Виктор Зайцев – розовый взгляд (страница 2)

часы расцарапал, уж пальцы сбились. молчу и коплю дорогую скуку. да, знаю, грошовая это ценность. наверное, рабская это милость. дрожащие вены играют трелью, как дрелью сосед в субботу утром. дырявленный циферблат потерян. я дезинтегрируюсь и не буду терпеть и страдать, я хочу лететь — обнимать, отдавать, что захочешь взять. мой басовый голос – твоя медь, хочешь соло или дуэт услыхать?

не верю в рай

не верю в рай кроме того, что на земле — твоими дланями изваяна дорога к тебе, ко мне, к любой живой душе — по ней мы выбегаем против рока. не знал я ангелов таких, чтобы любил и чтобы он, в ответ, тихонько слушал тот стук в ночи, когда мой плач подобно ливню бил, усеивая грудь вселенной лужи… не видел никогда, чтобы ростки цвели, сквозь тьму и мрак людского страха! пока мой ангел смотрит на дожди, деревья воздвигаются из праха.

исполосанный сон

бросаю огрызки сна в ведро банальным черновиком, ты хреново спишь себя пиная виной, а я чужим вином. треугольники – помню, была двойка по геометрии, по философии пять – и я стараюсь беречь артерии. не рви себя, милая – ты хотела воспитывать детей. боишься его потерять? знаю. не допускай потерь. душно! – чувствует дух иссечённый. наш мир Большой, но вмещает Двух. как долго ты каждый вечер терпеть будешь силу своих оплеух? я буду, словно на похоронах, стоять вдалеке, будто знал близко. разбитое сердце – увы и ах! это – Питерская прописка.

срослись дубравы

срослись дубравы разноцветья. скамейные преджизненные вздохи и крохи старых дней, вулкан кровей, я позабыл, что значит одиноким стоять в степи, встречая шторм событий. твой шелест заглушает целый мир, утихомолвленно вплетая в ряд пробитий цветочки, звёздочки. зефир проходит мимо леса возмущённо. и в свежести ветвей твоих мой ум, история, и с ним сближаются те нежность и забота. простор вечнозелёный, принимай спасавшегося бегством в летний край.

масляная сюита

калейдоскопных красок отпечатки, сладка палитра переливов! на пианино избирая нотки, сторожко вывела мелодию мотивов… я слеп. но слух тревожит нежность. рисуй, пожалуйста, ещё одну минуту! поймай, рискнув нарушить бесконечность покоя брошенного духа, смуту.