Виктор Шендерович – Антология сатиры и юмора России XX века. Том 2. Виктор Шендерович (страница 99)

СВИНЬЯ. В дырочку! Откуда птичка вылетит! Оптимизма больше!

ЕЛЬЦИН. Куда уж больше-то?

СВИНЬЯ. Много не мало. Ну? Уверенней взгляд! Вы не сомневаетесь, что победите!

КОРЖАКОВ. Еще бы.

СВИНЬЯ. Не мешайте работать! (Ельцину.) Ну что вы набычились?

ЕЛЬЦИН. Меня… это… оптимизм распирает.

СВИНЬЯ. А вы наружу его, наружу излучайте!

ЕЛЬЦИН. Я вам, значит, не реактор — излучать…

СВИНЬЯ. Представьте, что здесь, в дырочке, весь российский народ…

ЕЛЬЦИН. В дырочке — весь?

СВИНЬЯ. Да.

ЕЛЬЦИН. Какой, понимаешь, маленький…

СВИНЬЯ. И вы через дырочку посылаете ему мощный пучок оптимизма — мол, я ваш гарант, сукины дети, держитесь все за меня…

КОРЖАКОВ. А вот этого не надо!

СВИНЬЯ. Никто не будет его трогать! В переносном смысле «держитесь»! Ага, вот так — и ручкой народу сделайте, он любит, когда ему ручкой делают! Ну, давайте! Вот — то, что надо! (Щелкая затвором фотоаппарата.) То, что доктор прописал! И улыбнуться! Надёжа ты наша! (Щелк.) Оплот государственности! Борец с коммунизмом! (Щелк.) На баррикады как на праздник! (Щелк-щелк.) Защитник прав! (Щелк-щелк-щелк.) Вот таким мы тебя любим, кормилец! Вот за таким — в огонь и в воду за тобой, батюшка!

КОРЖАКОВ. Свинья тебе батюшка.

СВИНЬЯ. Не мешайте работать!

В кювете проявляются фотографии Ельцина. Они же, подцепленные лопаточкой, прикрепляются к стене. Свинья в фотолаборатории уже одна, без клиентов.

СВИНЬЯ. Ага! Вот так… Хорош… (Всматриваясь.) А ведь действительно — хорош, а! Гарант, уи! (Радостно смеется.) Ведь можем, когда хотим!

Звонок.

СВИНЬЯ. Иду, иду!

За дверью стоит Зюганов.

ЗЮГАНОВ. Это я.

СВИНЬЯ. Вижу.

ЗЮГАНОВ. Мы договаривались…

СВИНЬЯ. А как же! Проходите.

ЗЮГАНОВ. Куда?

СВИНЬЯ. Во второй тур.

2.

Там же. Свет изменился — ясно, что прошло несколько часов.

СВИНЬЯ. Хорошо. Давайте еще раз.

ЗЮГАНОВ. Товарищи! Антинародный режим превратил Россию в сырьевой придаток империализма, поставив под вопрос само существование российской государственности! Подорваны основополагающие принци…

СВИНЬЯ. Стоп, стоп!

ЗЮГАНОВ. Что?

СВИНЬЯ. Это все уже было.

ЗЮГАНОВ. Что было?

СВИНЬЯ. Про антинародный режим. Слово в слово.

ЗЮГАНОВ. Так я наизусть и учил.

СВИНЬЯ. Но ведь вы же не пономарь!

ЗЮГАНОВ. А кто?

СВИНЬЯ. Вы — геополитик. Вы что, «Советскую Россию» не читали? Вы — геополитик мирового масштаба, крупный философ, мыслитель практически… Развивайте мысль!

ЗЮГАНОВ. Какую?

СВИНЬЯ. Ну, у вас какая-нибудь мысль есть?

ЗЮГАНОВ. Есть.

СВИНЬЯ. Какая?

ЗЮГАНОВ. Да вот, хочу президентом стать.

СВИНЬЯ. Нет. Эту мысль вы как раз оставьте при себе, она вам не идет. А вот темперамент, широта эрудиции, интеллектуальный напор…

ЗЮГАНОВ. Какой напор?

СВИНЬЯ. Ну, это я потом объясню! Сейчас хоть какой-нибудь давайте, но чтобы был напор! И громче! Мы вас любим, когда вы громкий и неумолимый!

ЗЮГАНОВ. Товарищи!

СВИНЬЯ. Так, хорошо!

ЗЮГАНОВ. Антинародный режим…

СВИНЬЯ. Стоп!

ЗЮГАНОВ. Что, было?

СВИНЬЯ. Было, было!

Звонок в дверь.

Извините, я сейчас.

Открывает дверь, за дверью стоят Ельцин и Коржаков.

ЕЛЬЦИН. Готово?

СВИНЬЯ. Момент! Подождите тут! (Уходит, возвращается.) Вот!

ЕЛЬЦИН(разглядывая). Тебе какой нравится?

КОРЖАКОВ. Мне — все.

ЕЛЬЦИН. И мне все. Годится, понимаешь! (Заглядывает в прихожую.) А что, у тебя кто-то еще?..

СВИНЬЯ. Что вы, что вы! (Доверительно.) Личная жизнь!

ЕЛЬЦИН. А-а. Ну, это можно.