Виктор Сапожников – Спасите наше королевство (страница 41)
– Это лишнее, – крикнул Антоний. – Подплывайте к борту. Я спущу для вас удобную лестницу. Можете не благодарить. Не хотел видеть, как неуклюжие потомки обезьян карабкаются по канату.
– Самодовольный звероящер, – пробурчал Самсон.
С помощью спущенного трапа Тристан, Самсон и несколько членов команды поднялись на борт танкера.
– Какой же он огромный, – не переставал восхищаться Самсон. – Эх, я бы здесь на месяц остался, чтобы все изучить. Но времени нет. Зовите сюда побольше людей – будем искать золото.
– Зачем его искать? Кораблю буквально набит золотыми слитками, – с видом знатока отозвался Антоний.
Люди разделились на несколько поисковых групп и начали обследовать танкер. Тристан и Самсон решили осмотреть внутренние помещения. Они зажгли фонари, потянули на себя закрытую дверь и наткнулись на останки человеческого скелета.
– Хорошее начало, – скривился Тристан.
– А ты хотел здесь живых увидеть? – Самсон рассмеялся, переступил через скелет и вошел внутрь. – О, тут еще один «отдыхает». Тристан, заходи. Они смирные. Мертвые хотя бы не ткнут в тебя кинжалом из-за угла.
Они шли по темному коридору, освещая путь фонарем. Время от времени встречались человеческие кости, лежащие в кучках пыли и ржавчины – это все, что осталось от их одежды и оружия. В разных помещениях, которые встречались по пути, картина была похожей – ворохи полуистлевшего мусора, остатки стеклянной посуды и золотые слитки.
– Ничего интересного здесь нет. За тысячи лет все стало пылью кроме благородного металла.
– Хорошо, что дверь плотно закрыта, а то здесь были бы заросли с какими-нибудь енотами или змеями, – сказал Самсон, переступая очередное напоминание о человеке.
Через некоторое время они вышли в просторный зал – в его центре стоял большой металлический постамент, увенчанный коробом из толстого стекла. Внутри него, отражая свет фонарей, поблескивала золотистая пластина.
– А ты говорил, ничего интересного, – Самсон с волнением подошел к постаменту. – Смотри, на золоте выгравирован текст. Давай почитаем, какое послание нам оставили Древние. Летающий Бог, это ведь обращение к потомкам!
Тристан и Самсон подняли фонари, чтобы те лучше освещали пластину, и, предвкушая мудрость предков, плотно прильнули к стеклу, превратив свои носы в поросячьи пятачки.
Тристан и Самсон переглянулись
– Дядя, ты что-нибудь понял?
– Хорошие новости: золото на борту, и мы его заберем. Плохие – оружие и всякие интересные штуки тоже здесь, но мы их без каких-то ключей не достанем.
– Вроде неплохо?
– Есть еще и очень плохие новости. В любой момент могут заявиться проснувшиеся Древние с мощным оружием и невероятными знаниями. И тогда нашим королевствам придет конец – они нас свергнут и сами станут королями. Интересно, они оставят одного мудрого герцога сторожить их покои или сразу отправят убирать коровий навоз?
– Дядя, не нервничай раньше времени, вдруг они проснутся еще через тысячу лет.
– Тоже верно. Погоди… Что это? Похоже на альтернативное послание для бедных, – Самсон увидел, что одна из стен была буквально испещрена царапинами. Под ними лежали человеческие останки и череп с маленькой круглой дыркой сбоку. Тристан поднес фонарь, осветивший грубые и кривые засечки, в которых можно было узнать буквы и слова. Неизвестный член экипажа рассказывал о миссии и судьбе корабля.
Дядя и племянник поднесли фонари к новому тексту и начали читать.
– Черт побери этих Древних, – Самсон смачно выругался. – Ты хоть что-нибудь понял?
В помещение забежал один из членов команды.
– Ваше Величество, в трюме очень много золота! – возбужденно воскликнул матрос.
– Пойдемте, дядя! Что нам тайны Древних! У нас пираты уже на подходе. Нам свои проблемы надо решать. Эй, как там тебя, показывай дорогу, – Тристан двинулся за матросом и жестом пригласил Самсона следовать за собой.
Король и герцог спустились в трюм, где члены команды обнаружили большие пирамиды из золотых слитков и горы монет.
– Как говорили Древние, сегодня, я считаю себя самым удачливым человеком на земле, – воскликнул Самсон.
Тристан распорядился перенести сокровища на корабли, насколько хватит места и грузоподъемности.
В дальнем углу Самсон увидел дверь с небольшим окошком. Там виднелись закрытые ящики, стойки с оружием Древних и разные непонятные штуки. На одной из коробок герцог увидел парочку бумажных банкнот.
– Тристан, смотри! Это бумажные деньги Древних! Летающий Бог! Ах, если бы я смог достать эти бумажки, я бы купил себе королевство! – Самсон бессильно поглаживал дверь.
– Дядя, перестаньте. Золото мы нашли. Пусть матросы загружаются и плывут обратно. А нам надо лететь дальше.
Герцог стал осматривать золотые пирамиды и остолбенел от восторга.
– Стой, что это? Летающий Бог! Деньги Древних! Это все мое! – Самсон дрожащей рукой показал на одну из пирамид с золотом. Там на слитках лежала увесистая пачка банкнот, крест-накрест перевязанная бумагой. Герцог нетерпеливо подошел к пирамиде и протянул руки к деньгам. Когда его пальцы коснулись банкнот, они рассыпались в прах. Самсон стоял потрясенный, глядя на кучку пыли.
– Да как же так! Нет, ты это видел? – Самсон взорвался отборнейшей руганью с элементами собачьего скулежа. Матросы, перетаскивающие золото, понимающе кивали головами.
– Дядя, это было ожидаемо. Вы видели, здесь все превратилось в прах за прошедшие десятилетия. Тем более бумага…
– Только что произошло самое большое разочарование в моей жизни, – грустно сказал Самсон, размазывая по щеке скупую мужскую слезу. – Эх, ладно. Где там капитан? Нужно дать ему указания, а самим отправляться в путь. Надеюсь, проснувшиеся Древние дадут ответы на наши вопросы и отвалят немного бумажных денег.
Военные дела и любовь
Центральная Судения
Отряд истрельских ополченцев под командованием принца Гарри нестройно топал по дороге где-то на просторах Судении. Встречные крестьяне были немного напуганы бродяжническим видом союзных солдат. Пестрое воинство следовало в Вестенд, чтобы помочь отразить нападение пиратов. Принц как мог торопил своих солдат, но разношерстные ополченцы не отличались выносливостью и дисциплиной. К вечеру колонна вошла в лес, растянувшись на узкой дороге. Молодежь вырвалась вперед, а пожилые начали отставать, мучаясь одышкой.