Виктор Тюрин – Профессионал: Профессионал. Не ради мести. Один в поле воин (страница 35)
– Я прямое тому доказательство.
Она какое-то время грустно смотрела на меня, а потом тихо сказала:
– Знаешь, я не такая, какой могла тебе показаться. Поверишь, я даже не знаю, что на меня такое нашло. Я… словно вынырнула из черного омута и… вдруг оказалась в этой постели. И ты… Ты… говоришь и ведешь себя, как взрослый мужчина. Но ты же мальчик?
– Не девочка, это точно. К чему вопрос?
– Нет, я не так сказала. Ты ведь уже раньше был… с девочками?
– Слушай, сколько тебе лет? Только не ври! – я прибавил в голос строгости.
Девушка опустила глаза и очень тихо сказала:
– Восемнадцать… скоро будет.
– Скоро – это когда?!
– Через семь месяцев, – эти слова она почти прошептала.
«О, мой бог! Да она совсем девчонка!»
– Ты дура. Полная дура. Родители хоть знают, что ты жива?
– Да. Я им каждый месяц открытку отправляла.
– Хоть что-то правильно сделала. Что ты хотела спросить?
– Это твоя квартира?
– Нет. Взял в аренду на полгода.
– Ты здесь живешь?
– Нет. И давай обойдемся без глупых расспросов. Мне кажется, нам и без этого есть чем заняться.
Когда наши тела слились, девушка пыталась удержать маску равнодушия на лице, но стоило ей подойти к пику оргазма, как она превратилась в сексуальную маньячку. Правда, потом с головой забралась под одеяло и свернулась в клубочек, как котенок, повернувшись ко мне спиной. Отвернув край одеяла, я спросил:
– Что с тобой?
– Мне… стыдно.
– Этим ты потом займешься, когда останешься одна, а сейчас придвигайся ко мне. Продолжим учиться расслабляться и получать обоюдное удовольствие.
Откинув одеяло, встал и подошел к своей одежде, лежащей на стуле. Взял часы, посмотрел, сколько сейчас времени, потом повернул голову к лежащей под одеялом девушке. Взгляд у нее сразу стал напряженный и боязливый.
– У тебя есть то, что надо забрать из старой квартиры? Документы, ценности, одежда?
– Нет, – голос был такой же, как ее вид, дрожащий, почти плачущий.
– Тогда вставай, девочка, пойдем в магазин. Купим тебе все необходимое. Жить будешь здесь, – при моих словах ее глаза засветились радостью. – Кстати! Ты готовить умеешь?
– Умею! Моя мама очень хорошо готовит, и она меня многому научила.
– Отлично, а то у меня молодой и растущий организм, которому нужно качественно и вкусно питаться. Теперь…
– Майкл, а тебе сколько лет на самом деле?
– Много, и все мои. Составь список, что тебе понадобится в первую очередь. Зубная щетка, халат, тапочки, платье… Блокнот и карандаш лежат на столе.
Сейчас она смотрела на меня с удивлением, большими зелеными глазами, не понимая, кто же все-таки перед ней: взрослый и опытный мужчина или все же подросток? Так и не придя ни к какому выводу, просто кивнула головой и сказала:
– Поняла.
– Тогда вставай.
– Отвернись, пожалуйста.
Выйдя из дома, мы направились к универсальному магазину, но проходя мимо небольшого ресторанчика, я заметил, как она сглотнула слюну, глядя на жующих людей за стеклом.
«Детский сад, штаны на лямках», – усмехнулся я про себя, но вместо этого обратился к девушке с предложением:
– Слушай, мне есть захотелось. Ты как?
– Хочу! Очень!
Я заказал нам по телячьей отбивной с жареной картошкой и салатом. Затем мы пили чай с яблочным пирогом, но Тане оказалось мало, и она заказала еще порцию пирога, а на десерт взяла себе клубничное мороженое. Следующие полтора часа мы провели в универсальном магазине. Она делала покупки с таким счастливым лицом, что мне в какой-то момент даже стало неловко за себя. По сравнению с ней я выглядел надутым буржуем с карманами, набитыми деньгами.
«Эх, молодость, молодость, ты всегда красива и непосредственна, – с долей взрослой снисходительности подумал я, глядя на крутящуюся перед зеркалом Таню в новой кофточке, но стоило в зеркале отразиться моей физиономии, как я едва успел задавить в себе смех. – Ты тоже иногда бываешь таким… непосредственным, паренек».
Вернувшись на квартиру, поставили покупки на пол.
– Майкл, я так тебе благодарна! Если бы не ты…
– Подожди! Это еще не все, – оборвал я ее. – Нам с тобой еще надо сходить за продуктами.
Вернувшись во второй раз, мы сразу прошли на кухню, где девушка начала раскладывать продукты: консервы и специи по полкам шкафов, а свежие продукты в холодильник. Я просто сидел и наблюдал за ней, про себя ухмыляясь, когда она в очередной раз подносила ладошку ко рту, когда зевала. Все было понятно. Вместо дешевых, грязных квартир у нее появилось уютное пристанище. То, чего она боялась, уже произошло, и все оказалось не так страшно, а местами даже понравилось. Мальчик оказался несколько странным, но не грубым, а заботливым. В нем было что-то от ее отца, который был такой же правильный и всегда знал, что надо делать. Кошмар последних месяцев закончился, и даже жившая в ней мечта о славе великой актрисы как-то потускнела, оттененная чувствами и приятными переживаниями сегодняшнего дня. Она успокоилась, переживания и напряжение последних дней свалились с ее плеч, а вместо них пришла усталость. Закончив с продуктами, она спросила:
– Будешь чай с бутербродами?
– Нет. Я сейчас уйду.
– Когда ты снова придешь?
Я встал, положил на стол три банкноты, каждая по двадцать долларов:
– Это тебе на хозяйство.
Она удивленно посмотрела на деньги, потом на меня:
– Извини, но не могу не спросить: у тебя богатые родители?
– Я сирота.
– Ой! Прости! Я так тебе сочувствую! Теперь мне понятно, почему ты такой…
– У тебя еще есть вопросы? – перебил я ее.
– Извини меня, пожалуйста. Но что будет дальше?
– Там видно будет.
– Майкл, зачем ты так сделал?
– Лишил тебя невинности?
Щечки заалели, глаза в пол:
– Нет, почему ты для меня все это сделал?
– Честно говоря, даже не знаю, что сказать.
Глава 10
Теперь, когда у меня появилась официальная любовница, я стал жить полноценной жизнью взрослого мужчины, при этом предоставил ей самой решать, как жить, не навязывая своих привычек или интересов. Свободное время она посвящала театральным курсам, кулинарии, походам в кино и по магазинам. Несмотря на свою молодость, Таня оказалась хорошей хозяйкой, сумев создать милую и уютную атмосферу в квартире. Девушка словно проснулась после затянувшегося полугодового кошмара, стала веселой и игривой, как молодая кошечка.
В свою очередь, я снова приступил к тренировкам, которые запустил последнее время, параллельно начав ходить на автомобильные курсы и в тир, где проводил не менее двух часов в день, оттачивая навыки стрельбы. Проходя как-то мимо книжного магазина, я вспомнил о своей будущей собственности, зашел и купил пару книг-руководств по управлению персоналом. Убил целый вечер на их изучение, но зато понял, что это не для меня, после чего закинул книжки в шкаф. Много времени гулял по городу, один или с Таней. Центр города, набережная, рестораны, бары, но при этом нередко утыкался в ограничение – свой возраст. Увидев на прогулке по набережной круизные лайнеры, поинтересовался в туристическом офисе возможностью отправиться в путешествие, на что мне было сказано, что сначала им надо поговорить с моими родителями, чтобы получить разрешение. Вопрос с моими документами так и висел до сих пор, вот только я пока решил не торопиться, потому что нужно было сначала убедиться, что мафия окончательно забыла обо мне. Это им сейчас не до меня, но потом обо мне могут вспомнить, поэтому я попросил Макса через своих приятелей – полицейских узнать, что если что-то всплывет, то сразу бы дали ему знать. Еще надо было решить как-то вопрос с ФБР. Сейчас я был никем для этого мира, и мне нужно было как можно дольше оставаться невидимкой. Дом, в котором находилась съемная квартира, не был никому известен, как и квартира, где сейчас жила Таня, к тому же я планировал через пару недель сменить адрес основной квартиры. Не знаю, как отнесется к этому Джим, который сейчас с удовольствием играет роль моего отца, но у него сейчас закрутился роман с леди, проживающей на третьем этаже, так что была вероятность того, что мы скоро расстанемся в полном согласии друг с другом.
На пятый день отпуска, проходя мимо телефона-автомата, я вспомнил свое обещание время от времени звонить Максу и набрал его номер. Рассчитывал услышать голос Изабель, так как детектив редко сидел на месте днем, но мне неожиданно ответил сам Макс.