни, в местах лишения свободы вам придется очень непросто.
— Я никого не убивал! Моя личная жизнь никого не касается! — Голос Шустова сорвался на визг, лицо налилось кровью, и Новиков начал всерьез опасаться, как бы фигуранта кондратий не хватил прямо в кабинете.
— Вот, выпейте… — Он налил воды в стакан и протянул Шустову.
Гарик пил большими глотками, стуча зубами о край, пролил воду на пиджак, попытался вытереть платком, но руки так дрожали, что уронил его, и расплакался — обильно, некрасиво, даже не по-женски, а по-бабьи. Новиков протянул ему коробку с бумажными салфетками — нарочно держал у себя в столе для таких случаев — и негромко, даже задушевно, произнес:
— А теперь, Игорь Алексеевич, давайте успокоимся и подумаем, что нам делать дальше. Я вам обрисую создавшуюся ситуацию, а вы решите, как лучше поступить.
Шустов издал какой-то нечленораздельный звук — то ли икнул, то ли всхлипнул. Новиков счел это знаком согласия (а если даже нет — какая разница!) и заговорил размеренно и спокойно, как терпеливый учитель с учеником-двоечником:
— Значит, ситуация такая: 28 сентября в своем коттедже была убита Мария Федоровна Завьялова, супруга Дениса Стародубцева. Знаком вам сей гражданин?
Шустов торопливо закивал. Новиков одобрительно улыбнулся:
— Ну вот, очевидное не отрицаем… Уже хорошо! Значит, можно двигаться дальше. На допросе упомянутый гражданин Стародубцев заявил, что в момент убийства Завьяловой он находился на Пивзаводе, на выставке Олеси Кременецкой. Однако у следствия его алиби вызывает обоснованные сомнения. По нашим данным, он мог незаметно покинуть Пивзавод через запасной выход, поехать в Камышево, убить жену, а потом так же незаметно вернуться. А для этого воспользоваться вашей, — Андрей чуть повысил голос и для наглядности ткнул пальцем в окончательно поникшего Шустова, — вашей, Игорь Алексеевич, машиной. И заплатил вам за это — причем очень неплохо заплатил! Или, может быть, вы сами были за рулем и сами его туда отвезли?
— Нет-нет… — забормотал Шустов, — я ничего не знал, я ни в чем не виноват…
— Да ладно, — хмыкнул Новиков, — сдается мне, что, если сейчас отправить вашу машину на экспертизу, следы вашего друга Дениса мы там точно найдем!
По лицу Шустова Денис понял, что попал в точку — тот побледнел и как-то обмяк на стуле. Теперь дожать его — дело техники!
— И потому у нас с вами есть два варианта: либо вы продолжаете гнуть свою линию «не слышал — не видел — не знаю», и тогда отсюда отправляетесь в СИЗО и идете по статье как соучастник убийства, либо… — Он выдержал эффектную паузу.
— Либо — что? — Шустов вскинул на него глаза, вспыхнувшие отчаянной надеждой.