Виктория Авеярд – Разрушитель клинка (страница 68)

– Вот как? – подала голос Корэйн, приподнимая темные брови. – Сначала сплетни, а теперь еще и тяга к постельным утехам? Я думала, вы, рыцари и оруженосцы, должны быть благовоспитанными.

– Я… нет… ну… – Эндри смущенно замолчал. Несомненно, многие оруженосцы заводили интрижки, как скрывая свои похождения, так и нет. Подобное запрещалось, но легко можно было найти способ обойти эти запреты.

Правда, у Эндри никогда не возникала такая необходимость.

Пытаясь взять себя в руки, он проглотил ложку кашеобразного рагу.

– Мы должны думать о походе, – чересчур строго сказал он. – И планировать, как справиться с тем, что Таристан оставил для охраны храма.

Он выбрал слишком правильную тему, и тревога омрачила лица всех присутствующих. Даже Чарли перестал ухмыляться. Корэйн тоже отодвинула свою миску и замолчала.

– Не говоря уже о том, какое Веретено он сорвет следующим, – пробормотала она. – А, может, уже сорвал.

– Неужели ему нужны другие Веретена? – буркнул Чарли.

Эндри прищурился.

– Ты о чем?

– Ты видел письмо из Мадренции. – Падший жрец просмотрел на свои бумаги. – Король Робарт призвал объединиться. Как и мы. Но мы можем не успеть. Таристану не понадобится помощь демона-покровителя в захвате Варда, если его жена уже сделала это, завоевывая одно королевство за другим.

Стоявшая у окна Сораса поморщилась и пожала плечами:

– Полагаю, уж лучше империя Эриды, чем апокалипсис.

– Ну, если ты так ставишь вопрос, – хмуро сказала Корэйн. – В обоих случаях мне не видать головы.

– Таристану из Древнего Кора нужна не только корона или даже Вард. – Дом вышел из прохода и навис над столом, его лицо исказилось от гнева. – Он в долгу перед Тем, Кто Ждет, как и его маг. Ни один трон смертных не утолит его голод или ярость.

Чарли посмотрел на него.

– Откуда ты знаешь?

– Его глаза. Лицо, – услышал Эндри свой ответ. Внезапно он снова оказался на том холме и смотрел вниз на храм и своих давно умерших товарищей, наблюдая, как Таристан гордо шагает по поляне. Даже скрытые шлемом, его глаза горели, а Веретенный клинок в руке напоминал огонь. – Тот, Кто Ждет живет в нем, и в маге тоже. Они лишь в начале намеченного пути, и в их планах не только завоевание мира.

Эндри отчетливо помнил каждую секунду того утра. Они были выжжены в его памяти, словно клеймо. Запах крови, горячий пепел, летящий из дверей храма. Промелькнувшие за его пределами Пепельные земли, охваченный огнем мир, полный боли и мучений. А еще вырывающиеся на волю мертвецы, ведомые хозяином, которого Эндри не видел.

Его лежавшие на столешнице руки задрожали, и он убрал их, пытаясь скрыть свой страх.

Неожиданно в его ладони оказались прохладные пальцы Корэйн. Она крепко сжала его руку. Он ответил ей тем же. Девушка была для него якорем, и он охотно цеплялся за нее.

Но и она цеплялась за него.

– Мы должны выдвигаться, – тихо сказал Эндри, но его голос эхом разнесся по залу, озвучивая приказ.

Над городом падал снег, пронизывающий ветер раздувал его по округе.

К полудню группа военных прошла через ворота Водина, половина жителей города вышла проводить Осковко и его солдат. Эндри почти не слышал их одобрительные возгласы, сосредоточившись на ритме аллюра своей лошади. Он вспомнил, как покидал Аскал вместе с сэром Гранделем и Нортами, рыцарями Львиной гвардии в их запоминающихся золотых доспехах. Тогда солнце согревало их лица, свежий весенний воздух дарил бодрость. Казалось, тот момент случился в прошлой жизни, а может, и вовсе был сном, далеким от реальности, в которой Эндри жил сейчас. И снова оруженосец пожалел, что не может вернуться в прошлое с теми знаниями, которыми он обладал в данный момент. Спасти Соратников и остановить это развитие событий.

Он покосился на многие сотни солдат, шедших позади него. «Сколькие из них встретят свой конец в храме? – гадал Эндри, ощущая во рту привкус горечи. – Скольким еще придется умереть там?» Как ни старался, Эндри не мог отделаться от возникшей в голове картины. Перед Веретеном у храма он видел Корэйн, Дома, Сорасу и остальных, все мертвые, разрубленные на части, как его старые Соратники. Возвращение на место резни казалось безумием, чистой воды самоубийством.

«Но мы должны, – знал он, повторяя это снова и снова. – Мы должны вернуться».

Осковко возглавлял длинную колонну всадников, все они сидели на сильных коренастых лошадях, которых специально выводили для путешествий в зимнее время. Продолжавший идти густой снег покрывал все вокруг плотным белым одеялом. Несколько миль армия проехала по дороге Древнего Кора в направлении границы, но свернула на берегу Белого Льва и отправилась на юг вдоль реки. Та дорога шла на запад, к побережью и галлийскому городу Джидаштерн, расположенному в нескольких днях пути отсюда.

Вскоре стемнело, а пока они шли вдоль извилистой реки через горную долину, небо из серого превратилось в черное. Белый Лев образовывал четкую границу с Трекией на холмистом западном берегу и Галландом на востоке. И тот и другой берег покрывали леса, из-за чего колонна путников разделялась, когда тропинки сужались. На галлийском берегу Эндри видел лишь ветви и густой подлесок. Поблизости от главных дорог, связывающих Водин с остальной частью королевства, не было сторожевых башен, ни трекийских, ни галлийских.

Корэйн сидела на лошади рядом, всем телом повернувшись к реке. Она практически не моргала, когда смотрела на берег вдали.

– Не могу поверить, что Галланд так близко, – в ее голосе прозвучала злость. Снег на темной косе девушки был похож на звезды. – У меня такое чувство, что даже деревья могут протянуть руку и схватить нас.

Эндри посмотрел мимо нее, на границу.

– Не думаю, что деревья Эриды способны на такой трюк. И все же, – добавил он, вздыхая: – Если мы продолжим держаться намеченного пути, к утру пересечем границу.

– И к ночи нас поймают, – сказала Корэйн слишком жизнерадостным тоном.

Он чуть откинулся назад, положил руку на бедро, продолжая другой сжимать поводья.

– О, точно, ты ведь разыскиваемая преступница.

– Как и ты, Эндри Трелланд, – ответила Корэйн.

Эндри закатил глаза.

– Не напоминай.

– Уверена, весь двор злословит по этому поводу, – поддразнила она, наклонившись ближе.

– Несомненно, – сказал он, подыгрывая ей. – Моя персона станет главной сплетней сезона. Кроме, ну ты знаешь, королевы, пытающейся завоевать весь мир. – Затем сквозь склонившиеся деревья он посмотрел в начало колонны и продолжил уже тише: – По крайней мере, Осковко знает, что делает.

Любопытная Корэйн не изменяла себе. Она отвернулась от реки.

– В каком смысле?

– Посмотри на них: они определенно не похожи ни на одну армию, которую я видел. – Он кивнул вперед, на Осковко во главе процессии. – Никаких флагов, одинаковых туник или обмундирования. Ничего, что указывало бы на их принадлежность к королевству или служило бы свидетельством их преданности. А Осковко выглядит как любой другой солдат. Ни короны, ни блестящих доспехов.

Наследник престола, надевший лишь черный мех и коричневую кожу, сливался с окружающими его людьми. Совсем не похожими на тех рыцарей и лордов, которых помнил Эндри.

– Он не настолько горд или глуп, чтобы повесить мишень себе на спину, – сказал он, немного впечатленный. – Или облегчить разведчику задачу, позволил опознать свою армию.

Корэйн вздохнула.

– Вот только для воинов Пепельных земель не имеют значения ни флаги, ни короны, – пробормотала она.

По телу Эндри пробежал холодок. Он лучше других знал, если Таристан отдаст приказ, армия мертвецов уничтожит все на своем пути. Оруженосец запомнил их как пустую оболочку, нежить, своего рода ужас, сотворенный из плоти и костей.

Он покачал головой, отказываясь позволять подобным мыслям завладевать его разумом.

– Осковко поступил умно, обойдя границу таким образом, – продолжал Эндри, указывая на реку. – На многие мили вокруг в предгорьях нет ни одного замка. Ближайший настоящий гарнизон стоит в Джидаштерне, на побережье. И ни один деревенский караул не сможет остановить целый военный отряд.

Корэйн пристально посмотрела на него, оглядывая с головы до ног, а затем улыбнулась краешком губ.

– Эндри, неужели я слышу в твоих словах надежду?

– Я думаю, надежда – это все, что у нас есть, Корэйн, – произнес он. – Как бы больно ни было это признавать.

Ее улыбка осталась, но взгляд стал мрачным. Она снова посмотрела на поводья.

– Я говорю себе, что не стоит испытывать это чувство. Надежду, – сказала она. – Но ничего не могу с собой поделать.

Эндри наклонился и осторожно коснулся ее плеча.

– Ну и хорошо. Мне бы не хотелось, чтобы ты потеряла ее. Благодаря тебе и твоей надежде мы оказались так далеко.

– Мне? – неверующе переспросила она. – Без остальных я ничто. Без Дома, Сорасы… и тебя тоже.

Несмотря на пронизывающий холод, Эндри ощутил тепло. Он нахмурился.

– Я всего лишь оруженосец.

– Можешь продолжать повторять это, но не жди, что я поверю, – вспылила она. – Позволь мне хоть раз сделать тебе комплимент.

Эндри встретился с Корэйн взглядом и заметил румянец на ее щеках. Раздражение делало девушку еще более привлекательной, как и любопытство вкупе с присущей ей твердой решимостью. Он задумался, насколько это было связано с наследием Древнего Кора, беспокойной натуры ее предков. А насколько с самой Корэйн, девушкой из далекого края, которая лишь хотела увидеть остальной мир.