Виктор Шендерович – Антология сатиры и юмора России XX века. Том 2. Виктор Шендерович (страница 101)

Щелчок переключателя.

ЛЕБЕДЬ(из телевизора)…веник, а у пирамиды должна быть одна вершина!

СВИНЬЯ. Ы-ы-ы!

Наливает стакан водки, выпивает, занюхивает рукавом и распахивает окно. За окном ночь.

СВИНЬЯ. Россияне! Простите меня, если сможете!.. Это я виноват! Это я их всех смастерил… Я больше не буду, ей-богу, не буду! (Всхлип.) Россияне! Все на выборы! И ехать отсюда, ехать! А я…

Машет рукой и, все еще с пультом в руке, залезает на табурет, набрасывает на шею петлю, затягивает… Медлит, потом щелкает пультом — и…

ЕЛЬЦИН(из телевизора). Мы последовательно, понимаешь, продолжаем движение курсом реформ!

СВИНЬЯ. А-а-а! (Отталкивает ногами табуретку и повисает в петле.)

ЕЛЬЦИН(из телевизора). И, значит, уже есть реальные результаты…

Единый кандидат от демократов[63]

1.

Вечер. Подъезд. Свет фар с улицы, через стекло. Входит Горбачев. Сзади, из темноты, в надвинутой на глаза шляпе выныривает Коржаков.

КОРЖАКОВ. Стой!

ГОРБАЧЕВ. У чем дело!

КОРЖАКОВ. Не бойся.

ГОРБАЧЕВ. Не имею чести…

КОРЖАКОВ. При чем тут вообще честь? Я насчет выборов…

2.

Явлинский ужинает. В телевизоре — «Поле чудес».

ЯКУБОВИЧ(с экрана). Переход хода.

Вдруг по экрану начинают бежать помехи и вместо Якубовича появляется Ельцин.

ЕЛЬЦИН(сдавленным шепотом). Гриша! Гри-иш! Это я.

ЯВЛИНСКИЙ. Матка боска!

ЕЛЬЦИН. Приходи, значит, завтра в Кремль.

ЯВЛИНСКИЙ. Зачем?

ЕЛЬЦИН. Не задавай, понимаешь, глупых вопросов! Завтра в девять. (Исчезает. Помехи.)

ЯВЛИНСКИЙ. У, ё!..

ЯКУБОВИЧ(появляясь на экране). Есть такая буква!

3.

Вечер. Лебедь гуляет с собакой. Подъезжает мотоцикл с коляской. Собака начинает лаять и рваться.

ЛЕБЕДЬ. Фу! Сидеть.

КОРЖАКОВ. Сижу.

ЛЕБЕДЬ. Я не вам. Чего надо?

КОРЖАКОВ(весь в коже и очках). Телеграмма.

ЛЕБЕДЬ. От кого?

КОРЖАКОВ. Военная тайна. (Отдает честь и уезжает.)

4.

Утро. В большом кабинете сидят Гайдар, Горбачев, Черномырдин, Явлинский, Лебедь.

ЯВЛИНСКИЙ. Как вы думаете, чего он нас всех пригласил?

ЧЕРНОМЫРДИН. Не знаю. Мне сказал: есть дело на сто рублей.

ГОРБАЧЕВ. Какое может быть дело на сто рублей? Какие-то замшелые понятия…

Входит Ельцин; за ним, волоча какой-то портрет, Коржаков.

ЕЛЬЦИН. Здорово!

ГАЙДАР. Уж мы ждем, ждем…

ЕЛЬЦИН. Считайте, что дождались! (Прислоняет портрет лицом к стене, запирает дверь на ключ, открывает окно и кричит кому-то вниз.) Держи! (Бросает ключ.) Отопрешь, когда скажу!

ГАЙДАР. Я не понял.

ЕЛЬЦИН. Господа! Я, значит, пригласил вас для того, чтобы сообщить пренеприятнейшее, понимаешь, известие: скоро выборы!

ЯВЛИНСКИЙ. Я знал.

ГОРБАЧЕВ. И я знал.

КОРЖАКОВ. Даже я знал.

ГОРБАЧЕВ. А вот как раз вам совершенно необязательно…

ГАЙДАР (Ельцину). Вы зачем дверь заперли?

ЕЛЬЦИН. Знаете, как в Ватикане выбирают папу?

ЛЕБЕДЬ. Пап не выбирают.

ЕЛЬЦИН. Выбирают. Еще как! Собираются кардиналы — и не выходят из помещения до тех пор, пока не выберут папу.

ГОРБАЧЕВ. Какое-то средневековье, честное слово…

ЕЛЬЦИН. Средневековье не средневековье, а не выйдем отсюда, пока, понимаешь, не выберем…

ЛЕБЕДЬ. Папу?

ЕЛЬЦИН. При чем тут папа! Не выйдем, пока не выберем единого, значит, кандидата от демократов!

ЯВЛИНСКИЙ. От демократов у нас только один и есть!

ГОРБАЧЕВ. Знаете, это передержка… Не один!

ЕЛЬЦИН(напоминает). Не выйдем, пока не договоримся!

ГАЙДАР(указывая на портрет, стоящий лицом к стене). А это что?

ЕЛЬЦИН. Это… секундочку! (Вешает портрет на стену; у сидящих вытягиваются лица — это портрет Зюганова.) Это чтоб вам всем… лучше думалось!

5.