Виктор Стрелков – Резус-фактор (страница 28)

– И что, ты, правда, тот самый Джокер?

– Да! – с вызовом ответил Лёха.

– Наслышаны мы, паря, о тебе, – ответил ему подошедший сзади Шалый. – На Большой земле сталкеров под ноль «катаешь»… Стакан рассказывал.

На лице Джокера не отразилось ни одной эмоции. Он не хотел вспоминать, как бесславно закончилась жизнь Серёги Стакана. Не хотелось ему также проверять, что будет, если бандиты узнают, кто его убил. В голове будто пульсировало: Мила, Мила…

– Шо, на воле масть не прёт? – хохотнул один из братков.

– Отчего же? – осторожно уточнил Джокер. – Просто с вами, как вижу, веселее… – Он потер ладонью крупную шишку на голове и кисло ухмыльнулся.

– И поэтому ты не там чалишься, а стоишь тут? А что, может, с нами, на гастроли? – широко заулыбался встрепенувшийся Шалый, положив ладони на плечи парня.

– Ну, можно разок «пульку» расписать, чтоб пальцы размять…

– …Эй, попридержи фасон! – привстав с дивана, воскликнул один браток.

– Даже без интереса могу… – не меняя интонации в голосе, пояснил Джокер, повторно наливая себе в стакан. – Зачем мне… босоту обижать?

– Ты гляди, братва! Вроде и фраер, а картинки под терц правильно сдаёт[5]… – Шалый сел рядом. – Так всё же…

Джокер не спеша поднял стакан, посмотрел сквозь него, будто морально готовясь принять обжигающую жидкость, и медленно, небольшими глотками, осушил до дна. Поставив пустой стакан на стол, взял с тарелки несколько луковых стрелок и с удовольствием их разжевал.

– Понимаешь, Шалый… – сглотнув, начал парень. – Мне в Зоне нужно чела одного найти…

– Шо он тебе, не слабо встрял? – не унимался бандит, протягивая ему открытую пачку сигарет.

– Можно и так сказать. – Джокер жестом поблагодарил, но отказался.

– И кто же? – Понимая, что сейчас услышит большой секрет, Шалый наклонился ближе.

– Айболит… – тихо произнёс Джокер и запнулся, встретившись с бандитом взглядом, в котором одновременно проскочили страх, злость, уважение и беспомощность.

После небольшой заминки Шалый вскочил с лавочки, словно его ушей коснулись не слова, а кипяток.

– Так! Вы… – он указал на троих братков, сидящих на диване. – Быстро спрыгнули отсюда! Даже очень быстро! Я сказал! Прыщ, встань на шары[6], и шоб ни один клоп… Понял?!

Когда спустя минуту всё успокоилось, Шалый и два его напарника уселись напротив Джокера.

– Мне тя здесь сразу шлёпнуть?! – нервно спросил старший.

– Понимаю, – кивнул многозначительно Джокер. – Его за периметром тоже побаиваются, – уверенно заключил он. – Поэтому я не хочу вам…

– Такими словами тут не бросаются! – перебил парень, сидевший по правую руку от главаря. – Ты, наверное, не знаешь, что до него очень скоро дойдёт сказанное тобой сейчас? И тогда…

– Я завтра уйду, чтобы вас не напрягать, только в себя приду немного…

– Завтра?! – от услышанного Шалый затрясся. – Щас же! Слышал? Щас же хватаешь ноги в руки и бегом…

– Тормозни чуток, – перехватив руку главаря, потянувшуюся к кобуре с пистолетом, произнёс второй помощник. – Он далеко, а этот базар слышали немногие…

– Но! – выкрикнул старшой, однако руку опустил.

– Я перетру с пацанами, они понимающие. Засохнут в сторонке. Вот только… – сидящий слева от Шалого человек повернулся к Джокеру. – Запрещаем тебе даже просто упоминать его имя. И уж тем более – искать с ним встречи. Бог не фраер…

– …Он мою девушку забрал! Вы можете мне запретить называть его имя, но уж искать его – обойдётесь! И мне всё равно, кто он для вас. Если хотите, я уйду прямо сейчас! Но только ответьте на один вопрос. Как можно находиться там, где смерть гуляет на каждом шагу, и при этом бояться упоминания одного только имени человека?! – разозлённый Джокер встал из-за стола.

– Да, вали! – Шалый тоже поднялся и направился к двери, чтоб открыть её.

– Шалый, остынь уже! – прикрикнул первый помощник и отчего-то уважительно обратился к пареньку: – Ты сядь пока на место. – Когда Джокер опустился обратно на стул, он тихим голосом продолжил: – Захар – хороший человек, племянника просто так за Рубеж не отпустит. Значит, знает, что твоё дело явно правое. Потому поможем тебе ради Захара. Но, паря, выбранная тобой дорога – в один конец! Считай, лоб зелёнкой ты себе уже помазал… Часом раньше, часом позже, но Зона всё равно примет. И не стоит остальных паровозом за собой тянуть. Наймиты дока вместе с тобой и всех наших в мелкий винегрет нашинкуют, – он посмотрел на дверь, – если узнают о твоём желании… Но свалить по-тихому – этого мало. Чтобы чуть подольше прожить, тебе необходимы бронька хорошая, оружие и проводник. Тока… с Копчёным сам договаривайся… Он, конечно, ещё та сволота, но за баблосы отведёт туда, куда надо. Усек?

– Не вопрос. Деньги у меня есть. – Джокер достал из потайного кармана штанов аккуратно сложенную пачку купюр – малую часть из тех денег, что забрал у Стакана.

– Вот и ладненько! – подытожил разговор второй, взяв у гостя деньги. – Зараз я человечка пришлю сюда, он с тобой порешает все технические вопросы.

– Выспись, утром двинешься, – вставая со стула, произнёс первый.

– И шаби!.. Баклан… Понял? Строго в кулачок о своём монастыре! – угрожающе постукивая пальцем по кобуре, подытожил Шалый.

Они ушли, оставив Джокера в комнате одного. Внезапно он осознал, что оказался в абсолютно чужом мире, законы которого ему почти неизвестны. Где-нибудь в баре или даже в камере предварительного заключения всё вставало на свои места через пять минут. А как себя вести здесь, в аномальной Зоне, чтобы прожить хотя бы сутки? И в одиночку найти Милу точно не удастся, потому что в первые же полчаса станешь чьей-нибудь жертвой в виде трупа или закуски. Вот только нет у него времени на проверку Зоной человеческого духа и плоти! Важна каждая минута.

Парень ещё плеснул себе из бутылки в гранёный стакан и, не выдыхая, как воду, выпил содержимое. Голова уже не кружилась, почти не болела, мышцы постепенно расслаблялись.

«Ничего, ради неё – прорвусь!»

Ближе к полудню Джокер вышел из дома Шалого. Он переоделся в старый, латаный комбинезон наёмников и чёрную куртку с пришитыми изнутри, к подкладке, керамическими пластинами бронежилета, вышел на крыльцо и огляделся. Прохладный предрассветный воздух имел привкус ржавеющего железа, запах прелых листьев и гниющей древесины. Джокер машинально скривился, уловив в этом наборе ещё и тошнотворный запах энергетического напитка, смешанного с алкоголем. Поправив болтающуюся на плече сумку армейского противогаза, двинулся к браткам, греющимся у костровой бочки. Двое расположились обособленно от других, что-то оживлённо обсуждая, один грел над огнём руки в рваных перчатках, и ещё двое негромко вели разговор, потягивая из банок «ягуар».

– Э-э, тяни ногу к нам! – окликнул Джокера один из тех двоих, что были с энергетиком. – Кидай булки! – Он указал на вмятую в утоптанную траву спинку разломанного стула.

Парень прикинул – всё равно нужно наладить контакты, чтобы организовать поиски Милены, значит, общение более чем необходимо. К тому же, вдруг удастся узнать что-нибудь об Айболите. Особенно о месте расположения его лаборатории.

– Здорово! – Он протянул обоим по очереди широкую ладонь. – Чё мутите, братва?

– Да, так… Шелуху перетираем, семак же нет, – ответил пригласивший его к костру. – Ты кто?

– Джокер.

– Я Феня. А это Мозгляк. – Его рука качнулась в сторону третьего товарища, греющего руки над бочкой. – А это… – он немного замешкался, вспоминая его кличку. – Это так… Ты, кстати, фартовый, каким боком в Зоне? Кур пасти или бодягу разводить?

– Не в цвет… – Джокер, морщась, проверил шишку на голове. – Чела одного ищу. Задолжал он…

– Вот оно как. – Феня протянул банку с энергетиком Лёхе. – Пассажир билетик взял, но в кассу не добавил?

– Вроде того. – Он отказался от напитка, но в знак благодарности вытянул пачку сигарет из кармана. – Сам что?

– Э-э-э, стоит ли порожняк гнать? Долгая история, – ответил, прикуривая, Феня. – Как ни верти, а жизнь идёт вперёд.

– А ты? – обратился Джокер к Мозгляку.

– Да так же. От проблем слинял. Ты как через блокпост просвистел?

Лёха секунду подумал и решил выложить всё начистоту и рассказать, как проехал без проблем через блокпост, разгромленный предыдущими путешественниками.

– Ну, трындец! – перебил его Феня. – Во тебе халява привалила! А мог бы штуку-другую зелени этим сволотам жмуристым отдать!

– Ага, – кивнул Джокер, – подфартило!

– Да это просто Ершовы в Зону пожаловали! Ведь они безбашенные. Еще и злые донельзя, старшего же Ерша недавно завалил кто-то… – заметил Мозгляк.

– Вот я и говорю, что повезло! Появись он позже или раньше, – не унимался Феня, – ща бы без штанов тута сидел или вообще валялся запчастями на нейтралке Рубежа, а так, вишь, при костюмчике и со стволом!

– Ой, ну ладно… – снисходительно согласился Мозгляк. – «Сквознуть» за ограду на халяву многие жаждут, просто тут уж как карта ляжет. А вот если бы он по краю аномалии прошёл…

И бандиты наперебой стали выкладывать разные истории, которые им приходилось слышать или видеть самим. Джокер сначала слушал, но потом ему стало скучно, и внимание его рассеялось. Он то ощущал теплоту костра, то ловил носом запахи, то прислушивался к звукам, доносящимся откуда-то издалека. В один из таких моментов парень услышал, о чём переговаривались сидящие в сторонке братки.