Виктор Виноградов – Активная защита (страница 4)

Олег, памятуя прошлые дела, решил не откладывать намеченный запуск. Время приближается к девяти утра – самое время, когда в лаборатории все в сборе. Принёс в своей сумке мину с атомной начинкой и начал её крепить, готовить к взрыву. Оставалось разблокировать устройство подачи команды на взрыв и оставить только один предохранитель. Вот тут то и заиграли нервишки у присутствующих, а что…., а если… Оба специалиста не могли заставить себя подойти к дрону и запустить двигатель.

Олег: - Понимаю. Надо иметь навык, опыт для работы с таким грузом. Я запущу его, а вы управляйте им из подвального помещении. И, уже обращаясь к пограничникам, скомандовал:

– Всем укрыться в подвале, всех солдат нужно снять с дежурств и на пятнадцать минут отправить в укрытие.

Пограничники (их было два лейтенанта) разбежались по сво-им подразделениям, к начальнику заставы. Через две-три минуты тридцать человек скрылись в подвале – единственном приемлемом укрытии.

Олег один на плацу. Бледен, но виду не подаёт, что испытывает страх тоже. Мотор хорошо отлажен и легко заводится на малых оборотах. Уф. Уже хорошо. Подаёт сигнал операторам на повышение оборотов, а сам за хвостовой стабилизатор придерживает самолётик. Мотор начинает набирать обороты, дрон рвётся из рук. Олег отпускает его. Самолётик начал разбегаться и вот оторвался от земли в самом конце плаца. Уф! Ещё раз. Уф! Дрон-камикадзе пошёл на цель.

Олег побежал к операторам смотреть по экрану полёт. Полупустыня, пожухлая трава, но вот вдали мелькнула гладь озера, показались строения лаборатории. Дрон улетел уже на пять километров. Операторы успокоились и уверенно вели его к цели; вот и стена видна, окна; направление на середину здания. Контакт со стеной. Взрыв. На экране рябь и никакого яркого пятна, как думалось – долей секунды раньше разрушился телеглазок. Вспышка была заметна через щели в крышке подвала, вскоре пронёсся ветер ударной волны. Можно выходить.

Хорошо бы посмотреть на развалины. Сфотографировать. Как? Нет возможности. Пешком только. На мотоцикле! Оказалось, что есть «Урал» с коляской. Лейтенант сел за руль, а Олег с фотокамерой в коляску. Ещё один пограничник сел на заднее сиденье и тоже с фотоаппаратом.

Полупустыня только с высоты двести метров ровная, а на самом деле – это старинная стиральная доска. Безлюдье и животных нет. За пять километров пути тряска вытряхнула все внутренности у Олега. Но через десять минут они увидели берег озера и дымящиеся развалины. Начали фотографировать с расстояния пятьсот метров; затем сто метров; пятьдесят; десять. Вблизи смрад сгоревшей биомассы и пластика, дым выедал глаза.

Всё, надо уезжать. Вдали над дорогой поднимался столб пы

ли. Кто-то всё-таки среагировал в Эрээнцаве. Надеемся, что уш-ли незамеченные.

Начальник заставы попросил Олега выступить перед пограничниками, объяснить акцию, чтобы не было кривотолков потом.

Прощальный обед с пограничниками и в обратный путь.

В Москве, описывая свои действия, всё выглядело буднично (работа такая), а в голове были уже мысли о следующем деле.

Украина, Мерефа

Местечко Шелкостанция, где построена лаборатория, находится в пяти километрах от Мерефы на северо-восток. Здесь обстановка гораздо сложнее, чем в Монголии. Много жилых домов поблизости, многолюдно. Нет места для аэродрома подскока, нет и вертолётной площадки (если только детские песочники задействовать). Надо думать.

Украинская «Центральная реферативная лаборатория», а в ней исключительно иностранцы работают, каждый с дипломатической неприкосновенностью. Официально над ГМО работают, но уровень опасности и защиты персонала третьего уровня (максимальный уровень – четвёртый). Охраняет по периметру здание лаборатории военное подразделение НАТО.

Неспроста.

Ладно, пусть ГМО (это верный путь к высоким, устойчи-вым урожаям), но вот почему-то вокруг неё в радиусе три километра случились сотни смертей от гриппа нового типа. Люди стали протестовать ещё в 2011-2012 годах. Администрация города Мерефы всячески успокаивало население, даже некоторое время лаборатория не работала, а через год снова там появились сотрудники.

Продолжаем думать. Круг людей, которые готовят эту ак-цию, малочисленен: Президент, Валентина, Олег, Иван Петрович и ещё два-три человека из спецслужб.

Запускать самолётик очень заметно. Очевидно, что в этом случае потребуется дрон-камикадзе вертолётного типа. В России имеются такие - «КумаАПП» с массой перевозимого груза 150 килограммов. Есть ещё К-0107», «Copter Express». Есть из чего выбирать. Вопрос – как подобраться с такой техникой. Привезти на расстояние 0,5-1,5 км в готовом (или полусобранном) состоянии и запустить незаметно. Негде, как будто.

Президент: - А, что если на железнодорожной платформе или в вагоне с углём (якобы с углём) под тентом привезти в готовом состоянии. Железнодорожный путь проходит в 1600 метрах от лаборатории в районе железнодорожной станции Артёмовка. Там есть запасные пути, на который вывести вагон.

Так-так-так. Пошла мысль в правильном направлении. Например, наши дроны, предназначенные для обследования мест катастроф, закупает МЧС Украины у России («страна-агрессор», конечно, но надо …закроем ещё раз глаза на этот очевидный факт). Дроны везут, упакованными в деревянные ящики, масса брутто примерно 200 килограммов. Станция назначения, например, Артёмовка, или Мерефа. Желательно везти через Харьков, где сделать перегрузку в удобный для нас вагон, а далее до Артёмовки и на запасной путь. Вот канва исполнения акции. Так и доложим исполнителям из спецслужб. Пусть они воплощают это в жизнь.

Рассказали им суть операции. Идея им понравилась, и оказалось, что есть, в рядах (в высоких рядах) МЧС Украины на-ши люди. С ними будет разговор.

Через неделю Иван Петрович рассказывает. Была встреча соответствующих людей. Решили, что надо перевозить ящики с дронами в товарном вагоне, да ещё в контейнере, в полуразобранном виде (винты сняты), но уже снаряженные бомбами. Провоз в неприкосновенности они гарантируют – никто не будет заглядывать, вскрывать ящики. Это «обычные гражданские дроны-разведчики» для МЧС. Станция назначения Харьков. Там их перегрузят в открытый вагон (угольный вагон), но под тентом. Его перегонят на станцию Артёмовка, на запасной путь. Там остаётся вскрыть ящики и винты подсоединить.

Нам же следует (или украинским нашим сотрудникам) сфо-тографировать с маленького дрона путь от станции до лаборатории. Эти данные в оцифрованном виде заложить потом в память боевых дронов. Там, на месте. Можно, конечно и здесь сделать эту операцию, если будет вовремя до загрузки дронов в ящики, и если будут сделаны эти снимки.

Подготовку дронов-камикадзе и операцию по фотографированию местности решили делать незамедлительно. Да, есть правильные люди в рядах Украинских МЧС - они запустили малюсенький квадракоптер со станции Артёмовка до Шелкостанции и вернули его обратно – для местных жителей это уже даже и не новость. Ну, пролетел такой аппаратик – видали мы

их неоднократно в прошлые годы.

Оснащение дронов-камикадзе боевыми бомбами заняло значительно большее время, чем фотографирование с дрона. Поэтому нам доставили флэшку с фото маршрута раньше погрузки дронов-камикадзе. Наши специалисты ещё в Ростове (там делают наши дроны) заложили в память компьютеров всю ин-формацию. Это очень хорошо – нам легче будет в угольном вагоне.

МЧС-ники заказали, купили и приняли груз в Харькове. Два ящика, два дрона. Затем сразу перегрузили их в свой вагон и отправили в Мерефу, а оттуда в Артёмовку. Там поставили на запасный путь для разгрузки. – Приезжайте. Пользуйтесь.

А кому пользоваться? Ещё не решено кто идёт на акцию.

За первичными хлопотами как-то упустили этот момент, всё

думали, что вот они здесь на месте, всегда под рукой. Преж-

ние исполнители акций – они сейчас другие обязанности вы-полняют.

Раздумье было недолгим - Олег и два аппаратчика, что бы-

ли с ним в Монголии. Лучший вариант.

Рассказ Олега.

В Харьков мы прибыли поодиночке рейсовыми автобусами из Белоруссии. Встретились в железнодорожном вокзале в первой половине дня. Встретили украинского коллегу, который помог нам взять на прокат вместительный мини-вэн. Пос-ле этого сразу выехали в Мерефу и далее до Артёмовки.

И вот, через две недели после первой беседы с Иваном Петровичем, я с операторами и местным коллегой, приставленным нам для помощи и охраны, у этого вагона; залезаем под тент, включаем фонари; готовимся к началу распаковки. С собой имеются все необходимые инструменты. Начало октября, сейчас 16:00 и температура за бортом +11, а ночью будет холодновато и ночевать нужно в этом вагоне. Не было бы дождя. Украинские коллеги продумали и такой вариант - в вагоне был ещё один контейнер, а в нём коврики полипропиленовые и спальные мешки; плитка газовая походная, кастрюлька, баллон с газом, бутыль с водой и консервы. В углу вагона было сделано отверстие в полу. – Пользуйтесь.

Украинский коллега, убедившись в целостности двух деревянных ящиков и, показав на третий (пластмассовый контейнер хозяйственный) ящик, выбрался наружу для охраны.