Виктория Анкай – Было, но прошло (страница 22)

На этот раз буквально на пару секунд самообладание подвело повидавшую жизнь женщину. Она вскинула на меня потрясенный взгляд, но буквально через мгновение взяла себя в руки, вспоминая, пробила ли она хлеб.

— Вон оно как…

— Угу… Мы долго не виделись, вот случайно встретились тут…

Тёть Наташа философски усмехнулась, перепроверяя чек.

— Ну что тут скажешь, Мариш… Судьба, не иначе…

— Ага… Точно… — нервно хихикнула, прикладывая карту к терминалу. — Мир тесен… — я торопливо схватила покупки. — Ладно, тёть Наташ, пойду я, темнеет уже…

— Ага, Мариночка, беги, — она по-матерински улыбнулась на прощание. — Гуся-то тебе оставить, если привезут?

— А?! А… — пожала плечами, уже напирая на дверь. — Ну не сейчас, через недельку… Или в морозилку положите сразу… До свидания!

— Пока-пока!

Вывалилась за порог под бряканье колокольчика. Глубоко вдохнула прохладный осенний воздух, оказавшись на улице…

Господи, и тут Егор! Везде просто!

И всё-таки приятно почему-то, что тёть Наташа о нём в таком положительном тоне отозвалась…

*14*

Оказывается, жить в подобных условиях вполне себе может быть приемлемо и даже хорошо, особенно если считаться предоставленной самой себе. Во-первых, я с огромным удовольствием просыпалась после обеда. И нет, я не чувствовала себя разбитой или уставшей, наоборот, мне казалось, что я наконец-то могу выспаться за все прошлые годы вечного недосыпа и бесконечного бега по замкнутому кругу. Я не ставила будильник, не планировала на утро дела, ловя ни с чем не сравнимое удовольствие в этом безделье и умиротворении.

Во-вторых, мне самой приходилось ставить себе задачи и цели, а не привычно исполнять наложенные на меня обязательства. Это же здорово — внезапно решить, что надо собрать в кучу устилающие землю яблоки вокруг сарая, купить новые веерные грабли в садовом магазинчике, отпилить старой ножовкой несколько кустистых веток, мешающих ходить к бане, убрать с дорожки покрытые толстым мхом и приличным слоем гнилой листвы куски линолеума — ума не приложу, зачем они здесь лежат, ибо сырость в этих местах просто зашкаливает, и влага совсем не уходит в землю, создавая все условия для разложения, где то и дело можно подскользнуться…

А ещё я наконец занялась бабушкиной спальней — выволокла все матрасы и одеяла, проветрила помещение, натопив до красноты печь, чтобы не студить дом… На волне энтузиазма помыла все три окна в этой комнате, утопая в воспоминаниях как в парном молоке — я помню, как бабушка клеила эти светло-бежевые однотонные обои, а я, помогая ей намазывать полотна, недовольно ворчала о том, что это слишком скучный цвет, что нужно было купить фотообои с русскими берёзками или горным пейзажем хотя бы на одну стену… Бабушка отмахивались от меня со словами о том, что в окно надо смотреть, там жизнь, а не пялиться в потолок… Теперь обои выгорели, кое-где отошли по шву и по верху. И тем не менее своей спокойной нейтральной расцветкой они, как и прежде, привносили в помещение тепло и своеобразный уют. Но мнение своё я не изменила — угол и большую стену я бы поклеила яркими полотнами с кучей зелени и солнца…

И у меня наконец-то дошли руки до личных бабушкиных вещей. Нет, здесь давно не было ничего ценного — старые шубы и пальто в полированном шкафу, ситцевые платья, какое-то бельё, которое я, не разбирая, собрала в мешок… Ещё здесь были книги, большая часть из которых — мои детские сказки, которые мы читали по вечерам, когда я была совсем маленькой. Почему-то мне казалось, что их было гораздо меньше, а на деле — очень много. И фольклор северных народов, и истории подземелий, и русские народные сказки, и былины, и мифы древней Греции, и рассказы о животных, и зарубежные детективы для детей, и мрачноватые произведения русских классиков. Все это я, понятное дело, оставила нетронутым — рука не поднялась, несмотря на состояние большинства обложек и страниц. Успеется.

Тут же лежали два огромных увесистых красных фотоальбома. В детстве я любила смотреть чёрно-белые фотографии, особенно снимки со свадьбы родителей и своего детства… Их я помнила как сейчас. А вот более древние кадры с изображением каких-то соседей, молодых бабушки с дедом, какого-то строительства, застолий и прочей бытовой жизни мне тогда казалось скучными и неинтересными. Но сейчас я почти на час зависла именно на них, с трепетом разглядывая пожелтевшие от времени фотокарточки… Отобрала пару десятков цветных фоток для маминого семейного архива — мать все эти годы вспоминала о том, что надо бы съездить в старый дом и забрать часть фотографий, ибо она кропотливо собирает историю семьи. И она часто ругает меня за то, что я не дала ей возможности пополнить домашний реестр фотками моей счастливой замужней жизни… Последние кадры со мной обрываются на окончании учёбы, потом большой перерыв и несколько скучных фоток с места моей работы, потом материнство и Андрюшка, где на нескольких снимках при выписке из роддома всё-таки затесался бывший муж… Мать категорически не хотела убирать эти фотографии из своей коллекции, заявляя, что они относятся не к моему неудачному замужеству, а к рождению внука. Ну в принципе да, наверное… Хорошо, что она хотя бы со скрипом согласилась исключить из альбома фотки нашей с Егором свадьбы, да и то лишь после того, как я в течение полугода после развода всеми правдами и неправдами убеждала её это сделать… Ну не хотелось мне, чтобы в нашей семье, где никогда никто не разводился, существовал этот факт моей биографии, который, не исключено, дойдёт до потомков! Вот выйду когда-нибудь замуж более удачно и на всю жизнь — тогда пожалуйста…

За пару дней я с чистой совестью пропустила пару рабочих звонков — если звонит не Андрей, значит ничего важного быть не может. Отпуск у меня или где, в конце концов?!

А ещё я усиленно готовилась к приезду сына.

Мысленно я уже составила маршрут — мне нужно будет вызвать такси и выехать из дома где-то около десяти часов утра, час выделить на то, чтобы погостить у родителей — попить чаю, на всякий случай упомянуть про вероятность того, что часть выходных мы проведём в компании Андрюшиного отца, который волею судьбы работает неподалёку… Придумаю что-нибудь, короче. А потом мы с Андрейкой поедем на вокзал и сядем в электричку, ибо для ребёнка удобство такси не имеет никакого значения в сравнении с возможностью покататься на поезде. Соответственно, сюда мы приедем не раньше пяти вечера… Но нам непременно хватит оставшегося времени! И на прогулку, и на протопку бани, и на яблочный пирог, и на сказки перед сном… На всё хватит! Господи, даже не могу вспомнить, когда последний раз я с таким воодушевлением думала о совместном досуге с собственным сыном… Это не идёт ни в какое сравнение с привычными короткими прогулками в парке или с положенным отбыванием срока на детской площадке, когда голова забита рабочими проблемами и извечным вопросом приготовления ужина. Здесь мы будем просто предоставлены сами себе и друг другу… А на следующий день я отведу его к речке, куда так любила бегать сама в его возрасте. На обратном пути мы зайдём в маленькое кафе, которое я заприметила ещё по приезду. И заглянем в детский городок на соседней улице… И к тёть Наташе надо будет зайти за продуктами… О том, как вечером я повезу Андрея обратно в город, даже думать пока не хотелось — это будет потом, значительно позже. А пока — предстоящая встреча и куча простых, но почему-то душевных планов…

За всеми этими думами двор постепенно обретал более-менее приличный вид — около корявых деревьев образовались внушительные кучи листьев и гнилых плодов, веранду наполнили ящики с ещё годными яркими яблоками, старый хлам в виде каких-то складируемых под открытым небом вещей тоже перекочевал к забору в ожидании своей участи…

В один из самолично установленных обеденных перерывов я всё-таки поискала частные городские объявления в надежде найти электрика, который бы согласился приехать сюда. Хотелось, чтобы по совместительству он был ещё и сантехником, ибо возиться придётся не только с электричеством, но поскольку меня больше всего пугала проводка, то предпочтение отдавалось всё-таки электрику. Откликнулись даже несколько человек, но только один изъявил желание прибыть прямо завтра утром. Конечно, я не могла упустить такой шанс. Накануне вечером я даже отмыла стиральную машинку от вековой пыли и протёрла тряпочкой висевший под потолком бойлер…

Мужик оказался солидным, предпенсионного возраста, на своей машине, до верху забитой всякими инструментами. Опоздал всего на полчаса, что было весьма удивительно, ибо в городе их брата можно и вовсе дождаться только к концу дня. К работе дяденька подошёл со всей серьёзностью — начал с того, что заменил болтающийся провод над крыльцом и прикрутил небольшую лампочку прямо над дверью, на том самом месте, где когда-то давно висел уличный плафон. Проверил старый счётчик, заявив, что тут давно всех подключили к каким-то автоматам прямо на столбах, но у него нет разрешения на такие работы, и мне придётся идти в сетевую компанию для заключения нового договора… На этом умничать он закончил и приступил непосредственно к тому, зачем я его и пригласила — осмотрел стиральную машинку, поцокал языком, потыкал прозрачной отвёрткой какие-то контакты, включил вилку в розетку, повернул какой-то краник на одном из шлангов, нажал кнопку пуска… От грохота старенького Боша вздрогнули стены маленькой прачечной. Но за первичным испугом, вынудившим меня схватиться за сердце, я осознала очевидную вещь — техника работает! А значит, со стиркой проблем однозначно не будет. Пришлось, правда, согласиться на замену каких-то шлангов, но это казалось сущей мелочью в сравнении с результатом…