В июле 1918 года в Вятскую губернию прибывает чрезвычайный комиссар по продовольствию А. Шлихтер с вооруженным отрядом в 2 тысячи человек. В селе Вятские Поляны создаётся районное отделение губпродкома, объединившее отдалённые от губернского центра уезды: Сарапульский, Елабужский, Малмыжский, Уржумский. В уездном городе Малмыже в это время разместился штаб 1‐й Продовольственной армии. Под ружьём командующего этой армией, Г. Зусмановича, 885 продотрядовцев.
28 июля чрезвычайный комиссар по продовольствию А. Шлихтер телеграфирует В.И. Ленину об отправке со станции Вятские Поляны первого поезда с хлебом. Через три дня из Вятских Полян отправлен второй поезд с хлебом. Всего же к середине августа 1918 года в южных уездах Вятской губернии было заготовлено 150 тысяч пудов хлеба.
Тогда же, в июле 1918-го, в южные уезды Вятской губернии из Москвы был направлен военно-продовольственный полк во главе с капитаном А. Степановым и комиссаром В. Хомаком. Задача «продовольственников» – организовывать комитеты бедноты и оказывать посильную помощь местным властям в проведении продовольственной развёрстки. Степанов – эсер. К тому времени эсеры уже перешли к открытой конфронтации с красными. Они, по сути, белые.
2 августа 1918 года Вятская губерния объявлена на военном положении. Следующий день стал началом степановского мятежа.
В связи с вышеизложенным, 2‐я армия Восточная армия отошла в район: Арск, Вятские Поляны, Мензелинск, севернее Воткинска.
Приказ войскам 2‐й армии от 15 августа 1918 года:
«Мензелинской группе под командой т. Митюшкина немедленно выступить на Гольяны и поступить в распоряжение члена Высшей военной инспекции т. Антонова, оперирующего с отрядом против ижевских мятежников.
1. Войскам т. Чеверёва и лёгкой батарее т. Лудань немедленно погрузится в эшелон и направиться на ст. Агрыз для участия в операции против Ижевска, где оперирует группа т. Иванова. Общее командование всей этой группой возлагается на т. Чеверёва.
2. Вследствие образования ижевского фронта и героической гибели начальника левой группы 2 армии командира 4 Московского продовольственного полка т. Латогурского командование войсками левой группы, включая и сарапульский гарнизон, возлагается на т. Шванского. В штаб левой группы назначаются: в качестве ближайшего помощника и заместителя т. Шванского т. Чернядьев, начальником штаба т. Купчунас и по заведованию снабжением тт. С. Иванов и В. Коврайский, по оперативной части тт. Крымов и Дьяконов. В распоряжение командующего левой группой поступают отряды т. Деткина, группа т. Бронникова, весь сарапульский гарнизон, отряд матросов комиссара Зубкова, Камбарская рабочая дружина, Елабужский отряд под командованием т. Замятина, 3 рота Бирского полка, боевое судно «Товарищ», два понтона с артиллерией и артиллерийский взвод, прибывший из Перми в полной боевой готовности.
3. Исполняющим должность начальника штаба 2 армии назначается т. Кольчевский.
4. Начальником передвижения войск 2 армии назначается т. Галкин.
5. Начальником инженерной части 2 армии назначается т. Калашников.
6. Всем отделам снабжения армии и санитарному отделу впредь до особого распоряжения оставаться в Сарапуле.
7. Тов. Шванскому предписывается предложить многим тысячам красноармейцев, боевиков, партийным и советским работникам, размещенным на баржах и пароходах, с оружием в руках немедленно организоваться в войсковые части и следовать на позиции. Не желающих исполнять свой долг перед Советской Республикой немедленно разоружать, прекратить выдачи денежного, интендантского и другого рода довольствия и во всех отношениях поступать с ними как с частными лицами, не имеющими ничего общего с советскими войсками.
Командующий 2 армией Восточного фронта Блохин
Политический комиссар Котомкин
Начальник штаба Кольчевский»[30].
21 августа штаб 2‐й армии (командующий В. Блохин) на пароходе «Король Альберт» (был переименован в «Карл Либкнехт») прибывает из Сарапула в Вятские Поляны.
Из записи разговора по прямому проводу командарма-2 Виктора Блохина с членом РВС 3‐й армии И. Смилгой 23 августа 1918 года о положении дел во 2‐й армии:[31]
[Блохин]: Политком Котомкин и Новиков вчера ночью приехали в Вятские Поляны. С Вяткой связи не имеем. Мне нужно узнать, есть ли у вас какие-либо сведения о положении Вятки. Сообщите, что там предпринимается, оказывают ли с этой стороны мне содействие и что предпринято вами по отношению к Воткинску и Ижевску?
[Смилга]: Вчера ночью получил телеграмму из Вятки, из которой видно, что наши войска заняли Нолинск и готовятся к операции против Уржума. О размере наших сил сведений не имею, но знаю, что у них есть артиллерия. Сегодня в 7 часов утра мы отправили на пароходах 600 штыков при 2 орудиях и 10 пулеметах при 3 броневых автомобилях, из которых один пушечный. Отряд [следует] на Галево. Только что говорил с Кольчевским, который сообщил, что они со своей стороны тоже высылают отряд. Я полагаю, что соединенными силами удастся ликвидировать ижевско-воткинскую историю. Вообще же нас сильно пугает 2 армия. Мы сейчас совершенно не уверены за наши правый фланг и тыл. Сообщите, чем мы можем вам помочь. Я хотел привести к вам наших коммунистов-офицеров, но не мог проехать в Галево, попал там под ружейный и пулеметный огонь. У нас здесь довольно много дельных работников.
[Блохин]: Очевидно, вы не вполне осведомлены с положением о 2 армии, которая находится положительно в кольце и не имеет в запасе ни одного снаряда и ни одного патрона…
В настоящее время я не имею в своем распоряжении ни одного солдата в резерве, все посланы в дело и со всех сторон преследует неудача…
Будьте добры предупредить части, действующие против Степанова со стороны Вятки, что с нашей стороны от Вятских Полян к Уржуму были посланы роты Полтавского полка при двух судах, вооруженных артиллерией, при комиссаре Бабкине. Причем 20-го числа эти части имели бой под Шурмой, рассеяли выступившие против них части степановцев. […]
Нахожусь в Вятских Полянах с 50-ю человеками, набрав с улицы, и положительно не представляю себе, как можно, сидя здесь, без посторонней помощи, вывести армию с кольцевым фронтом, без резервов, без тыла, без огнестрельных запасов и даже без связи со своими частями. Предупредите ваши части, отправляющиеся в Галево, что там белогвардейцами захвачен большой пароход «Байрам Али». Вот и все. Я предполагаю со штабом пробраться в Вятку, чтобы успеть сделать что-нибудь для улучшения положения и чтобы найти базу для продолжения работы по организации армии и борьбы, что при данных условиях и на протяжении всего полученного опыта в данных условиях жизни и деятельности по селам и маленьким городишкам положительно невозможно. Будьте добры, распорядитесь, чтобы совместно с частями, идущими против Степанова, сюда, в Вятские Поляны, из Вятки немедленно были высланы запасы огнестрельного [оружия] в количестве, которым располагает Вятский губернский военный комиссариат. Нужда острая во всем и особенно в 6-дюймовых снарядах, которых на две полубатареи осталось только 200 штук. Что вы скажете на это?
[Смилга]: Скажу только одно, дела ваши – сугубая дрянь. Вятку извещу, Красноуфимск тоже. Буду бить тревогу в Москве и Питере, чтобы они вам дали свежих сил. Но, по моему мнению, ваш переезд в Вятку – есть смерть 2 армии. Мы во что бы то ни стало пробьемся к Сарапулу. Надо держаться где-нибудь поближе к войскам. Вот и все, что я мог вам сказать. Смилга.
[Блохин]: Что же я могу здесь делать и в чем может выразиться мое управление, когда я постоянно пребываю на линии фронта, тогда как штабы других армий находятся в центрах за несколько сот верст от фронта и располагают всеми ресурсами для формирования и снабжения? Естественно, смерть армии близка, если я буду сидеть у моря и ждать погоды, опираясь и будучи в зависимости от штаба, хотя бы и вашей славной армии, что совершенно нецелесообразно. Кроме того, хотелось бы знать, что до сих пор сделано областным комитетом для 2 армии. Я не видел никакого проявления заботы или внимания, или участия. До сих пор играл роль какого-то буфера, который толкут со всех сторон, ставят непосильные задачи и не дают никаких средств к их решению. В дальнейшем я буду более самостоятелен. Пока до свидания. Т. Новиков спрашивает, как дела у вас под Екатеринбургом?
[Смилга]: Под Екатеринбургом сейчас затишье, борьба разведчиков. Но скоро там разыграются крупные операции. До свидания, всего хорошего…»[32]
Из этого разговора видно, что Восточный фронт красных трещал по швам. А если говорить словами члена РВС-3 Смилги, [33]«дела – сугубая дрянь».
А вот что докладывал председатель военно-следственной комиссии Реввоенсовету 2‐й армии об обстоятельствах поражения отряда армии в бою за пристань Галёво и отступлении частей вниз по р. Каме 21–24 августа 1918 года:
«…21 августа штаб 2 армии во главе с т. Блохиным переезжает в Вятские Поляны. Для руководства операциями против Ижевска создается Военный совет ижевско-воткинского направления. 21 и 22 августа Военсовет производит учет воинских частей г. Сарапула с тем, чтобы собрать все возможное и послать в Гольяны на подкрепление действующего там отряда т. Антонова (член Высшей военной инспекции при т. Мехоношине) и попытаться очистить пристань Галево от белых. Сделать это было необходимо, чтобы открыть путь на Пермь и двинуть на Сарапул застрявшую в Осе баржу с патронами и снарядами.
