Виктория Блэк – Контракт на чувства (страница 8)
Коротко кивнув, я тороплюсь в сторону особняка, прекрасно понимая, что оплаты за вечер мне не видать, как своих ушей. Но сейчас я вовсе не о деньгах думаю, а о моем позоре. Я даже благодарна Камилле, что она выгнала меня – мне нужно успокоиться, унять дрожь в теле.
Зайдя на кухню, я радуюсь, что она пуста. Подбегаю к раковине, резко поворачиваю кран, и ледяная вода хлещет мне в ладони. Я набираю горсть и обливаю лицо, холодные струйки стекают по разгоряченной коже, остужая ее. И только после этого мне удается вдохнуть полной грудью.
Пока я торчу на кухне, мой внутренний голос не дремлет – он ехидно комментирует мою неуклюжесть и мысли, связанные с мистером Грэмом. Я пытаюсь отвлечься, подумать о чем-нибудь другом, но все равно возвращаюсь в исходную позицию, прокручивая момент позора снова и снова.
От самокопания меня отвлекают звуки фейерверка за окном. Крадучись, я выхожу на улицу, желая полюбоваться красочным действом. Во Флешертоне такого не увидеть. Небо, озаренное разноцветными огнями, завораживает. И пока яркие искры рассыпаются и гаснут на звездном полотне, я ловлю себя на мысли, что это единственное хорошее событие за весь прожитый день.
Поглощенная феерией красок, я не сразу замечаю, что рядом со мной стоит мужчина – тот самый, из-за которого я уронила поднос. Он скользит по мне сальным взглядом, хотя по выражению его лица можно подумать, что здесь ужасно воняет. Он не нравится мне, от его присутствия ползет мороз по коже. Я разворачиваюсь в сторону кухни, желая уйти отсюда скорее, но мужчина успевает ухватить меня за локоть, больно впившись пальцами в кожу.
– Не дергайся! – угрожающе цедит он и тащит меня вдоль стены в другую сторону.
– Отпустите! Куда вы меня ведете?! – вскрикиваю я.
Мне становится страшно, в памяти всплывают воспоминания, как Кайл так же крепко удерживал меня.
– Отпустите! Я буду кричать! – обещаю я, хотя на самом деле понимаю – меня не услышат из-за шума.
После нападения Кайла, я прокручивала варианты, как могла защититься от него. При этом злилась на себя за растерянность – ну почему идеи самозащиты не пришли в голову, когда сводный схватил меня? Зато сейчас я знаю, что делать.
Наклонившись к его запястью, я со всей силы вонзаю в него зубы. Мужчина резко отскакивает в сторону, разозлившись сильнее. Попытка убежать от него рассыпается в прах – он нагоняет меня в несколько шагов.
– Попалась, крошка!
Я толкаю его, что есть сил, но он хватает меня за запястья.
– Дура, я тебе работу хочу предложить, какого черта ты выделываешься! – гневно выплевывает он, разворачивая меня лицом к стене и больно заламывая руку мне за спину.
– Что вам нужно?! – всхлипываю я. От страха у меня трясутся ноги и холодеет внутри.
– Сейчас ты мне сделаешь приятное, а я тебе в кармашек положу штуку баксов. Ты же осталась сегодня без денег, а я могу помочь. Бартер и ничего более. Попробуешь на вкус нормальный член. – Его слова похожи на удары, от которых хочется увернуться.
– Отпустите меня, пожалуйста! Мне не нужны ваши деньги! – Мой голос срывается, превращаясь в хриплый шепот.
Мужчина смеется и сильнее прижимает меня к стене. Его горячее дыхание с запахом алкоголя пробирается в мой нос и вызывает тошноту.
Влажные грубые ладони лезут под юбку моего форменного платья и тянутся к белью. Животный страх сковывает мое тело металлическими жгутами, я перестаю что-либо соображать, умоляя бога помочь мне спастись.
Когда я теряю надежду, с ужасом понимая, что полностью нахожусь в его власти, внезапно слышу позади знакомый голос – низкий и расслабленный.
– Оушен, принуждать девушку как-то не по-джентльменски. Не находишь?
Руки Оушена тут же отпускают меня. Громко засмеявшись, мой обидчик разворачивается и стремительно скрывается из виду. Я обессиленно скатываюсь по стене на землю, и сквозь слезы смотрю на своего спасителя. Мистер Грэм стоит напротив меня, засунув руки в карманы брюк. Мне хочется его поблагодарить, но рыдания мешают произнести хотя бы одно внятное слово.
Грэм молчит. Я сглатываю слезы и пытаюсь выговорить что-нибудь внятное, но не успеваю.
– Мери, вот ты где! – Шон выбегает из-за спины Дэймона и бросается помочь мне подняться. – Что случилось, Мери?
Шон вытирает пальцами слезы с моих щек, а я…
Я таращусь на мистера Грэма. Его взгляд кажется бесстрастным, но не отстраненным – словно он пытается проникнуть мне в голову и прочесть мысли.
– Береги себя, Мередит, – с ударением на имени произносит он и уходит в темноту.
Глядя ему вслед, я задаюсь единственным вопросом, беспокоившим меня в этот момент: почему он помог мне? Он же выставил меня из своего офиса, хотя я умоляла дать любую работу. Чувство вины? Вряд ли. Но стоит ли об этом думать? Сомневаюсь, что наши пути вновь пересекутся – он парит высоко в небе, пока я ползаю по земле.
– Мери, мистер Грэм что-то сделал тебе? – понизив голос, осторожно спрашивает Шон.
Обеспокоенные голубые глаза друга поймали меня в зрительный капкан, требуя ответа, но я не хочу ни о чем рассказывать. Все прошло. Я жива и невредима.
– Нет, я заблудилась, а потом упала. Все в порядке! – выдавив из себя улыбку, лгу я.
Глава 5 Размытые пятна
Почти семь часов. Благотворительный вечер уже начался. Но я, как обычно, задерживаюсь. Все давно привыкли, что я не появляюсь вовремя. На это есть причины.
На столе вибрирует телефон. На экране высвечивается имя моего помощника и охранника в одном лице. Виктор – единственный человек во всем мире, кому я доверяю. В нем я уверен даже больше, чем в себе. За восемнадцать лет службы Виктор ни разу не подвел. Доверие для меня не пустой звук, а гарантия безопасности.
– Мистер Грэм, девушка уже здесь, ее зовут Джемма. Снимки будут через несколько минут, – отчитывается он.
– Хорошо, – отвечаю я и вешаю трубку.
Да, я пользуюсь услугами девушек высшего класса, для них желание клиента – закон. Они осуществят любую фантазию, какая только взбредет мне в голову. Поначалу я отрывался на всю катушку, но мне наскучило. Еще несколько лет назад. Они просто товар. Их неинтересно трахать. К тому же нельзя смешивать секс и бизнес.
Мне не хватает страсти, настоящего огня в глазах любовниц. Разумеется, я им нравлюсь, они хотят меня, но как заветный трофей. Женщины лезут из кожи вон, чтобы провести хотя бы одну ночь со мной, надеясь забеременеть и получить пожизненное содержание. Я не осуждаю, в их поведении нет ничего плохого, просто мои вкусовые рецепторы притупились. Все, что теперь приносит настоящее удовлетворение – рост цифр на моем банковском счете – у них нет лиц, которые исчезают из памяти через несколько мгновений.
Перед выходом из дома, стоя перед зеркалом, я поправляю воротник и галстук-бабочку, а после вглядываюсь в свое отражение: прямой нос, аккуратная короткая щетина, густые брови и глаза неопределенного цвета. Вроде бы карие или немного светлее, мама их сравнивает с застывшим янтарем. В любом случае мое лицо – стандартный набор деталей, который сотрется из моей памяти, как только отведу взгляд.
Прозопагнозия. Этот сложный медицинский термин звучит устрашающе. Я не запоминаю лица людей. Стоит отвернуться на секунду, и внешность собеседника превращается в размытое пятно, будто кто-то стер его ластиком. У меня феноменальная память, но здесь она бессильна.
До аварии я различал лица и чувствовал эмоции, как свои, так и чужие.
Все рухнуло в одну ночь – моя мать села пьяной за руль и уснула. Она почти не пострадала в отличие от меня – переломы, черепно-мозговая травма с повреждением нейронных связей. Отец потратил целое состояние на лучших врачей, но мозг нельзя перезапустить, он не сломанный алгоритм, который можно переписать, как код программы.
За восемнадцать лет ничего не изменилось. Наука не придумала способ, как вылечить меня. Если к прозопагнозии я привык, то к постоянному эмоциональному голоду нет. Я в вечном поиске, но в мире все меньше остается вещей, которые приносят насыщение.
Лифт плавно останавливается, створки разъезжаются. Я выхожу на полуосвещенную подземную парковку. В нескольких шагах меня ждет черный Мерседес, а рядом с ним Виктор в безупречном темно-синем костюме.
– Добрый вечер, сэр, – говорит он, а мой внутренний определитель мгновенно распознает его глубокий мягкий голос с легкой шероховатостью.
Я усаживаюсь в салон, где сидит блондинка в черном платье. Ее алые губы растянуты в улыбке на пол лица.
– Здравствуйте, мистер Грэм, – щебечет она.
– Здравствуй, Джемма. Тебя проинструктировали? – уточняю я и замечаю, как ее улыбка сползает.
Виктор уже осведомил Джемму о правилах на этот вечер, но меня интересует другое – ее реакция на вопрос. Она должна быть холодной, ровной и без глупых игр. Если эскортница позволит себе флирт или пошлые шутки, она тут же вылетит из машины. Я не терплю непрофессионализма.
– Да, держать розу и не отходить от вас. Не задавать никаких вопросов и, по возможности, ни с кем не общаться, – четко произносит она.