18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Виктор Савельев – Сочинительство историй – лучшее занятие на свете. Ты властелин и директор в этой «гостинице» (страница 5)

18

«Розу Мира» писатель закончил, будучи больным, уже после освобождения из тюрьмы, в 1958 году… Но его мысленные путешествия по Мирам и Эпохам показали: автора не скуют ни одни оковы.

Более того, если вам невыносимо трудно жить, начинайте писать свои истории – лучшей анестезии, чем творчество, не придумать…

В ТЕМУ

«Величайшие события в мире – это те, которые происходят в мозгу у человека».

Оскар Уайльд.

Писать истории – счастливейшее занятие

Пора подводить черту, друзья, о всех гаванях и мотивах для сочинителей и авторов собственных story.

Скажу вам так – жить в мире тобой созданном, это лучше, чем работать на нелюбимой работе, прозябать и быть «винтиком», от которого ничего не зависит…

Стать рассказчиком – это самый счастливый причал для тех, кому доступно творчество и есть искорки способности к изложению историй (неважно, реальных или из головы выдуманных!).

Это не для всех… Как и моя книга. Но это твой след на земле и осознание своего «Я», себя как личности.

Это очень тёплая гавань, тёплое королевство. Где ты живёшь, создавая миры или выстраивая реальные случаи по своей воле. Здесь тебе тепло и уютно, потому что этим миром повелеваешь ты. Тебе судить, кто прав, кто виноват. Кто достоин, кто не достоин. На кого вешать лавровый венок, а кому указать на дверь…

Милые-милые образы, самые удивительные картины являются к сочинителю. Чашка горячего чая, сухарь, чтобы погрызть, немного взбадривающих тебя мыслей – и вот ты уже плывёшь туда, куда, кроме тебя, не приплывёт никто и никогда на свете.

Тот, кто почувствует в себе страсть к сочинительству – не откажется от неё никогда!

Роясь в записках сочинителя

«Не учи учёного, поешь слона копчёного!»

Так говорили мальчишки и дворовая шпана во дворе детства, когда кто-то начинал кого-то учить. Соответственно, выражение было куда грубей, но я его смягчил…

Но в целом я никого не хочу поучать своими записями. Того, к ком нет таланта что-то писать, не научишь ничему. А в ком есть искра и предрасположенность к хорошему рассказу, и сам научится.

Это я хорошо знаю, поруководив разными газетами и натаскивая молодых писак, как охотники натаскивают сеттеров на дичь.

Но, думаю, эти разрозненные «Записки сочинителя» могут быть полезны для расширения кругозора и воровства некоторых моих приёмов работы с текстом и темами. Против чего не возражаю. Наука писать часто строится «на косвенном».

Сказывают, величайший учёный Альберт Эйнштейн, отец теории относительности, говорил, что игра на скрипке помогает ему делать открытия в области физики.

Так что не поучаю, не научаю даже «примусы починять». Просто рассказываю кое-что из записанного мной в разное время и по разным поводам.

Вместе вышло вроде части книги.

Как хорошо быть интриганом…

– Вы интриган! – крикнул Портянкин, страшно бледнея.

(из пьесы о благородных людях).

Ах, как читатель любит интригу! Да-да, тот читатель, про которого мы твердим, что он туп, глуп, ленив, ничего понимать не хочет. А главное не желает читать твоего драгоценного опуса, писанного ночами под подушкой при свете лучины, с обливанием лица слезами и соплями…

Картина известная: ты ему (читателю, то бишь) – мысли и чувства, а он хоть бы хны! Ты ему факты – а он зевает!

А вот у жанра детектива проблем с ленью восприятия нет. С первых же строк сего жанра какой-нибудь Шерлок Холмс читает раздел происшествий в утренней газете: «Вчера в пруду близ аббатства было найдено тело молодой леди лет восемнадцати… Г-м, Ватсон! Наш знакомый констебль Джон Уилсон, выловивший тело, сразу обратил внимание на нож с перламутровой рукояткой. Что вы думаете насчёт этого происшествия, Ватсон?»

Ватсон, разумеется, сидит рядом у камина и, взяв газету, кривит рот: «Холмс, это заурядная история! Леди пошла гулять к пруду и взяла с собой ножичек, чтобы на берегу очистить от кожуры яблоко, но споткнулась, напоролась на нож и скатилась в воду…»

«Э-э, не скажите! – возразит тут недогадливому другу Холмс, подмигнув с книжной страницы догадливому читателю. – Если бы леди упала на нож, то он бы торчал у неё в груди, а он всажен ей между лопаток по перламутровую рукоятку! И верёвки не было бы на связанных впереди руках…». И т. д.

Тут уж хочешь или не хочешь, а будешь дальше читать про леди из пруда и глупого констебля Джона, чуть не выкинувшего нож обратно в воду. Потому что в истории тайна и жуть. Интрига, наконец! И вот ты уже бросаешь печь пончики с денатуратом и по уши погружаешься в сюжет…

Вообще-то в жизни запутывают людей в основном подлецы («интрига» и происходит от латинского intrico – «запутываю»). Словари толкуют интригу ужас как нехорошо: «скрытные действия, обычно неблаговидные, для достижения чего-н., происки». «Интрижка», «интриган», «интриговать» – фу, какие гнусные слова находим мы у составителей словарей!

Однако сюжетная интрига – это манна небесная для авторов. И если уж ты подаёшься в сочинители, то, как гласит присказка: «Хошь – не хошь, а примеришь эту брошь!» И, глядишь, нацепишь на лацкан. Ради внимания читателя можно интриговать. «Париж стоит обедни», – сказал Генрих Наваррский, принимая католицизм в 1593 году.

Понятно, что для сюжетов судебно-полицейских само небо велело делать кальку с «Холмса и леди в пруду», к примеру, огорошив читателя такой фразой: «Труп Звягинцева был найден за пассажирским павильоном на трассе, ведущей к виноградникам Грааля…» – или: «Это уголовное дело в суде Забубенской волости представляет для нас большой интерес – на скамье подсудимых сидела не рядовая банда, а нечто, чего мы ещё не видели…»

Однако вся соль в том, что по лекалу «Начни с интриги и сначала напусти туману» делаются многие тексты. Без трупа в пруду. Обычные. Но иначе выстроенные.

Вот обычно-стандартное начало сообщения в СМИ:

«Двое суток спасатели, полицейские и подключённые к поиску военнослужащие искали 12-летнего Вовку Колокольчикова, сбежавшего из лагеря „Салют“ исследовать пещеру разбойника Васьки-Шурыги…»

А вот так делается текст, чтобы заинтриговать:

«Исчезновение 12-летнего Вовки Колокольчикова в лагере "Салют" заметили лишь на вторые сутки после ужина. Выяснилось, что на завтраке его тоже не было, а вчера мальчик собирал в полиэтиленовый пакет недоеденные куски хлеба… Но настоящим шоком стал осмотр тумбочки Вовки: из неё исчезли не только зубная щётка и паста, но и моток толстой верёвки, а также электрический фонарь с запасом батареек и десяток засаленных свечей. Выяснилось, что Колокольчиков приставал к взрослым с расспросами о близлежащей пещере, где в старину прятался вор и разбойник Васька-Шурыга, и даже рисовал какие-то карты…

– Не сбежал ли он исследовать пещеру?! – ахнул директор лагеря после допроса Вовкиных дружков».

Собственно технология таких текстов проста: начать с какой-то приманки или интриги, чтобы завлечь читателя. А интригующий момент, милый мой автор, ищи в не прояснённых обстоятельствах – которые для тебя ясны с самого начала, как убийца для детективного писателя, но читателю преподносятся в конце текста. Или – в биографиях героев, интригующих деталях. Кто ищет, тот найдёт. Вот, к примеру, с чего начат шутейный текст (юмор которого, надеюсь, вы поймёте

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.