Виктор Викторов – Неофит Мглы (страница 40)
Я благодарно кивнул ошалевшему Лофту, который без вопросов открыл портал, и, по-моему, понял, для чего мне туда нужно.
В глубине закрывающегося портала тускло вспыхнули два синих дрожащих огонька.
Прошло более шести часов томительного ожидания, а пришлое отродье так и не появилось на растрескавшейся поверхности Круга. Гныш был в ярости. Наверняка этот трусливый дроу спрятался где-то в Храме, забившись в глухой закуток, как последняя крыса, а он, Гныш, должен его здесь караулить. Ну ничего, он терпеливый. И умный. Да, умнее любого паршивого дроу.
Приняв, по его мнению, наиболее величественную позу, он позвал одну из служанок, которые по праву полагались славному вождю племени в количестве, которое он, Гныш, посчитает нужным:
— Беис! — визгливый голос вождя заставил затрепетать мелкие пёрышки на обереге, подвешенном над входом, в качестве защиты от злых духов и знака покровительства Магруба.
— Да, моя вождь, — сгорбленная фигура служанки, подскочив к Гнышу, поклонилась, увернувшись от оплеухи, но ровно настолько, чтобы и себе больно не сделать, и вождя не обидеть, уверив его в том, что он попал, как следует наказав нерасторопную.
Гныш довольно осклабился:
— Где шатаешься? Ты должна быстро появляться, как только моя изволит желание!
— Прости, моя вождь!
— Принеси настойки и быстрее!
Беис, проворно попятилась назад, не поднимая склонённой головы и не поворачиваясь спиной к Гнышу, иначе, чего доброго, снова прикажет избить палками, с него станется. Прикоснувшись спиной к засаленному пологу походного шатра, она выскочила наружу, с облегчением вдохнув морозный воздух после тяжёлого запаха, витавшего в обиталище вождя.
Как же она его ненавидела.
Ненавидела настолько, что готова была сама размозжить увесистым топором его голову в одну из ночей, только чтобы эта жестокая похотливая скотина никогда больше не увидела светила. Ненавидела настолько, что с удовольствием содрала бы с него кожу живьём. Но, увы, только могла мечтать и ждать, пока ей представится такая возможность.
Гныш был недоверчив и бдителен. Эта трусливый шакал даже спал вполуха, из-за чего к нему даже ночью было не подобраться на расстояние удара.
Неспешный быт и привычную суету гоблинской стоянки разорвал звук сигнальной дудки, который, не успев взлететь на наивысшую ноту, внезапно резко оборвался, будто часовой передумал поднимать тревогу и отбросил дудку от себя. Сердце гоблинши, пропустив несколько ударов, суматошно заколотилось, грозя выпрыгнуть. Будто подтверждая нахлынувшее чувство тревоги, стоянка пришла в движение.
— Пришлый, — шёпотом произнесла Беис, в душе надеясь на то, чтобы у этого несчастному дроу, за которым они гнались, получилось спастись, так как прекрасно понимала, что если это ему не удастся, то участь чернокожего будет незавидной.
Гоблины.
Эти выкормыши Магруба заслуживали самой мучительной смерти, поскольку своей злобой, жадностью и тупостью давно навлекли на себя кару Светлых Богов. Беис не жаловала Магруба. В племени Беис, которое было вырезано под корень гоблинами, было принято поклоняться Светлым Богам.
Постоянно избитая за свой цвет кожи, Беис со своим, почти голубым оттенком, разительно контрастировала с остальной ордой, в которой превалировал болотный и грязно-зелёный. Если бы не слабый целительский дар, который она как величайший секрет скрывала ото всех, быть бы ей давно сожранной этими дикарями, не гнушавшихся поеданием слабых или тяжелораненых сородичей.
Беис помнила, когда первый раз узрев это, её долго выворачивало в близлежащем овраге, куда она еле успела добежать. На протяжении нескольких лет она старалась не выделяться из общей массы, которая не уставала ей напоминать, что она не такая, как все, что она никогда не поднимется на одну ступеньку с племенем. Если бы не вмешательство Гныша, который положил на неё глаз, то её принесли бы в жертву Магрубу, как остальных.
Беис жила одной надеждой в то, что когда-нибудь ей представится возможность заплатить по счетам всем, кто был причастен к уничтожению её племени, её родных, всем, кто ежедневно заставлял её испытывать унижения и терпеть побои. Это племя и лично, сам Гныш, ей крупно задолжали!
Двое дозорных умерли, не успев ничего понять, как и издать хоть какой-либо звук. Ровно четыре удара потребовалось на то, чтоб их «склеить».
А ты растёшь, Вова! Раньше боялся каждого чиха, а теперь, что не взмах «криса» — то «крит» проходит.
Я никогда не любил фильмов ужасов, мне никогда не нравились книги о маньяках, серийных убийцах и прочее. Но в то же время — к гоблинам я испытывал настолько глубокую и осязаемую ненависть, что готов не то, что резать их без жалости и сострадания — рвать голыми руками был готов! Настолько тупая и злобная раса, на мой взгляд, подлежала полному уничтожению. Вырезать под корень всех к демонам! И божество у них — под стать им, имбецилам! Кровавое и тупое в своей жестокости! Ненавижу!
Крепче сжав рукояти верных «Близнецов» я замер и прислушался. Вроде всё тихо сделал.
«Лут» с гоблинов я не подбирал принципиально. Не нужно мне было от них ничего. Мне нужны были их головы, а не то барахло, которое не представляло для меня какой-либо ценности. Сплошной мусор вкупе с примитивным каменным оружием. Питекантропы какие-то, а не гоблины.
Скользнув в тень, я пригнулся и продолжил движение в сторону стоянки зелёных. Пока не вырежу всё это стадо — не успокоюсь. Демоны с ним, пусть меня убьют один раз. Два, три, десять, всё равно буду возрождаться на единственном Круге в Пасти. Перед тем как меня снова отправят на перерождение, всё равно сумею хоть одну тварь отправить к их богу.
Похоже, я переоценил себя, как разведчика потому, что каким-то непостижимым образом умудрился проморгать ещё одного гоблина, который сейчас подносил дудку к своей пасти и сейчас подаст сигнал тревоги. Какого чёрта? Как он меня срисовал в «инвизе»? Поскольку это противоречило игровой механике, делаю пометку у себя в голове: прояснить!
Продолжая движение в его сторону, но уже чувствуя, что не успеваю, бросаю «крис». Промах. Демоны! Противный звук костяной дудки, казалось, услышала вся Пасть. Брошенный второй «крис» тоже ушёл в молоко, но это уже было неважно.
— Ну держи, младший ученик, — со всей силой, на которую был способен, бью без обиняков в челюсть гоблина.
От удара, сигнальная дудка, прощально крякнув улетела в кусты, но, думаю, ему она уже не понадобится, а я музицировать не собирался.
Моё колено врезается дезориентированному гоблину в грудную клетку, и мне кажется, что я даже явственно услышал хруст. Коротким ударом, появившегося в руке кинжала, отчисляю этого ученика из их гоблинской шаманской школы.
Да плевать! Я даже не вчитываюсь в «системки».
Неинтересно.
— Храмовники, шаманы… Я вам сейчас расскажу, уродцы, как достигнуть просветления!
Резкие звуки сигнальных дудок и мерный звук барабана, окончательно похоронили мои потуги по скрытному продвижению с применением диверсионных навыков.
Моя главная задача сейчас — забрать с собой максимальное количество противника, прежде чем меня отправят отдыхать на пятнадцать минут. В том, что меня обязательно отправят — сомнений не было. Но, в то же время, низкие уровни гоблинов, преследующей меня группы, вселяли какую-никакую уверенность, что я справлюсь. В Обители Скорби противники были намного серьёзней, а «элитники» вообще магией швырялись. В общем, главное — ввязаться в драку, а там — посмотрим по обстановке! Месть — блюдо, которое подают холодным
Поскольку тишину соблюсти не удалось, будем действовать проверенным ранее методом.
— Тили-тили-бом… — именно к этой голосовой команде я привязал активацию «Боевого транса».
Время ощутимо замедлилось, а я снова превратился в смертоносную тень, не собирающуюся оставлять никакой надежды врагу. Дрожите, твари!
«Алмаз», который я получил, был без лишних сомнений заброшен в ловкость, на которую была сделана ставка как в данном предприятии, так и в последующем развитии моего персонажа.
Ловкость, интеллект и сила — три столпа моего персонажа, в которые я собирался вкладывать уровневые очки характеристик. «Алмазы» буду распределять по мере надобности. И вообще, если бы я не попал на «разделочную доску» к Тунату, то до «Алмазов» вообще бы дело не дошло.
На будущее обязательно озабочусь стратегическим запасом очков характеристик. Игровой процесс наглядно доказал мне необходимость наличия козырей в своих закромах.
Навстречу мне выскочила тройка зеленокожих: двое с топорами, и, прикрывающий их тыл, лучник. Хм, это недоразумение-то и лучником назвать нельзя. Эта раззява с открытым ртом даже не удосужилась наложить стрелу на тетиву.
Эти меня не увидели в «тени», чем я незамедлительно и воспользовался. Неподвижно застыв, дождался, пока они подойдут в зону действия «Ауры Страха».
Заподозрив неладное, гоблины заозирались.
«Край непуганых идиотов, чес слово», — отстранено резюмируя, бью первого гоблина кинжалом в висок, отправляя его в Поля Вечной Охоты.
Пока второй гоблин только открывал рот для крика, я, мгновенно оценив обстановку, бросаю «крис» в лучника. Есть.