Виктор Викторов – Тропой Гнева (страница 44)
Глава 27
— Спасибо, Наставник, — зыркнув на него исподлобья, я развеял мечи. — Отличная прогулка получилась.
— Вот если бы ты не дерзил, — шумно отхлебнув травяного настоя из пиалы, он поставил её на стол, — я бы поверил. Садись уже. Умаялся, наверное, как кабрак обосранный бегать? —
— И зачем это было? — пропустив мимо ушей очередную насмешку, я не спешил присаживаться. Вот не хотелось мне сидеть и с ним по душам разговаривать. Достал он уже. Конкретно достал своими идиотскими методами.
— Ну то, что ты невнимательный я уже давно замечал, — покивал головой Мэтр. — Но, что глухой… тут ты меня удивил.
— Настав…
— Сядь, я сказал! — внезапно гаркнул Мэтр, и ноги сами меня понесли к столу. — Это первый и последний раз, когда я вынужден повторять. Это понятно?
— Понятно, — пробурчал я, внутри кипя от негодования.
— А будешь выделываться, — тон Мэтра стал угрожающим, — отправлю к Вишняку. Пусть он тебя, дурака, учит.
— Кто такой Вишняк?
— А ты у охотников потом поспрашиваешь. Есть тут у нас ещё один наставник великий… — презрительно хмыкнул Мэтр, — с большим жизненным опытом. — Но то потом. А сейчас рассказывай мне, как ты умудрился проиграть Хассарагу?
На рассказ ушло не более трёх минут, в течение которых старик сосредоточенно слушал с показным равнодушием на лице, будто делает мне великое одолжение. Замолчав, я взял в руки свою пиалу, чтобы сделать глоток отвара.
— Позор моим сединам, — в который раз уже повторил наставник. — Вот скажи мне, Мегавайт… ты когда начнёшь думать головой? Иногда мне кажется, что тот котелок, из которого у тебя уши растут, нужен только для того, чтобы в будущем на него шлем одевать.
Я молчал, чтобы не спровоцировать его на новую волну крика, ибо видел — он был крайне раздражён. А раздражённый Мэтр — это прямая путёвка в какую-нибудь особо зубодробительную тренировочную комнату, как в случае с этими Гаргами.
— Чего? Зубо дотроби… тьфу ты! — сплюнул Мэтр, снова бесцеремонно забравшись в мою голову. — Понапридумывают слов, а ты потом язык ломай! И вообще, кто тебе сказал, что у Гаргов было сложно? Ты даже не смог убить за двенадцать часов ни одного. Вместо этого, ты как умалишённый носился по полигону, будто тебе в портки углей раскалённых насыпали. Позорище! — хлопнул по столу Наставник. — Ни одного! Как так?
— А как я должен был это делать? — огрызнулся я. — Мечами бросаться?
— Говном бросаться, — рявкнул Мэтр. — Тон смени.
— Прошу прощения!
— Видишь метлу в углу? — Наставник указал на другой конец комнаты, где по соседству с совком, деревянным ведром и тряпкой стояла метла с поломанной, но увесистой ручкой.
— А метла здесь при чём?
— Нужно осколки смести, — Мэтр нехорошо улыбнулся, а пиала с отваром, которую я держал в руках, внезапно разлетелась на кусочки, облив очень горячим содержимым мои ноги.
От неожиданности я вскочил, опрокинув табурет.
— Похвально видеть такое рвение, — Мэтр благосклонно кивнул. — И для ускорения…
В спину будто веслом ударило, сняв несколько десятков «хитов», отчего я чуть не пропахал носом пол в комнате по направлению к искомой метле.
Пока что-то неведомое било пиалы и пинало меня в спину, Наставник преспокойно пил чай, насмешливо поглядывая из-под кустистых бровей, ни на миллиметр не сдвинувшись в мою сторону. Не было никаких «кастов», произнесённых заклинаний или иных визуальных проявлений воздействий на меня.
— Как вы это сделали? — спросил я через минуту, когда полностью смёл осколки в щербатый деревянный совок. — Это телекинез?
Не успел я договорить, как метла в моих руках решила зажить самостоятельной жизнью. Требовательно дёрнувшись, хозяйственный инструмент чётко обозначил свою позицию — отпустить его. Разжав ладонь, я с удивлением уставился на метлу, которая несколько раз крутнувшись в воздухе, метнулась к потолку и начала шустро собирать паутину с пылью. Даже орудуй я ею под ускорением, всё равно бы проиграл в скорости уборки.
— Рот закрой, — ухмыльнулся Мэтр. — А то муха залетит.
— Но как?
— А вот и ответь мне сам. Потом ответь: зачем я на тебя трачу время? Зачем я вожу тебя по Пустоши? Зачем я обучаю тебя новым приёмам, которые ты даже не удосужился начать развивать? Зачем?
Каждый вопрос звучал, как полноценный упрёк. По сути, они ими и являлись, поскольку я только сейчас вспомнил о наличии у себя умения, которое не так давно открыл мне Наставник. Которое я так и не удосужился использовать, постоянно занимаясь какой-то беготнёй.
Открыв описания «абилок», я нашёл его и внимательно перечитал.
— Да неужели? — всплеснул руками Мэтр. — Догадался, таки. Не прошло и нескольких лет.
Я же стоял и продолжал раз за разом перечитывать описание, не понимая, как можно его было не использовать. Продемонстрированные Мэтром «фокусы» — самый настоящий «чит». Дистанционные атаки, скрытые удары из Мглы, оперирование предметами с помощью этой «абилки» ничем не отличается от классического телекинеза, за исключением нескольких мелочей.
Я уже хотел активировать умение, попытавшись сформировать что-то на подобие того конструкта, который помог мне в роще взять в руки «Камень души «Плачущей Маары»». Только тогда я использовал Мглу, чтобы нанести на ладони, представив её сажей, а Наставник только что показал совершенно иной уровень владения «Мороком».
— Раз понял, тогда для тебя не составит труда собрать осколки, не прибегая к помощи своих кривых конечностей.
Оставленный мной совок с осколками плавно взмыл в воздух, покачиваясь. Резкое движение, и осколки со звоном разлетаются по комнате, перечёркивая мои недавние результаты уборки. Сделав кульбит в воздухе, совок метнулся в угол, где через несколько секунд к нему присоединилась метла.
— Каждый осколочек отде-е-ельно, — почти пропел Наставник. — Можешь приступать. Хотя… — услышав мой тяжёлый вздох, он прищурился. — Я могу избавить тебя от этого занятия, если ты мне ответишь на один вопрос.
— Какой вопрос? — встрепенулся было я, но тут же поник. В искусстве подлянок этому деду равных не было, так что я уверен — вопрос будет из той же категории.
— Если ты мне скажешь, точное количество осколков, которые здесь валяются, то сможешь уйти. Взамен, я научу тебя одному умению, — протоптался по моим надеждам Мэтр.
— Ну да, вопрос и правда простой, — поджав губы, я осмотрелся. Некоторые куски пиалы размером едва ли достигали горошины, так что здесь — без вариантов. — А вы можете сами ответить на него?
Вместо ответа, он прикрыл глаза, и я с изумлением стал смотреть на самое настоящее волшебство, которое разворачивалось передо мной.
Все осколки, беспорядочно валявшиеся на полу, вздрогнули и разом плавно поднялись в воздух, остановившись примерно на уровне моей груди. Напоминая беспорядочно суетящихся муравьёв, кусочки чаши сначала собрались в небольшое облачко, а затем устроили самое настоящее броуновское движение.
Сначала было сформировано донышко, на которое я ставил пиалу. Затем осколок за осколком, с тихими щелчками, стали формироваться борта пиалы, будто картинка набирается из пикселей, каждую секунду улучшая разрешение.
Чаша принимала свой первоначальный вид.