Виктория Авеярд – Разрушитель клинка (страница 81)
– Приятно наконец познакомиться с тобой, Корэйн ан-Амарат, – произнес елейный голос, резавший слух, словно кованая сталь.
Он доносился отовсюду и из ниоткуда, из Пепельных земель и из ее собственного разума. Корэйн с трудом вздохнула, пытаясь увидеть источник голоса. Но не было ничего, лишь тень на земле, напоминающая очертания человека в накидке.
Однако не было видно никого, кто бы отбрасывал ее.
«Тот, Кто Ждет».
Веретенный клинок все еще сверкал даже под красным небом Пепельных земель. Корэйн взглянула на него, затем на мертвецов, которые по-прежнему пялились на нее. И на тень на земле, становящуюся все темнее. Она поползла в ее сторону, как масло по воде.
Корэйн выдавила из себя улыбку и провела рукой по острию Веретенного клинка. Ладонь жгло, между пальцами выступила свежая кровь.
Корэйн едва заметно пошевелила ногами, прощупывая почву. Ей хотелось побежать прочь, но конечности казались такими тяжелыми, будто сам воздух Пепельных земель приковывал ее к месту.
– Тебе не пройти, – прошипела она, размахивая Веретенным клинком. Сталь сверкнула между Корэйн и тенью.
Тень замерла, и Тот, Кто Ждет рассмеялся.
– Еще нет, – ответил Он.
Корэйн заставила себя сдвинуться с места, но получилось всего лишь на дюйм. Даже такое, казалось бы, незначительно движение отнимало массу сил, словно ей приходилось поднимать неимоверно тяжелый груз. Она стиснула зубы, стараясь казаться сильной, похожей на любого из своих друзей-воинов, оставшихся позади в пока неразрушенном мире.
– Твой мир обречен, Корэйн. – Тень дрожала, вторя Его голосу. – Ты еще не знаешь. Да и откуда? Эта жалкая надежда не позволяет тебе смириться с поражением. О, как мне ненавистно пламя внутри тебя, это твое беспокойное сердце.
Она сделала еще один шаг, на этот раз приложив чуть меньше усилий. Меч потяжелел в ее руке.
– Оллвард все еще стоит. И он не сдастся без боя.
– Ты не можешь постичь миры, которые я видел, они безграничны, полны алчности, ужаса. И не понимаешь, насколько сильно ошибаешься. Мне почти жаль тебя. – Голос будто прокатился по ее телу, заставляя кожу покрыться мурашками. – И, хотя я презираю твое сердце, я также восхищаюсь им.
Веретено горело у нее за спиной, опаляя воздух своей силой.
– Опусти Веретенный клинок. Сделай шаг вперед, а не назад, – произнес Он. – И я сделаю тебя королевой любого королевства, которое ты выберешь.
– Вот что ты пообещал Таристану? – усмехнулась Корэйн, сплевывая на землю. – Как же легко оказалось купить его.
Тот, Кто Ждет рассмеялся высоким, пронзительным смехом, похожим на завывания ветра. Из-за этого звука голова Корэйн едва не раскололась, и она вздрогнула от боли.
– Твой дядя тот еще экземпляр, – прошипел Он. Тень на земле подбиралась все ближе. – Нет, моя дорогая, моя милая Корэйн, он подчиняется моим приказам и без моего голоса, но ты… тебя необходимо убедить. Твой ум острее, а сердце смелее.
Ее глаза округлились от шока.
– И почему же?
– Мне легко воспользоваться разбитой душой, а Таристан был сломлен давным-давно. Но не ты. Почему-то даже сейчас я не вижу в твоем сердце ни единой трещины.
Подняв голову, Корэйн прищурилась, глядя на тень.
– И никогда не увидишь, – сказала она, поворачиваясь со всей скоростью, на которую была способна.
Назад к Веретену, обратно в Оллвард. Домой к тем, кто был ей дорог.
Воины Пепельных земель двигались вместе с ней, они рычали и шипели, падая, когда пытались наброситься на нее.
Она почувствовала, как костлявые пальцы вцепились ей в волосы, ухватились за накидку, сомкнулись на лодыжках.
Но они были слабыми, хрупкими и истощенными существами, как и сам их мир.
«Я сильнее».
Она прыгнула, лезвие Веретенного клинка блеснуло в ее руке, и со всей силы замахнулась мечом.
Что-то позади нее закричало, издав нечеловеческий стон, и Пепельные земли содрогнулись, словно там началось землетрясение.
Звук пронесся эхом через портал, следуя за Корэйн, даже когда она приземлилась на мрамор в своем собственном мире.
А потом крик пропал, исчезнув вместе с красным светом, пеплом и самим Веретеном. Золотая нить сгинула, как будто ее никогда и не было, не оставив после себя никаких следов, кроме армии трупов, все еще мечущихся по комнате.
Корэйн поднялась на дрожащие ноги, когда один из них направился к ней, с каждым шагом его ребра поочередно отламывались и падали вниз. Он поднял зазубренный нож, покрытый кровью слишком многих людей, но Корэйн парировала удар, стукнув Веретенным клинком по его позвоночнику и разрубив тело на две части.
Затем, потеряв равновесие на скользком, окровавленном камне, она снова осела на пол храма.
– Эндри, – прошептала она, оглядываясь по сторонам.
Пол накренился, поднимаясь ей навстречу, но она боролась с желанием упасть в обморок. Возможно, это был последний раз, когда она закрывала глаза, потому что слишком близко подошла к Веретену.
– Не дай мне уснуть, не дай мне… Он слишком близко, – запинаясь, пробормотала она.
Внезапно сильные руки подняли ее и вынесли из храма на бодрящий холодный воздух. Здесь все еще витал удушливый аромат, но Корэйн сделала вдох, стремясь вытолкнуть из легких все, что могло остаться там после Пепельных земель.
Вздрогнув, Корэйн подняла голову и увидела, что Дом смотрит на нее сверху вниз, его глаза горели зеленым огнем. Она была слишком уставшей, чтобы испытывать облегчение, слишком разбитой, чтобы говорить. Бессмертный лишь мрачно кивнул, продвигаясь вперед через остатки бойни.
– Все закончилось? – пробормотала она, оседая в его объятиях.
В ответ он просто перекинул ее через плечо.
Оставшийся позади зал храма погрузился во тьму, вновь наполнившись тенями. Колокол молчал. Веретено исчезло, теперь закрытое, его золотой свет погас.
– Эндри жив?
Дом снова ничего не ответил. На этот раз Корэйн не стала сдерживать слезы, позволив горячей влаге течь на плечо Дома. Если он и почувствовал их, то не подал виду.
Прошли секунды или дни, Корэйн не знала.
Наконец Дом опустил ее вниз, позволив свернуться клубком у его ног. Она подняла затуманенный взгляд, ожидая объяснений от своего бессмертного опекуна, но вместо этого он понуро побрел прочь. Все поплыло перед глазами Корэйн, и она стала смотреть на землю перед собой. На этот раз ей хотелось упасть в обморок. Лечь и позволить тьме ненадолго овладеть ее сознанием. Веретено было закрыто, как и стена между ней и Тем, Кто Ждет. Она снова была в безопасности, хотя бы в данный момент.
Вместо этого ее зрение прояснилось, покрывающая голову пелена исчезла.
Серые облака неподвижно висели над головой. Прошел едва ли час. И Корэйн снова сидела на холме, глядя вниз на храм и поле битвы, как когда-то делала это с Чарли.
И она была не единственной, кто занимался тем же.
Среди деревьев лежали раненые с различными травмами. Некоторые стонали, но большинство сидели, обрабатывая порезы и раны. Трекийские мужчины с достоинством переносили боль, продолжая ухмыляться. Кое-кто даже мерился ранами. Обнаженный по пояс Осковко ходил среди своих людей, его ребра были обмотаны кровавым бинтом. Корэйн застыла, пытаясь осмыслить увиденное.
И тут позади нее раздался прерывистый вздох.
– У тебя получилось, – сказал кто-то, наполненный болью голос все равно прозвучал твердо.
Корэйн встала на колени и повернулась, сначала медленно, потом так быстро, что у нее закружилась голова. Когда зрение снова прояснилось, она ахнула и упала на руки.
– Эндри, – сказала она, подползая к нему на четвереньках. – Эндри.
Он лежал неподвижно, его голова была укрыта его собственной накидкой. Кто-то перевязал ему ногу и обработал порез на лице, счистив грязь со смуглой кожи.
Дрожа всем телом, Корэйн осторожно коснулась его щеки, надеясь, что не причинит ему боль. Она ощутила исходящий от его кожи жар, но не из-за лихорадки, а из-за напряжения. Последствия битвы все еще довлели над ним, как и над окружающим их пейзажем.
До того, как она успела отстраниться, Эндри взял ее руку и прижал ладонь к своей щеке.
– Корэйн, – прошептал он, закрывая глаза.
Его грудь, на которой все еще сияла синяя звезда, поднималась и опускалась в ровном темпе. Ни одна кровать никогда не выглядела такой манящей, ни одно одеяло не было таким мягким и теплым.
Истощение наконец взяло над ней верх, увлекая за собой. Единственное, на что была способна Корэйн, – это лечь рядом с раненым оруженосцем и положить голову ему на грудь, в которой непоколебимо билось сердце.
Сон быстро одолел девушку, но кошмары так и не пришли.
Глава 26
Отказываясь умирать