Виктор Старицын – Николай-I Завоеватель (страница 38)

Турки исходили из оборонительной стратегии, создавая две мощных оборонительных линии. Первая линия опиралась на широкий и полноводный Дунай. Через каждые 30 — 40 верст на высоком правом берегу реки стояли сильные крепости: Силистрия, Туртукай, Рущук, Свиштов, Никополь, Оряхово, Видин.

Опираясь на эту оборонительную линию, турки надеялись провести мобилизацию иррегулярных сил и занять перевалы через Балканский хребет, по которому проходила вторая мощная оборонительная линия. Приморский проход мимо оконечности хребта охраняла сильнейшая крепость Варна. Через хребет имелось всего два перевала, проходимых для гужевого транспорта, и два пешеходных первала. Выбить занявшего на перевалах оборону противника было бы весьма трудной задачей для русских войск.

Во всех предшествующих войнах русские войска сначала преодолевали дунайский рубеж, для чего требовалось взять мощные турецкие крепости. А на это требовалось значительное время. И лишь затем, начинали штурмовать балканские перевалы, уже занятые турками, успевшими провести мобилизацию. В результате войны затягивались на годы. А европейские державы успевали поставить России «палки в колеса».

Первый отряд пароходов, выйдя из устья Дуная, направился к проливу Босфор, чтобы блокировать его и не допустить выхода из него оставшихся сил турецкого флота. После разгрома в Наваринском сражении у турок осталось десяток крупных кораблей рангом от брига до линкора и пара десятков всякое военной мелочи — шлюпов и шхун.

Второй отряд пароходов разделился на две группы и прошел вдоль берегов Черного моря на восток, уничтожая все турецкие военные корабли, замеченные в море и в портах. Торговые суда захватывались, формировались в конвои и конвоировались в русские порты. «Очистка» Черного моря от турецких кораблей заняла 8 дней.

27 мая утром из Босфора вышла турецкая эскадра в составе двух линкоров «Селимие» и «Реал-бей», двух фрегатов и трех бригов. Командующий эскадрой Юсуф-паша имел приказ султана войти в устье Дуная и уничтожить наведенные русскими переправы.

Командор первого отряда пароходов капитан третьего ранга Казарский приказал отходить на восток, не отрываясь, однако, далеко от противника. Идущие в бакштаг при ветре 4 балла турки давали 7 узлов. Когда корабли отошли от Босфора на четыре ходовых часа, Казарский решил, что теперь турки не успеют удрать обратно в Босфор. По команде русские пароходы увеличили ход и разошлись в разные стороны, окружая идущие строем кильватера турецкие корабли с четырех сторон. Менее чем через полчаса маневр был закончен. Корвет Гермес, на котором держал флаг сам Казарский оказался за кормой идущего концевым турецкого брига. Другой корвет остался впереди турецкого кильватера. Оба брига оказались на траверсах головного линейного корабля турок.

С Гермеса взлетели вверх три красные ракеты. Все четыре русских корабля открыли огонь. Дальность стрельбы 12-фунтовых пушек бригов и 18-фунтовых пушек корветов, стрелявших новыми цилиндрическими нарезными снарядами, вдвое превышала дальность стрельбы круглыми ядрами турецких пушек.

Русские артиллеристы безнаказанно громили турецкие корабли. Фугасные снаряды чередовали с зажигательными. Снаряды пробивали толстые деревянные борта и взрывались внутри корпусов кораблей. Вскоре поставленный в три огня флагманский линкор турок пылал от носа до кормы, потерял все паруса, остановился и начал погружаться в воду. Для этого хватило всего трех бортовых залпов русских кораблей. Новые снаряды показывали исключительно высокую эффективность.

Мателот флагмана уклонился от курса, обходя горящий корабль. За ним маневр повторили все турецкие корабли. Теперь под сосредоточенный с трех сторон огонь попал второй линкор.

Всплески от падения турецких ядер вставали на половине дистанции между кораблями. Очевидно, командиры кораблей приказали артиллеристам увеличить пороховые заряды. Потому что, на втором линкоре и произошли два мощных взрыва, не связанных с русскими залпами. Это взорвались от избыточного заряда пушки. Однако, ядра до русских кораблей все равно не долетали.

За это же время артиллеристы Гермеса утопили концевой бриг и вели теперь огонь по второму с конца колонны турецкому бригу. Казарский приказал увеличить ход и поставил Гермес на траверс турка. Тому хватило одного бортового залпа. У брига рухнули обе мачты, он горел и тонул. Второй линкор оказался покрепче и выдержал четыре бортовых залпа с трех русских кораблей. За это время Казарский утопил третий бриг.

Оставшиеся два турецких фрегата подняли белые флаги. Почти мгновенный разгром большей части их эскадры лишил турок воли к продолжению сражения. Командирам фрегатов Казарский приказал застопорить ход, спустить шлюпки и подобрать из воды пловцов. Затем, сдавшиеся фрегаты под дулами пушек повели в Севастополь.

Вечером 28 мая пароходы Казарского с пленными фрегатами триумфально вошли в Севастопольскую бухту. Юсуф-паша тоже попал в плен.

4 июня все пароходы собрались в Одессе, пополнили боезапас, загрузились углем для топок и водой для котлов. На пароходы приняли вторую бригаду морской пехоты. К этому времени на рейде Одессы собрались 60 парусных кораблей Черноморского флота и около сотни торговых судов, подошедших из Очакова, Херсона и Николаева. На них были погружены в полном составе все соединения Одесского корпуса: 4 пехотных дивизии и тяжелая артиллерийская бригада.

9 июня весь Черноморский флот вышел в крупнейшую десантную операцию, когда либо проводившуюся русским флотом. Первыми ушли пароходы. Корветы вели на буксире по 1000-тонной барже, загруженой каменным балластом, а бриги — по 500 тонной барже с балластом. За пароходами двинулись парусники. Флот взял курс на юго-запад.

28 мая 3-й киевский корпус, пройдя насквозь расположенную между Дунаем и берегом Черного моря провинцию Добруджа, вышел к Варне. От Варны корпус повернул на запад, продвигаясь по болгарской равнине, расположенной между отрогами Балканского хребта и Дунаем. Оставив у Варны одну кавалерийскую дивизию, командир корпуса генерал Шольц двинул свои дивизии к крепости Шумла. У этой крепости он оставил для наблюдения за гарнизоном вторую кавалерийскую дивизию корпуса, а две пехотные дивизии продолжили марш на Тырново. 3 июня дивизии осадили город, и через два дня, после массированного артобстрела, взяли его.

От Тырново дивизия полковника Шелихова двинулась вверх по ущелью к перевалу Хаинкиой. В прочем, артиллерийский полк дивизии вверх не пошел, поскольку через этот перевал вела лишь пешая тропа. 5 мая русские стрелки сбили с перевала слабый заслон из тимариотов силой до полка и оседлала перевал. На нем Шелихов оставил там два пехотных полка и инженерный полк.

Вторая дивизия корпуса под командованием полковника Белокопытова с дополнительными пехотным и артиллерийскими полками пошла по ущелью к перевалу Шипка, через который вела хорошая гужевая дорога. Турки не успели вывести на перевал регулярные части. Там оборонялись лишь пять тысяч тимариотов. После двухдневного штурма перевал был взят. Белокопытов расположил оба дивизионных артполка на высотах, господствующих над перевалом, прикрыл их пехотными полками и приготовился оборонять перевал. Инженерный полк и пехота строили укрепления. Генерал Шольц со штабом корпуса и двумя резервными полками из дивизий Шелихова и Белокопытова остался в Тырново.

Второй Киевский корпус, миновав Варну, двинулся на запад вдоль правого берега Дуная. Одну кавалерийскую дивизию командир корпуса генерал Оболенский оставил у крепости Силистрия. Вторую кавдивизию — у крепости Рущук. Пехотные дивизии, не ввязываясь в штурм крепостей, продолжили марш к перевалам.

Иррегулярные казачьи дивизии уничтожали все малые турецкие гарнизоны в болгарских селах и городках. При полной поддержке местного населения. Болгарские крестьяне выдавали русским расположение пытавшихся укрыться в лесистых отрогах гор турецких отрядов, а на малые группы турок нападали сами. Установленные казаками сторожевые посты на перекрестках дорог и мостах через реки пресекли всякую возможность сообщения между осажденными турецкими крепостями.

10-го июня корпус подходил к городу Плевна, от которого расходились дороги на юг к пешеходному перевалу Троян и на юго-запад к гужевому перевалу Араб-Конак.

К этому времени турки поняли, что русские имеют целью захват перевалов через Балканский хребет, и не собираются терять время на осаду крепостей. Командир гарнизона крепости Никополь Хусейн-паша проявил редкостную для турецких военачальников инициативу, и не дожидаясь приказов из Константинополя, сумел до подхода русских снестись с командиром гарнизона крепости Свиштов Решит-пашой. В крепостях к этому времени собралось до 40 тысяч тимариотов. Оставив в крепостях только тяжелую артиллерию с городскими ополчениями, оба паши выступили к Плевне.

На перевал Араб-Конак из Филипполя к этому времени вышли три полка регулярной пехоты общей численностью 8 тысяч человек и 11 тысяч тимариотов при полусотне орудий под общим командованием Осман-паши. Осман-паша имел приказ султана не допустить захвата перевала. Рассудив, что имеющихся у него сил не хватит, чтобы удержать перевал, он решил объединить свои силы с силами Хусейн-паши и Решит-паши. Для обороны перевала он оставил лишь один полк с двумя десятками пушек. Остальные силы повел к Плевне.