Виктор Савельев – Я криминальный репортер. Криминальные очерки и репортажи разных лет (страница 6)
– Трудно здесь работать: территория вокруг садов не наша, люди чужие. Я, например, в Дёме на своем участке всех знаю: у кого спросить, с кем поговорить. А тут деревенские больно не скажут – для них мы не свои. Да и много ли выявишь наездами…
А в деревне живет «свой» участковый, но его кражи в садах теперь не волнуют. Кто-то горько пошутил по этому поводу: «Возьми пару башмаков – и один перебрось через дорогу, отделяющую сад от земель Уфимского района. Так с левым башмаком будет разбираться одна милиция, а с правым – другая».
Плохо, что это касается не только башмаков. Вот у юматовского Пети за кровать задвинута штанга: Петя с Рублем дубасят боксерские груши в местном спортзале. Оперуполномоченный Плотников вздыхает: для понимания обстановки ему бы знать, кого они дубасят, к примеру, в Жуково, но это не его епархия. А тем, кто с Жуково разобраться должен, не положено совать нос в садовые Петины дела. Не думаю, что это разделение Петиных забав во благо правопорядку…
Как ни крути, фигурой номер один на многострадальной садовой землице был и остается сторож – тот самый руганый, битый, привыкший к невниманию начальства… Знаете, кто запрограммировал, что на это место порой идут немощные и случайные, не способные защитить сады? Мы сами. Ну, кого, кроме убитого бесквартирника, могло взять руководство садов на Кардоне, если на зарплату охраннику было выделено шесть тысяч рублей. В саду «Юбилейный» №7 БНЗС мы встретили Ш. С. Касимова, которому щедрой рукой «положили» восьмитысячное содержание. Шамиль Салихович, человек пожилой, начальством был довольный, но все же первым делом спросил нас, где взять газовый пистолет.
– Это дорого, – сказали мы. – Обойдется в несколько ваших пенсий.
– Жизнь дороже, – сказал страж. – Мне бы хоть себя защитить. Я ведь чего могу – только отпугнуть: «Уходи поздорову, добрый человек!» Мне еще наш местный участковый несколько лет назад сказал: «Ты, дед, лучше не лезь – украдут, так это еще не проблема. Вот если убьют тебя – вот проблема будет…»
Под охраной у Шамиля Салиховича 984 участка – садоводов много. Но скажи им, что надо потратиться на защиту сада, – округлят глаза. «Вон какие миллионы на дачи пустили, – показал в дороге Плотников престижный участок обворованных домов, – а на радиосвязь или телефон для сторожа денег не нашли. От этого и идет…» Да, сегодня не назовешь коллектива, где бы решили взять в охрану профессионала с достойной оплатой, со связью, средствами самозащиты, надежными караульными собаками, которые заменили бы садовых шавок. Видно, психологический настрой на деда с традиционными вилами пока еще выше садовых заборов…
…Мы катим по заснеженным полям, завершая путешествие в «рублевую» зону, и Плотников вздыхает: «Скоро Новый год…»
В машине молчание, каждый думает о предстоящих днях – и я знаю, что думы эти не про елку… Потому что на исходе декабря по скрипучему снегу многие из города поедут в сады за припасом… И кое-кто – уже традиционно! – застанет разграбленный домик. Нетрудно представить себе лица этих людей… Их гнев…
Молчит опер Плотников, молчит участковый, молчу и я, глядя на заснеженную равнину. Да, Новый год, он уже не за горами, друзья… Что-то будет в садах в этот раз? Приготовьтесь к сюрпризам, хозяева…
«АТОМНУЮ БОМБУ МОЖНО БЫЛО ВЫВЕЗТИ С АЭРОДРОМА В МАКСИМОВКЕ…»
Криминальный сюжет
У этого уголовного дела несколько эпизодов, но мы остановимся на одном.
В ночь на 12-е июля в Уфе было совершено нападение на гараж по улице Советской, 14. Несколько человек в масках, прячась за машинами, подпустили поближе сторожа, человека пенсионного возраста, сбили его с ног, сломали челюсть, избили, связали… И завладели только что поступившими двумя «Волгами» ГАЗ-31029 – еще новенькими, без номеров.
На ноги была поставлена вся милиция. Не один обладатель «Волги» жаловался в те дни: участковый замучил проверками… Наверное, сотни гаражей были подвергнуты осмотру. Дежурившие на дорогах сотрудники ГАИ денно и нощно всматривались в проходящие машины: не мелькнут ли «Волги», похожие на угнанные. И хотя на карту была, в известном роде, поставлена честь часовых правопорядка, похищенные автомобили не находились.
Они как будто испарились, как будто поднялись вверх, минуя кордоны на дорогах, и перенеслись по воздуху в неведомую даль…
Впрочем, так оно и было. Въедливые пинкертоны нашли след светлых «волжанок» в далеком Баку. И перенеслись они туда, действительно, воздушным путем – с малоизвестного большинству граждан ведомственного аэродрома в поселке Максимовка под Уфой, где новая коммерческая авиакомпания «Аэронефтехим» арендует у моторостроительного объединения взлетные полосы и технику. Поражает скорость, с которой авиакомпания отправила краденые автомобили – к вечеру того же дня, 12 июля, самолет «АН-24» «Аэронефтехима», оставив под крылом патрули, уже садился в столице южной республики, где местные дельцы с большой выгодой для себя перепродали машины…
Фотография ГАЗ-31029 из Wikimedia Commons. Photo by Stanislav Alexeyev. No (C)
Созданная органами МВД и прокуратуры для распутывания этого дела следственно-оперативная бригада под руководством старшего следователя прокуратуры Уфы Р. Г. Ахунова установила, что виртуозный перелет с «Волгами» из гаража на ул. Советская, 14 не был единственным. Проживающие в Уфе любители погреть руки на новых «ГАЗ-31029» организовали настоящую охоту за машинами этой модели: ранее, 22 июня, был убит сторож в гараже торгового дома «Башнефти» и захвачен автомобиль, еще не получивший номера; позднее, в июле, связав сторожа и шофера в другом гараже, люди в масках похитили еще две «Волги». Все преступления совершались по одной схеме: машины угонялись, прятались в частном гараже поселка Максимовка близ аэродрома, а затем через руководство авиакомпании «Аэронефтехим» прямым путем отправлялись в Баку…
В этой истории настораживает легкость, с которой из Максимовки можно было попасть в сопредельное государство, не обременяя себя формальностями, лицензиями на вывоз, утомительными досмотрами. Вот как прокомментировал это руководитель следственно-оперативной бригады Р. Г. Ахунов:
«Выяснилось, что на аэродроме Максимовка не было таможни и должного контроля за отправкой грузов. Все решали деньги, счет которым „за услуги“ шел на миллионы. Уже установлено, что, кроме упомянутых „Волг“, самолеты „Аэронефтехима“ отправляли и другие машины, не проходившие по документации…»
Вот такая история! Как горько пошутил один из проводивших расследование: «Если бы у вас была атомная бомба, то и ее можно было бы вывезти с аэродрома в Максимовке…»
Сейчас правоохранительные органы распутывают это дело. Кто-то из участников и исполнителей похищений арестован, кто-то в бегах… Милиция знает свое дело. Только вот какие выводы будут сделаны по окончании расследования…
ТЮРЬМА И ВОЛЯ
МЕСТО ЖИЗНИ ИЗМЕНИТЬ НЕЛЬЗЯ…
1. Тюрьма и воля
– В карцер опять не хотите?
Приходилось ли вам слышать такое предложение в охраняемом зарешеченном коридоре, когда начальник тюрьмы уже готов дать знак, прокурор – сама невозмутимость, а стоящий за ним контролер в форме лениво звякает ключами?
– О, нет, карцерами я сыт…
– Тогда – в камеру!
– В камеру так в камеру, – соглашаюсь я. – Откройте мне женскую…
Звенят ключи, женщин восемь всех возрастов и наружностей под зарешеченным окошком дружно поднимаются со скамьи у стола и вытягивают шеи при нашем появлении.
– На обходе прокурор Стерлитамака Дегтярев и корреспондент газеты! – объявляет сопровождающий нас начальник следственного изолятора (в обиходе «тюрьмы») Данис Хаматгареевич Шакиров.
– Жалобы есть? – спрашивает прокурор. – По каким статьям привлекаетесь?
Женщины есть женщины: замелькали кокетливые улыбки, симпатичная и молоденькая у оконца поправила короткую стрижку… Оживление будет на весь оставшийся день: на мужичков с воли посмотрели! Воровки, мошенницы… Трудно поверить, что вот эту, с кудряшками, надо держать под замком…
Вот так примерно коротал я деньки с прокурором Анатолием Николаевичем Дегтяревым, когда десант журналистов газеты «Советская Башкирия» высадился в Стерлитамаке. Других водили по городу, на выставки, редакционных женщин одаривали комплиментами – а улыбающийся Дегтярев, неумолимый, как Харон, таскал меня по камерам и тюремным казематам…
Впрочем, о непредсказуемости его экскурсионного дара я в полной мере догадался лишь тогда, когда его «Волга», скрипнув тормозами, остановилась у морга.
– М-может, не надо? – слабо спросил я.
– Да что вы! Ведь морг для нас, юристов, – первый помощник, что бы мы делали без его экспертиз?
На дверях одноэтажного барака чернела многообещающая надпись: «Прием живых лиц с 8 до 12.00». Я глянул на часы и обреченно вздохнул: еще только полдвенадцатого – мы законно укладывались в отведенные нам полчаса…
Стараясь не видеть дальше собственного носа, я потащился за Дегтяревым через залу, где мутнели тела, в какие-то комнаты. Там было светло и не помнилось о смерти. Интеллигентный мужчина-врач в очках, зав. кустовым центром бюро судмедэкспертизы В. Ф. Дьяков, встал навстречу прокурору.