Виктор Стогнев – Чу-zone. Костик сынок мэра (страница 47)

«Червивый» уснул и противно храпел, лишь падали иногда с его койки червячки. Будить его никто не стал, уж лучше так. Парень с гангреной рук тихонько поскуливал, да «вспомнивший всё» бродил по палате, что-то бурчал и давил червей.

Наконец, дверь открылась, и конвойный сказал:

– К кому тут память вернулась, на выход.

Мужик торопливо прошёл к дверям, и его увели. Вскоре пришли санитарки с завтраком для лежачих, червивого кормила с ложечки пожилая, а с гниющими руками её помощница помоложе.

Они закончили, и конвойные повели в столовку остальных. На завтрак им дали по тарелке манной каши, по ломтю хлеба с маслом, по варёному яйцу и по стакану какао. Для тюрьмы, вроде, необычно, но они же больные.

После завтрака Виталик решился проверить свои магические силы на конвое. Он уверенно сказал молодому полицейскому:

– Отведи в туалет.

– Ну, иди, – сказал тот безразличным тоном.

Виталик свернул к туалету, парень пошёл за ним, а его коллеги будто ничего не заметили.

«Кажись, работает»! – обрадовался Виталя перед дверями туалета.

Однако в зоне действия камер просить сигарету опасно. Он сказал конвойному:

– Иди за мной.

Парень вошёл в туалет и воззрился на Виталика.

– Дай сигарету и зажигалку! – потребовал тот.

Паренёк с силой ударил его прикладом под диафрагму. Виталик согнулся, судорожно пытаясь протолкнуть в себя воздух.

Парень врезал ему в левый бок коленом и сказал зло:

– Опять ебучий маг!

Виталик вздохнул и застонал.

– От вашей магии знаешь, как амулеты бьются током? – прошипел конвойный.

Виталик отвечать не стал, и парень ударил его коленом в правый бок:

– Вот так они бьются! – солдатик вломил согбенному Виталию по левой почке кулаком. – Вот так! – ударил по правой почке и добавил. – И вот так!

Он схватил Виталика за волосы на затылке, сунул лицом в раковину и пустил холодную воду.

– Да зачем ты тогда пошёл в туалет! – воскликнул Виталий.

– Бить вас под камерами сильно и долго нельзя, – сокрушённо пожаловался солдатик. – А объяснять как-то надо. Понял теперь, куда засунуть свою вонючую магию?

– Угу, – молвил Виталик из-под крана.

Полицейский выключил воду и толкнул того к ящику с бумажными полотенцами, сказав:

– Тогда вытирайся и на выход, отведу тебя в палату.

Виталик тщательно вытерся и немного скособоченный паинькой отправился к себе думать. В планы срочно требовалось внести поправки.

Виталий залёг на койку и хотел было подумать в тишине, но Саня насмешливо спросил:

– Как в туалет сходил?

– Нормально, – буркнул Виталя. – Умылся.

– Так ты, выходит, маг? – участливо спросил Санёк. – Сильно били?

– Не, терпимо, – сказал Виталик и с укоризной воскликнул. – Мог предупредить, чтоб не выёбывался?!

– А на тебе не написано, что ты маг, – смущённо ответил Саня. – Я не маг, знаю только, что маги есть, и против магии делают амулеты.

– А какие амулеты? – сквозь боль спросил Виталя с интересом. – Просто фиксируют применение или могут блокировать волшбу?

– Да хрен вас, магов, знает, – задумчиво ответствовал Саша. – Вроде бы, тут зависит от силы магов, кто делал амулет и против кого направлен. Самые сильные маги делают самые дорогие и мощные амулеты, а на полицию власти денег не жалеют, – он невесело усмехнулся. – Сами же печатают.

Виталик загрустил – себя он сильным магом не считал, его даже начинающая ведьма пиздила. Кстати, как поживает Сьюзи? Но пень пока с ней, ведь получается, что простой человек с мощным амулетом и э… автоматом сможет сделать с Виталием что угодно! Что сука принципиально поменялось?! И как на хуй жить?! Где блять чудеса?!

Виталик угрюмо сопел, Саня понял, что для разговоров у него неподходящее настроение, и отстал. А между тем острая боль в почках утихала, и Виталий смог оценить положение без эмоций.

Ну, не изменилось в жизни ни хуя, а он разве сильно рассчитывал на изменения? И ситуацию не назвать критической. Его не убивают, даже кормят, а что порой бьют, так надо вести себя правильно.

Вот положили его в палату с этим червивым маньяком и с хреном, у кого гниют руки, но ведь доктор ясно сказал, что это намёк, к чему-то Виталия готовят. Когда скажут, к чему оно, тогда и будем решать. Только не надо дёргаться, его магия тут не поможет.

Незаметно подкрался сон, и он задремал. Его более не беспокоили стук червяков на линолеуме и сдавленные стоны парня с гангреной рук. На обоих ему плевать и вообще так им и надо, Виталий проспал до полудня.

Пришли санитарки и принялись кормить лежачих, можно сказать, коренных жителей палаты. Виталик проснулся, но лежал с закрытыми глазами, только слушал, как стонут и ругаются страдальцы, да как звякают ложки.

Наконец, санитарки ушли, и конвой велел ходячим построиться в колонну, руки за спину. Повели их в столовку, где на первое дали суп из сайры, на второе печёночные оладьи с картофельным пюре, а на третье по стакану компота и по кульку с таблетками. Даже мужику с потерей памяти дали для просветления сознания.

А в палате не удалось толком прилечь, Виталика снова вывели в коридор, велели сложить руки за спину и топать вперёд. У дверей некого кабинета приказали встать носом к стене, и конвойный постучал.

– Входите, – громко сказал какой-то мужчина.

Виталика завели, и полицейский сразу ушёл, прикрыв двери. За столом напротив единственного окна с решёткой сидел мужчина лет тридцати в сером костюме и с большими очками. Он сказал Виталию:

– Присаживайтесь.

Виталик уселся на стул для посетителей, разглядывая мужчину, а он продолжил:

– Вы, наверное, Виталий Игоревич Шугов?

Виталик утвердительно кивнул, и мужик заговорил далее:

– В вашем деле указано, что вы маг…

– Есть способности, – небрежно подтвердил Виталик.

– А я, к сожалению, нет, – сообщил парень. – Но у меня есть сильный амулет, так что не советую тут применять…

Виталик снова покладисто кивнул.

– Вот и славно, – сказал мужчина. – Меня зовут Николай Александрович Ребров, я ваш новый следователь. Ваш адвокат только сегодня прибыл в город, но ещё не успел оформить все бумаги, и его сюда не пускают. Он тут присутствовать не может, и допросом наша беседа не считается, но в деле указано ваше желание сотрудничать со следствием. Тем более что к вам остались вопросы, которые точно в суде упоминаться не будут, но их решение поможет э… важным людям и покажет вашу искренность. Итак, вы готовы нам помочь?

– Да, готов, – серьёзно проговорил Виталий.

– Тогда вот, – Николай Александрович вынул из ящика стола несколько чистых листов и положил их перед Виталием, подал ему шариковую ручку и пояснил. – Пишите, кому вы продавали кокаин. Подробно опишите, как познакомились, что за человек, что вы о нём знаете и что думаете…

– Так я и сыну мэра Косте продавал, – счёл нужным уточнить Виталя.

– Вот о нём напишите особенно подробно, – сказал следователь. – Опишите все контакты, последнюю схватку в академии во всех деталях, – Николай Александрович уточнил с сочувствием. – Вас ведь не очень тянет в палату?

Виталик криво усмехнулся. Следователь с подъёмом сказал:

– А у меня сейчас служебное время, я пока немного вздремну. Пишите спокойно до вашего ужина, если что тут есть отдельный туалет.

Николай Александрович поставил на стол локоть, щеку положил на ладонь и прикрыл глаза. Виталик решил не огорчать этого хорошего человека и принялся писать аккуратным почерком. Начал сразу с Кости, потом переключился на его приятелей, его декана…

Виталик отнёсся к работе ответственно и увлёкся, даже не просился в туалет. Он писал, а Николай Александрович дремал, только не храпел. Сон на работе, вообще, самый здоровый, и виден немалый опыт следователя в этом деле.

Вдруг зазвучала популярная мелодия. Николай Александрович встрепенулся, вынул из внутреннего кармана телефон и нажал на экран. Песня пропала, а следователь сказал:

– Вот и конец рабочего дня. Дописывайте предложение и давайте листы сюда, завтра продолжите.