Виктория Авеярд – Разрушитель судеб (страница 111)
– Ты что, бежишь с поля боя, Домакриан? – прошипела она. В ее серых глазах читалось изумление, граничащее с шоком. – Больше не видишь надежды на победу?
– Дело не в этом, – ответил он, отталкивая ее. – Я ясно вижу, что происходит. Ни Таристана, ни мага нет на поле сражения. Это отвлекающий маневр.
Шок Изибель сменился ужасом, и, осознав смысл его слов, она отпустила его плечо.
Дом молниеносно повернулся в сторону замка. Последовав его примеру, Изибель обратила взор на Тиарму, хмуро взиравшую на сражение.
– Отвлекающий маневр, – завороженно прошептала она, не выпуская из руки древний меч, лезвие которого было омыто алой кровью. – Нужно поспешить.
Это единственное разрешение, в котором Дом нуждался. Он бросил несколько слов лейтенанту и покинул передовую. Оставшуюся на его месте прореху тут же заполнили другие видэры. У Дома не было времени размышлять, испугает ли армию его отсутствие. Он знал: если Корэйн погибнет, все они обречены.
Его тело словно взорвалось, и он бросился бежать со всех ног, несмотря на тяжесть брони.
В небе над головой продолжалась битва драконов. Вихри красного пламени снова и снова сталкивались с потоком синего огня. Казалось, бой идет на равных, пока вдруг оба существа не понеслись к земле, вцепившись друг в друга лапами и когтями. Их истерзанные крылья переплелись между собой.
Дом успел отпрыгнуть от сражавшихся драконов, тела которых источали волны жара и холода. Они обрушились на поле, словно метеориты, подняв в воздух фонтан из пыли и комьев земли. Падение никак не навредило им, и они, окутанные мутной пеленой, продолжили бороться, терзая и царапая друг друга. Дом поднялся на пошатывающиеся ноги. Древние воины и смертные солдаты разбежались в разные стороны, чтобы оказаться как можно дальше от чудовищных существ.
Внезапно Дом услышал шипение стали и едва успел пригнуться. Там, где мгновение назад была его голова, воздух прорезал стремительный удар меча.
Он моргнул, не веря своим глазам. Мимо него пронесся высокий всадник, источающий настоящий ужас. Его силуэт походил на тень, превращенную в сталь.
«Черный рыцарь», – осознал Дом, вспомнив Джидаштерн, то, как проклятый воин уничтожал все на своем пути. Чарли дал ему имя. «Драконья Погибель Морван. Еще одно чудовище Ирридаса, обреченное охотиться на драконов до скончания времен».
«Так или иначе, отпущенный ему срок скоро истечет», – подумал Дом, хотя мир перед его глазами плыл.
Морван. Само это имя звучало жутко и как-то неправильно.
Дом вспомнил Рию, облаченную в зеленую броню. Вспомнил, как она размахивала мечом, а ее черные волосы развевались на ветру. Его кузина была бесстрашной и прекрасной – пока ее не обрекла на смерть рука черного рыцаря.
«Нет, – с дрожью подумал Дом. – Ее постигла худшая доля, чем обычная смерть».
Рыцарь резко развернулся и поднял меч. Хотя Дом не видел скрытого забралом лица, он чувствовал его взгляд, пронзавший подобно копью. Но Морван смотрел сквозь него, сосредоточившись лишь на сражавшихся драконах. Чудовища заревели друг на друга, и Дом спиной ощутил волну жара, за которой последовал порыв ледяного холода.
Конь Морвана, казалось, был готов нести хозяина к цели, несмотря ни на какие преграды. Топча копытами мертвые тела солдат, он описал полукруг, чтобы разогнаться для решающего броска.
Дому хотелось остаться на месте и скрестить с Морваном мечи. Возможно, так он смог бы хоть немного отомстить за гибель Рии. Быть может, тогда одна из его многочисленных ран начала наконец-то затягиваться.
Он изо всех сил сжал рукоять меча и, расправив плечи, повернулся лицом к Морвану. Затаившийся в душе зверь зарычал от удовольствия, отчаянно желая, чтобы его выпустили против черного рыцаря.
Но в потаенных уголках разума зазвучал другой голос, эхом отдаваясь в сознании.
«Корэйн».
Ее имя звенело в его голове, словно колокол.
Морван опустил меч, и его конь встал на дыбы.
Дому пришлось призвать на помощь всю свою силу воли, чтобы отвернуться и оставить черного рыцаря наедине с его молчанием.
Он знал, что смерть Рии останется неотмщенной.
Однако Домакриан все равно отвернулся.
Глава 40
Между молотом и наковальней
– Сораса —
Она чувствовала смесь благоговения и раздражения. Дракон, в которого превратилась Вальтик, взлетел ввысь и сцепился в воздушном бою с красным чудовищем Ирридаса, раздирая его тело когтями.
Сораса не верила собственным глазам.
В ее голове совершенно не укладывалось, что все это время Вальтик была способна на такую невероятную магию.
Тем не менее она быстро поняла, в чем тут дело. «Это не просто магия, – подумала она, чувствуя, как в душе стихает злость. – Обычная ведьма не способна на подобное чудо. Это явление божества».
Сораса побежала следом за Эндри, который тащил Корэйн через порог замка. Чарли и Гарион, побледневшие от шока, уже находились внутри. Древние Ковалинна обступили Корэйн, помогая ей подняться на ноги. Айсадере в сопровождении двух Соколов тоже стояли рядом. Они остались в замке, поскольку не были искусны в военном ремесле.
Сораса задержалась в дверном проеме, чтобы еще немного понаблюдать за драконами, сражавшимися в кроваво-красном небе. Увидев, как голубой дракон расправляет лавандовые крылья, она изогнула губы в усмешке. Затем подняла ладонь, на которой был вытатуирован полумесяц – символ Лашрин, богини смерти.
– Спасибо тебе, – прошептала она ветру, прежде чем присоединиться к остальным.
Приемный зал превратился в подобие военных казарм. Он был завален коробками с провизией и оружием, а также высокими стопками бинтов. «Как оптимистично, – подумала Сораса, разглядывая медицинские припасы. – Но чтобы позаботиться о раненых, кто-то из нас должен выжить».
Корэйн, округлив глаза от шока, стояла у открытой двери.
– Вальтик… – выдохнула она, лишившись дара речи от переполнявших ее эмоций.
Сораса положила руку ей на плечо, увлекая Надежду этого мира вглубь зала.
– Она вышла за пределы этого мира. Теперь она выше нас всех.
Чарли, стоявший в тени, нервно покусывал губу. Он выглядел нелепо в своем новом подлатнике, обильно набитом ватой.
– Еще не пора баррикадировать замок? – спросил он, бросив взгляд на раскрытую дверь, через которую виднелось красное небо и доносились звуки битвы, начинавшейся в долине. – Мне кажется, что пора. На всякий случай.
Сораса покачала головой и снова поправила кольчугу, скрывавшуюся под кожаной курткой. Ей казалось, что массивные плиты медленно сплющивают ее тело.
– Еще нет, – фыркнула она. Соратники обсудили этот план тысячу раз, и она помнила его наизусть. – Сначала надо дождаться сигнала. Если галлийцы прорвутся в город, мы запечатаем ворота замка и отступим в сторону цитадели. – Она подумала о подземных залах, которые уходили в такую глубь, что там можно было укрыться даже от драконьего огня. – Мы продержимся дольше, чем они.
Амхара почувствовала на языке горький привкус лжи. Судя по тому, как потемнели глаза Корэйн, она тоже знала, что Сораса кривит душой.
– Мы продержимся дольше чем они, – глухим голосом отозвалась Корэйн.
Так они и сидели в приемном зале, ожидая новостей. Древние Сиранделя, регулярно сменяющие друг друга на крепостной стене, приносили в замок отчеты о происходящем. Каждый раз, когда в дверном проеме появлялся один из бессмертных, сердце Сорасы грозилось выпрыгнуть из груди. Она едва дышала, готовясь узнать о том, что их воины потерпели неудачу, или попали в плен, или погибли. Каждый раз она мысленно прощалась с Домакрианом и той крохотной надеждой, что по-прежнему жила в ее иссушенном сердце.
Это было похоже на пытку. И спустя несколько часов Сораса почувствовала, что у нее просто не осталось сил.
На пороге появился очередной сиранделец и сообщил им о новом наступлении галлийской армии. Судя по всему, там кипело кровавое побоище. Напряженная, как струна, Сораса наклонилась вперед и прислушалась к каждому слову.
– Принц Айоны не передавал никаких сообщений? – пробормотала она, мысленно приготовившись к худшему.
– Нет, – ответил сиранделец. – Но он сражается плечом к плечу с правительницей. Перед тем как покинуть пост, я видел их обоих среди видэров, образующих стену из пик.
Сораса медленно выдохнула и на мгновение прикрыла глаза.
– Хорошо.
Ее тело зудело. Будучи амхара, она не привыкла бездумно бросаться в битву, предпочитая бесшумно атаковать из тени. И все же каждая клеточка ее существа кричала о том, что она не должна отсиживаться в замке, – не тогда, когда Дом сражается на поле боя. «Рядом с ним сотни Древних, а значит, он в безопасности», – убеждала она саму себя. Как бы Домакриан ни раздражал ее, Сораса не знала более искусного воина, чем он. А сейчас вокруг него была целая армия таких же опытных бойцов.
Если удача улыбнется им, то они смогут прорваться сквозь войско Эриды и своей бессмертной стойкостью деморализовать ее командиров, заставив спасаться бегством.
Сораса отвернулась, пока леди Эйда продолжала разговор с сирандельским разведчиком. Бессмертная воительница сменила привычную мантию на кольчужное платье, а у нее на спине висел боевой топор. Ее сородичи, число которых теперь не доходило даже до двадцати, стояли на равном расстоянии друг от друга, охраняя приемный зал.
Косматый медведь, лениво позевывая, бродил среди них. Сораса старалась держаться от него подальше, несмотря на все заверения, что зверь приручен и хорошо выдрессирован.