Виктор Ярошенко – Пять лет рядом с президентом (страница 34)

Рассматривались два варианта.

Первый – Ельцин, который много критиковал Горбачёва, присоединяется к заговору, что сразу было маловероятно.

Второй – он отказывается. И тогда, до окончательного решения его судьбы, президент РСФСР должен был содержаться под арестом на спецобъекте КГБ СССР в Завидое.

18 августа в 23:30 самолет Ельцина с более чем двухчасовым опозданием в штатном режиме все-таки сел во Внукове. Очевидно, в связи с опозданием вылета из Алма-Аты произошла какая-то заминка. Возможно, была смена диспетчеров или их «кураторов» из КГБ, но, так или иначе, в последний момент маршрут президентского самолета никто не успел, не сумел (или не посмел) изменить.

Во Внукове, кроме обычной наружки из сотрудников 7-го Главного управления КГБ, которые не специализировались на силовых захватах, других представителей спецслужб и тем более с приказом об аресте президента РСФСР не оказалось.

Кроме того, натренированная охрана Ельцина под руководством своего начальника Коржакова действовала достаточно профессионально. Они быстро провели Ельцина мимо всех вооруженных постов до автомобильного кортежа и скрылись в ночи.

Максимум из того, что смогли сделать «топтуны», это установить новое местонахождение Ельцина: он поехал не на московскую квартиру около Белорусского вокзала, а в поселок Архангельское. Сразу всё пошло не так. Тогда штаб Крючкова внес первые коррективы в план операции по аресту президента Бориса Ельцина.

Но все эти обстоятельства сложились в общую картину позже, а тогда даже накануне путча я занимался рутинными делами, не чувствуя приближения опасности.

В воскресенье 18 августа 1991 года в доме отдыха «Архангельское» я работал с материалами по развитию торгово-экономических связей с Японией. Готовилось крупное соглашение, включающее кредитную линию и прямые инвестиции, на руках билеты – вылет в Токио 20 августа.

Неподалеку находилась дача, где жила семья Ельциных, но самого Бориса Николаевича утром не было: накануне он улетел в Казахстан на переговоры с Назарбаевым.

Оксана со своей стороны вела серьезную подготовку ко дню рождения сына – 20 августа ему исполнялось 11 лет. Она, в отличие от меня, даже не знала, что на 20 августа 1991 года планировалось подписание нового Союзного договора.

После амнистии заговорщики пытались представить попытку государственного переворота как экспромт, как патриотический порыв. Дескать, поэтому путч и не удался, что не было времени на подготовку и не захотели многочисленных жертв, которые исчислялись бы сотнями и тысячами.

Это наглая ложь, переворот готовился давно – с 1990 года, да и состав участников заговора практически не менялся. А что касается жертв, то не заговорщики, а генералы, которым приказали начать мясорубку, в последний момент отказались выполнить преступные приказы, поняв, что оборона Белого дома хорошо организована и, самое главное, народ, который устал от КПСС, наконец, встал с колен. Но это будет потом…

Первое правительство Ивана Силаева в сборе.

В первом ряду, слева направо: Александр Стерлигов, Геннадий Кулик, Иван Силаев, Николай Малышев, Виктор Кисин.

Во втором ряду, слева направо: Николай Фёдоров, Владимир Булгак, Григорий Явлинский, Эдуард Днепров, Михаил Полторанин, Владимир Вожагов, Семен Волощук (предположительно), я, Борис Фёдоров, Дмитрий Фёдоров, Игорь Гаврилов. Москва, Белый дом, август 1990 г.

В служебном кабинете с моим заместителем Николаем Беляевым. Москва, Министерство внешних экономических связей РСФСР, ул. Льва Толстого, д. 5/1, август 1990 г.

Юбилей Бориса Ельцина. Слева направо: Павел Вощанов, Елена Окулова, Оксана Ярошенко. Подмосковье, дом отдыха «Спутник», 1 февраля 1991 г.

С виновником торжества

Гимн, исполненный приглашенными во время празднования 60-летия Бориса Ельцина 1 февраля 1991 г.

Оксана Ярошенко и Наина Ельцина.

С Иваном Силаевым. Москва, июль 1991 г.

С Николаем Беляевым во время переговоров с делегацией Турецкой республики в Министерстве внешних экономических связей РСФСР. Москва, июнь 1991 г.

Боря Ельцин, Коля Ярошенко и Маша Окулова. Дом отдыха «Архангельское», январь 1991 г.

День рождения Коли Ярошенко. Слева направо: Катя Окулова, Аня Малышева, Алёша Явлинский, Маша Окулова, Боря Ельцин, Коля Ярошенко. Дом отдыха «Архангельское», август 1991 г.

Очередной детский праздник. Слева направо: Боря Ельцин, Аня Малышева, Катя Окулова, Маша Окулова, Коля Ярошенко. Москва, 1991 г.

Маша Окулова, Катя Окулова и Коля Ярошенко. Париж, 1995 г.

Борис Ельцин давал уроки бильярда моей жене Оксане, она оказалась способной ученицей. Дом отдыха «Архангельское», январь 1991 г.

Наина Иосифовна Ельцина у нас в гостях. Москва, февраль 1992 г.

Совет в Архангельском

19 августа в 6:30 утра, когда я уже закончил бриться и готов был поехать на работу в свое министерство, раздался телефонный звонок. Я сразу узнал голос председателя Госкомитета по делам науки и высшей школы РСФСР Николая Малышева. Он буквально кричал:

– Виктор Николаевич, в стране переворот… Горбачёв отстранен от власти… Что будем делать?

– Немедленно оповестите всех, кого сможете, из наших, и встречаемся в доме у Ельцина.

Стало известно, что власть взял в свои руки некий Государственный комитет по чрезвычайному положению, Горбачёв отстранен от должности якобы по состоянию здоровья, его полномочия перешли к вице-президенту Янаеву, среди членов ГКЧП – председатель КГБ Крючков, премьер-министр Павлов, министр обороны Язов, министр внутренних дел Пуго, заместитель председателя Совета обороны при президенте СССР Бакланов и президент ассоциации государственных предприятий Тизяков.

На подходе к даче Ельцина я увидел вооруженную охрану во главе со встревоженным Коржаковым. Им еще раньше стало известно о перевороте, и охрана заняла круговую оборону. Я прошел на кухню, откуда раздавались голоса Наины Иосифовны и дочерей президента Тани и Лены.

В соседней комнате Ельцин в спортивном костюме и домашних тапочках разговаривал по телефону с президентом Республики Казахстан – Нурсултаном Назарбаевым. Когда он закончил, мы вместе прошли в столовую. Там сидели Иван Силаев – председатель Совета министров РСФСР, Руслан Хасбулатов – первый заместитель председателя Верховного Совета РСФСР, Геннадий Бурбулис – государственный секретарь РСФСР, Константин Кобец – и.о. председателя Госкомитета РСФСР по оборонным вопросам и другие. Начали обсуждать текст обращения «К гражданам России».

Ельцин предложил:

– Надо призвать граждан к двухчасовой предупредительной забастовке.

Я не согласился:

– По-моему, нужна более категоричная формулировка, ведь уже начался мятеж. Те, кто его задумал, не остановятся ни перед чем. Следует объявить о бессрочной политической забастовке – до полного выполнения всех требований, изложенных в обращении.

После непродолжительных споров пришли к мнению о включении предложенного мной пункта.

На дачу Ельцина подходили все новые и новые люди: вице-мэр Москвы Юрий Лужков, министр печати и информации РСФСР Полторанин, председатель Комитета по законодательству Верховного Совета РСФСР Сергей Шахрай, первый помощник президента Виктор Илюшин, мэр Ленинграда Анатолий Собчак (он как раз приехал на подписание нового Союзного договора), Павел Вощанов… Вице-президента Александра Руцкого почему-то не было – мы встретились с ним через час уже в Доме правительства. Текст написали довольно быстро.

Надо было срочно отпечатать обращение. Дочери Бориса Николаевича – его верные и бесстрашные помощницы – где-то разыскали старую механическую машинку и стали печатать текст.

– Быстрее, девочки, быстрее, – торопил их отец.

Все и так происходило в условиях жуткого цейтнота и нервного напряжения. Достоверной информации о действиях мятежников пока не было, многое писали от сердца. Стали зачитывать обращение – конечно, не обошлось без ошибок, кое-где пропущены слова.

Сергей Шахрай и Анатолий Собчак предлагали изменить некоторые формулировки. Ельцин согласился со мной, что это потребует дополнительного времени, которого у нас практически не оставалось. Надо решительно действовать.

Послали размножить на ксероксе именно этот вариант обращения; оригинал исторического документа остался, по-моему, у Павла Вощанова – будущего пресс-секретаря президента России.

К ГРАЖДАНАМ РОССИИ

В ночь с 18 на 19 августа 1991 года отстранен от власти законно избранный Президент страны.

Какими бы причинами ни оправдывалось это отстранение, мы имеем дело с правым, реакционным, антиконституционным переворотом.

При всех трудностях и тяжелейших испытаниях, переживаемых народом, демократический процесс в стране приобретает всё более глубокий размах, необратимый характер. Народы России становятся хозяевами своей судьбы. Существенно ограничены бесконтрольные права неконституционных органов, включая партийные. Руководство России заняло решительную позицию по Союзному договору, стремясь к единству Советского Союза, единству России. Наша позиция по этому вопросу позволила существенно ускорить подготовку этого Договора, согласовать его со всеми республиками и определить дату его подписания – 20 августа с.г.

Такое развитие событий вызвало озлобление реакционных сил, толкало их на безответственные, авантюристические попытки решения сложнейших политических и экономических проблем силовыми методами. Ранее уже предпринимались попытки осуществления переворота.