Виктория Блэк – Выбери меня (страница 8)

Он устало вздохнул.

— Нет, Габриэль. Меня не интересовало, куда и с кем онасобиралась. Для меня важнее было, чтобы мой ребенок остался со мной. Она самаотказалась от тебя в суде. Что-то случилось?

— Прости. Стало интересно, где она. А имя того мужика, с кемона связалась, ты не помнишь?

— Сын, не испытывай мое терпение! Ты прекрасно знаешь мое кэтому отношение. Я вычеркнул ее из своей жизни и даже слышать о ней не хочу! Советуюне забивать этим голову, а вернуться в Сиэтл.

Реакция отца казалась искренней, но, я не верил, что он незнал о мамином местонахождении. Возвращаться в Сиэтл и перенимать тонкостиуправления отелями не хотелось. Мне нравилась жизнь в Нью-Джерси. Моя внешностьприносила неплохие гонорары: съемки для магазинов одежды и спортивногоинвентаря. Жить под финансовым колпаком у отца меня не прельщало. Но дни шли,душа тихо ныла. Это можно сравнить с грязной стеной, закрашенной белой краской– она вроде бы белая, но темные пятна все равно проступали. Алекс прав, люди неисчезают беспричинно.

Не дождавшись окончания стажировки, я вернулся в Сиэтл,намереваясь найти концы в мутной воде. По приезде я не смог удержаться, чтобыне обкатать своего Харлея. С этим зверем у меня целый вагон воспоминаний,сколько адреналина выработало мое тело на ночных гонках, не счесть. Рев двигателямне снился по ночам, даже несмотря на то что мы с парнями частенько устраивалиавтогонки по загородным трассам Принстона.

Объехав пол Сиэтла, я вернулся домой и уж чего точно неожидал, так это настолько горячей встречи.

Я узнал Бренду. Хантер старалась, скидывала фото каждый раз,когда встречала их с отцом где-нибудь в городе. Я листал равнодушно, отмечаячисто механически: симпатичная. Очередная кукла отца. Ничего особенного.

Я ошибался.

В жизни Бренда гораздо эффектнее.

Она шагнула в гараж, и я забыл, как дышать. Словно модель собложки глянца. У нее тело богини: высокая грудь, которая должна идеальноложиться в ладонь, узкая талия, которую хочется сжать пальцами так, чтобыостались следы. И плоский живот с прочерченными линиями пресса. Ноги. Отдельнаяистория. Длинные, стройные, созданные для того, чтобы обхватывать ими талию.

Но не только тело меня зацепило.

Глаза. Голубые, прозрачные, с хищным прищуром кошки, котораязамерла перед прыжком. И алые, сочные губы, приоткрытые ровно настолько, чтобылишить меня остатков разума. Она смотрела на меня, и этот взгляд ударил под дыхсильнее любого хука справа.

Взрывной коктейль. Чистый яд. Я мог ее остановить. Долженбыл, но не стал потому, что в ту секунду, когда она приблизилась, подумал, чтоимел право на маленькую месть Алехандро Доминго, человеку, когда-то растоптавшемуво мне те самые теплые, трепетные чувства. Он размазал мою первую влюбленностьпо стенке.

Хантер.

Я был влюблен в нее по уши, до дна, до дрожи в коленях.Дерзкая, отвязная, с улыбкой, от которой у нормальных парней плавились мозги.Мы познакомились на гонках. Она была грид-гел – выходила на трассу в короткихшортах и опускала флаги перед стартом. Я смотрел, как она это делает, ичувствовал, что готов сжечь весь мир, лишь бы она посмотрела на меня. Помнюдаже запах того вечера – смесь горючего, разогретого асфальта и ее дешевых,приторных духов. А вечером она отдалась мне без игр, без этой дурацкойромантики, которую пихают в фильмы. Просто взяла меня за руку и утащила втемноту. В семнадцать это называется «снесло крышу».

Я не хотел улетать из Сиэтла. Готов был бросить все – планы,будущее, отца с его идеальным бизнесом. Ради нее. Ради того, чтобы просыпатьсяи видеть это дерзкое лицо на соседней подушке.

Отец все расставил по местам. Он не кричал, не запрещал. Онпросто показал. Я впервые увидел, какова Хантер на самом деле. Она не враламне. Честно. Она просто жила так, как умела. Любила мужчин, всех подряд, безразбора. Любила жадный, быстрый секс, без обязательств. Любила деньги, вниманиеи гонку за острыми ощущениями.

— Ну прости, Гейб. Можешь считать меня полигамной, только необижайся! Я же никогда не говорила, что люблю только тебя, а мистер Домингопросто улетный.

Отец тогда смотрел на меня с этим своим фирменнымвыражением: «Я же говорил». В тот момент во мне что-то сломалось, и вряд ликто-то сможет починить.

Ладно, хватит нытья. Вернемся в настоящее, где кроетсяглавная причина моего возвращения в Сиэтл.

Утром я дождался, когда отец и Бренда уедут по своим делам, адомработница закончит с уборкой и уйдет. Только потом залез в кабинет отца, каквор. Я искал любые зацепки: телефоны, адреса, документы, где хоть как-тоупоминалось имя моей мамы – Моники Доминго и того, с кем она уехала. Просточудо, что Бренда не застукала меня на месте преступления. Отцу бы непонравилось это и, если что-то важное и хранилось в его кабинете, исчезло бынавсегда.

Бренда поедала меня глазами. О какой любви к моему отцу онаговорит? Я всегда вижу, когда девушка хочет меня. Но, пусть и дальше строит изсебя невинность перед другими, я-то знаю – она охотница. В ее циничном взглядетаится история и не очень радужная. Терпеть не могу, когда женщины лгут, ноотныне девчонка на крючке. Да, я специально вывел ее из себя, чтобы снятьмаску. Она станет моим прикрытием.

Глава 7 Правда во взгляде

В студии дизайна интерьеров я описываю все то, что хочувоплотить в жизнь. Внеся аванс в две тысячи долларов, я выхожу на улицу вприподнятом настроении от осознания, что мой

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.