Виктория Авеярд – Разрушитель судеб (страница 100)

До Эриды доносилось эхо криков и скрип сапог, топчущих снег. Лошади и быки с фырканьем бродили по загонам, сооруженным из веревок. Вздохнув, Эрида развернулась и пошла к лагерю по своим собственным следам.

На ней были отороченные мехом сапоги, стеганое шерстяное платье и плотная мантия – одежда, больше подходящая служанкам, чем королеве. Но в горах не было места для роскоши. Это понимали даже ее лорды, которые тем не менее по-прежнему надевали изящные доспехи и шелковые наряды, украшенные искусной вышивкой.

Что до Эриды, то корону ей заменяли королевские манеры.

Таристан ждал ее у входа в шатер. Его глаза казались стеклянными от нехватки сна, но он уже успел облачиться в дорожную одежду, накинуть на плечо красную мантию и повесить на пояс меч. Как и Эриде, ему не терпелось снова пуститься в путь.

– Не уходи из лагеря без охраны, – сказал он недовольным тоном.

Эрида пожала плечами и подняла взгляд на небо, которое медленно сменяло нежный пурпурный оттенок на насыщенный розовый цвет. На нем не было ни облачка, которое стало бы предвестником грядущего снегопада.

– Нам повезло. Начнись метель, мы не смогли бы закончить переход и застряли бы здесь еще на несколько дней. – Она изогнула губы в усмешке. – Хорошая погода – это настоящее благословение.

– Не уходи из лагеря без охраны, – повторил Таристан. На этот раз его голос прозвучал более резко.

– Меня постоянно окружают рыцари, не говоря уже о многотысячной армии солдат, каждый из которых готов умереть за меня, если представится такая возможность, – ответила она, покачав головой.

«А некоторые из них уже умерли», – подумала она, вспомнив о тех воинах, которые замерзли в своих палатках или разбились о камни, поскользнувшись при подъеме на гору. Прошло уже несколько недель с тех пор, как они покинули Рулайн, и Эрида торопила войско, задавая ему жестокий темп. Она была готова заплатить любую цену.

– К тому же у меня есть ты, – добавила она, взяв супруга под руку.

Таристан переступил с ноги на ногу.

– Чем ближе мы подходим к Айоне, тем осторожнее должны быть. Всего одна стрела, выпущенная из лука Древнего, может положить конец всему, – сказал он, указав пальцем на грудь Эриды – в то место, где билось ее сердце.

Ласково улыбнувшись, Эрида переплела его пальцы со своими.

– Ты выбрал странное время, чтобы бояться за меня, – проговорила она с веселым изумлением в голосе. – Мы уже зашли слишком далеко.

– Я всегда боюсь за тебя, – пробормотал Таристан, словно сознаваясь в преступлении. – Всегда, Эрида.

Она улыбнулась еще шире и сильнее сжала его руку.

В следующее мгновение шатер пошатнулся от порыва ветра – сильного и внезапного, как ураган. Эрида сильнее прильнула к Таристану, и его мантия всколыхнулась вокруг них подобно алому занавесу. Палатки и флаги по всему лагерю затрепетали, а солдаты пригнулись, пытаясь схватиться за что-нибудь крепкое, чтобы удержаться на ногах.

Высоко в горах часто дули суровые ветры. Эрида нахмурилась и напряглась, по-прежнему прижимаясь к телу Таристана, надежному, словно стена.

Ветер показался ей удивительно теплым. А еще от него пахло…

– Дымом? – вслух спросила Эрида, растерянно хмурясь.

С лица Таристана схлынула вся кровь, и он стал похож на призрака. Он сжал Эриду так крепко, что едва не сломал ей кости.

– Что происходит? – резким тоном спросила она, прижимаясь к нему. Ее сердце забилось быстрее.

В небе раздался грохот, гулкий и резкий, как будто кто-то ударил по огромному барабану. Воздух содрогнулся, и над лагерем снова пронесся порыв ветра. В этот раз многие воины из армии Эриды прижались к земле. Раздались крики. Некоторые солдаты схватились за оружие, а другие бросились во все стороны, словно перепуганные мыши, за которыми гнался кот.

Таристан выругался себе под нос, и звук его голоса эхом отдался в груди Эриды. Подняв взгляд, она увидела, как лагерь накрыла тень.

На небе по-прежнему не было ни облачка.

Эрида хотела бы испугаться. Разум подсказывал ей, что она должна бояться за свою жизнь. Но она чувствовала лишь мрачное удовлетворение, рожденное вовсе не ее собственным сознанием.

Дракон грозовой тучей навис над горными пиками. Он был настолько велик, что Эрида не могла до конца постичь увиденное. Чудовище пронеслось по холодному воздуху, будто хищная птица. У него были перепончатые, как у летучей мыши, крылья, а на четырех лапах, прижатых к массивному телу, виднелись когти – огромные, словно колеса повозок. Лучи восходящего солнца отражались от рубиновой и агатовой чешуи, от которой исходил пар.

Он приземлился на горный пик, возвышавшийся над перевалом, и на военный лагерь обрушилась лавина из камней и снега. Чудовище, размером походившее на еще одну гору, обернуло хвост вокруг зазубренного камня. Солдаты Эриды продолжали разбегаться по склону. Они скулили и кричали, вознося отчаянные молитвы своим богам.

Эрида знала лишь одного бога, и Он смеялся внутри ее, упиваясь их страхом.

Дракон взревел, изогнув змеиную шею и подняв разверзнутую пасть к небесам. Эриде казалось, что от его рева горы вот-вот расколются пополам. В глубине драконьего горла светились раскаленные угли, а изо рта вырывались волны жара.

Какая-то сила тянула ее вперед, умоляя сдвинуться с места. Эрида, не раздумывая, подчинилась и вырвалась из объятий Таристана. Он закричал, но она не обратила на него никакого внимания. Она уже неслась через весь лагерь, чтобы оказаться лицом к лицу с драконом.

«Он не испытывает страха, а значит, и мне не стоит бояться», – подумала она, прислушиваясь к пению собственного сердца.

Дракон расправил крылья, и Эрида заметила на их кончиках маленькие изогнутые шипы. Теперь, находясь вблизи чудовища, она увидела, что мембрана между сочленениями была очень тонкой, и на ней остались шрамы и отверстия от стрел. Края крыльев были истрепаны и изорваны.

Эрида вспомнила следы, которые появились на коже ее мужа после битвы при Джидаштерне. Дракона постигла та же участь.

Чудовище смотрело на нее единственным глазом. Красно-золотой зрачок походил на сердцевину пламени. Эрида не смогла сдержать улыбку.

Она узнала этот взгляд.

Видела его, когда встречалась глазами с мужем.

Чувствовала его внутри себя.

Двигаясь мучительно медленно, дракон сделал шаг вниз по склону, а затем и еще один. Он направлялся к перевалу. Горная порода дрожала под его весом, грозясь обрушиться на лагерь.

Эрида стояла на месте, хотя инстинкты кричали ей спасаться бегством. В последнее время она не очень-то доверяла им.

Солдаты ее войска продолжали отступать, в то время как рыцари Львиной гвардии призывали ее бежать. Один только Таристан осмелился последовать за своей королевой. Он мчался по снегу, преодолевая разделявшее их расстояние.

Мгновение спустя Эрида почувствовала жар его тела. В глазах Таристана горело то же всепоглощающее пламя, что и в ее.

Затем дракон сжал челюсти и пригнул голову перед ними обоими. Его брюхо царапало землю. Снег с шипением плавился под телом чудовища, накрывая перевал завесой горячего пара.

С его спины соскользнула фигура в красной мантии. Белое лицо мужчины цветом напоминало призрачную луну, а на его губах играла улыбка.

А его глаза… они были ужасны.

Эрида замерла на месте, едва не рухнув в сугроб. По ее телу пробежала волна отвращения, голова закружилась, и лицо мага начало расплываться перед глазами.

Раньше она ненавидела его бледные слезящиеся глаза, постоянно окаймленные красным, словно он проплакал несколько часов подряд. Никогда в своей жизни она не видела, чтобы чьи-то глаза были настолько налиты кровью.

К своему ужасу, Эрида не обнаружила таких глаз на лице мага.

На нем остались лишь две зияющие дыры. Веки Ронина были изранены и покрыты засохшей кровью, а глазницы впали в череп. По его лицу расходилась паутина белых и более темных вен, которые превращали его кожу в жуткую маску. Ступив на снег, маг покачнулся и вытянул руку вперед, чтобы опереться на нее, если вдруг начнет падать. В другой руке он по-прежнему сжимал трость, но теперь использовал ее, чтобы нащупывать путь.

– Ронин, – прошептала Эрида, упав на колени.

Она услышала, как Таристан за ее спиной с шипением втянул в себя воздух.

– Цена, – пробормотал он. Снег под его сапогами захрустел.

Несмотря на увечья, Ронин продолжал ухмыляться. Его гордость никуда не исчезла.

– Я сделал это, – рассмеялся он себе под нос, двигаясь в сторону их голосов. – Все готово… – Красный маг осекся, вытянув шею.

К горлу Эриды подступила тошнота, когда он повернул голову, каким-то образом обнаружив ее своими невидящими глазами. Его губы шевелились, но с них не слетало ни единого звука.

Ронин побледнел, став белым как снег. Он медленно опустился на одно колено с таким почтением, какого Эрида никогда в нем не видела. Полы его мантии струились по снегу, словно лужа свежей крови.

– Все готово, – повторил он, склонив голову, и Эрида поняла, что он говорит не о драконе.

Помимо своей воли она испытала прилив мрачного удовлетворения. Понимала, чье присутствие он ощущает в ее теле. Знала, что именно он видит своими незрячими глазами.

– Моя королева, – пробормотал он, протягивая ладони к ним обоим. – Мой король.

– Сначала армия мертвецов, теперь дракон.

Эрида закатила глаза за вуалью, глядя на одного из своих лордов. Невидимое пламя обжигало ее веки изнутри.