Виктор Потапов – Приключения, Фантастика 1996 № 06 (страница 28)

Анви еще некоторое время слушал, прикладывая к земле то одно, то другое ухо, затем встал на колени и сказал:

— Вокруг лагеря бродит большой зверь… я не знаю, какой. Хищник. Надо разбудить всех.

Вскоре остальные мужчины стояли рядом с товарищами. За их спинами с арбалетами замерли Кина и Фаина. Даша пугливо жалась к матери.

Беглецы ждали. Топот тяжелых лап был слышен уже отчетливо за ближайшей группой деревьев. Бум, бум, бум, бум — он становился все ближе. И вот! Высокий, раскачивающийся силуэт серым призраком показался в лунном свете.

Мужчины стали полукругом, лицом к хищнику, контуры которого по мере приближения обозначались все яснее. Зверь был молчалив, как сама ночь, за все время он не издал ни звука, и это более всего пугало беглецов.

Никто из них никогда не видел такого зверя. Массивные передние лапы его были длиннее задних, передняя половина туловища сильно возвышалась над крестцом, спина была поката. На толстой шее сидела тяжелая вытянутая голова ящера с широкими мощными челюстями. Нижняя выдавалась вперед, лоб был резко скошен, как у змеи. Кожа на загривке ходила складками. Короткий тяжелый хвост был поднят параллельно земле. Широкая грудь, плечи и загривок подавляли своей массивностью, буграми выпячивались под гладкой кожей могучие мускулы, громадные кривые когти взрывали землю.

Метрах в десяти от колючей изгороди, которой беглецы неизменно окружали свои стоянки, зверь остановился и поднял голову. Большие зеленые глаза чудовища горели хищным пламенем. Зверь шумно втянул в себя воздух и начал медленно приближаться. Огонь, по-видимому, не пугал его.

Глухо стукнули тетивы арбалетов, свистнули стрелы и впились в морду, плечо, шею и бока зверя. Чудовище на мгновенье замерло и, издав хриплый вой, кинулось вперед. В миг была смята ограда, мощные зубы блеснули в лунном свете, четыре ножа-наконечника с хрустом впились в грудь и шею хищника. Однако, не остановили его. Зверь обладал исполинской силой, и люди не смогли сдержать напора. Упершись в массивные кости, копья вывернулись из рук, мужчины отлетели назад. Георгий, Андрей и Адиу были сбиты с ног, Анви подмят зверем. С копьями наперевес гэйги и Себастьян бросились на выручку товарищу. Искристый получил сокрушительный удар в бок и кубарем покатился по земле. Копье Фиолетового было выбито у него из рук, как обыкновенная палка.

Поднимаясь на ноги, Георгий услышал треск копья Себастьяна. Маленький человечек был придавлен зверем, зубастая пасть тянулась к нему; Анви вовсе не было видно. Вытаращив глаза, Себастьян из последних сил упирался в челюсть ночного страшилища, тщетно пытаясь отвратить от себя смерть. Еще мгновения и он погиб бы. Подоспевшие Адиу и Георгий с размаху вонзили копья животному в шею. Оно взревело и, повернувшись к Георгию, щелкнуло зубами, не достало его, но вновь сбило этим движением с ног.

В сей же момент свистнула стрела и впилась точно в мерцающий глаз чудовища. Зверь запрокинул морду и раскрыл во всю ширь пасть — хриплый вой вырвался из его глотки. Георгий оглянулся, Кина быстро натягивала тетиву. Фэй целилась.

Никто не видел, как сбоку на спину монстра вскочил Андрей. Хладнокровно нацелившись, он размахнулся и обеими руками вонзил копье ему под лопатку. Длинное широкое лезвие вошло до конца, зверь конвульсивно дернулся и, перекинувшись влево, попытался лапой достать Андрея, но не смог. А тот, втянув голову в высоко поднятые плечи, навалился всем весом на древко. Зверь рванулся, и в этот миг острие дошло до его сердца. Тяжелое тело задергалось в судорогах, передние лапы подогнулись, и зверь рухнул, уткнувшись мордой в землю. Задние лапы его еще двигались, когти скребли почву, под кожей сокращались мускулы, но хищник был уже мертв. Рядом с ним бездыханный с распоротым животом лежал Адиу.

Анви встал на колени возле тела и пригладил волосы брата.

— Мы похороним его утром, — сказал Георгий, кладя ему руку на плечо. — Он был отважным воином. Пойдем, нужно перевязать раны.

У Анви длинные когти кровавыми полосами прочертили спину. Бок Георгия вздулся и потемнел от удара, но ребра к счастью остались целы. Себастьян был цел, но основательно помят. Гэйги и Андрей отделались царапинами и ссадинами.

С помощью женщин мужчины перевязали друг друга. Кина и Фэй вскипятили воду и промыли раны. Достали из походных сумок сухие бальзамические листья и шарики целебной смолы. Размягчая смолу в воде, женщины обмазывали ею листья и, наложив на раны, закрепляли широкими полосками материи. Киберврачи со скаэров давно исчерпали свой запас и были выкинуты за ненадобностью.

Возбуждение битвы утихло и страшная усталость навалилась на беглецов, даже боль не могла пересилить ее. Мужчины легли и заснули мертвецким сном. Не спала лишь сторожившая их Кина. Подсев к Анви, она осторожно приподняла его голову и положила себе на колени. Его борода защекотала ей кожу на запястьях. Во сне разведчик перевернулся с боку на бок и, прижавшись щекой к ноге девушки, левой рукой обнял ее бедра. Она закрыла глаза и порывисто вздохнула. Тут же испугавшись, что разбудит Анви неосторожным движением, замерла, затаив дыхание.

Похороны и увечья, полученные в схватке с чудовищем задержали беглецов на месте еще на два дня. Ни Георгий, ни Анви не могли сразу продолжить путь. Лишь двое суток спустя они почувствовали себя лучше, и маленький отряд двинулся дальше.

На четвертые сутки после сражения с ночным хищником путники без особых происшествий миновали саванну и вышли к горам. Здесь дорогу им преградило неожиданное препятствие — обширное зловонное болото, заросшее желто-белой травой и огромными малиновыми цветами-шарами на длинных ножках. Справа оно упиралось в скальный обрыв, слева, сколь далеко позволяли видеть глаза, уходило вглубь саванны. Прибрежные заросли, как муравейник, кишели змеями, ящерицами, всевозможными насекомыми. Скалы вдоль болота были круче и иззубреннее, но за ними угадывалось относительно ровное пространство, скорее всего небольшое плато, отделявшее предгорья от основного массива.

Фиолетовый и Себастьян отправились разведывать путь. Пройдя краем болота, взобрались на высокую гряду: с нее увидели, что полоса опоясывающей его берега коричневой травы, буйные кустарники и рощицы низкорослых деревцев темным зигзагом уходят в саванну, сливаясь на неразличимом для глаза расстоянии с ее голубизной.

Похоже, Дого им обмануть не удалось, подумал Фиолетовый. Зря они блуждали по травяным зарослям. Люди-пауки наверняка знали о болоте. Преследователи поймут: раз следов нет в горах, значит беглецы идут саванной. Загонщикам остается только прямиком спешить сюда и, устроив засады, дожидаться своих жертв. Фиолетовый невольно огляделся по сторонам, ища врагов, но никого, конечно, не увидел.

Если они тут, то замаскировались наверняка так, что пройдя в двух шагах, не обнаружишь их. Может быть гонец уже мчится к Главному Охотнику, чтобы сообщить новость. Фиолетовый представил злобную ухмылку Дого и выругался про себя. Нет, мы еще поборемся! Будем все равно искать путь через саванну, пусть твои паучата понервничают, побегают.

Они спустились к болоту и пошли через него. Вскоре кустарниковые заросли сменил сухой лес, островки да кочки с черными озерцами воды. Себастьян срубил жердь и осторожно, пробуя дорогу, легко перепрыгивал с кочки на корягу, с островка на островок. Фиолетовый последовал его примеру. Высокие мокрые кочки, торчащие из зацветшей воды, сминались под его тяжестью, уходили в трясину и вновь всплывали позади, отекая черной слизью.

Некоторое время спустя открылось небольшое черное озеро, заросшее по берегам густым сухостоем. Разведчики едва продрались через колючий бурелом, цепляющийся за одежду ломкими скрюченными ветвями. Они трещали и осыпались в мутную воду. Солнце стояло высоко, но в зарослях было угрюмо, неуютно. Над разогревшейся под жаркими лучами водой поднимался слоистый пар, вытягиваясь вдоль тонких стволов длинными запеленутыми в саваны фигурами.

Разведчики остановились перевести дух: сзади что-то булькало, вздыхало жутко, что-то огромное, лохматое, живое.

Наконец сухой лес кончился, и разведчики вышли на открытое место — зеленый луг, окаймленный зарослями болотной травы. Впереди, примерно в полукилометре, начинался новый сухостой. Себастьян взобрался на высокое дерево: сухостой, рощицы, луга чередовались без конца — болото было огромно. И Фиолетовый понял, что у них остался единственный путь — через горы.

«Что ж, — мысленно сказал он себе. — Это мы тоже предвидели. На голых склонах нам будет проще заметить их. Пусть посуетятся: подойдут близко, будут раскрыты, слишком отстанут, потеряют след. Нет, Дого, партия еще не окончена».

Взошло солнце и загнало ночных тварей в узкие расщелины скал. Послышалось жужжание насекомых, этих спутников дня, появились птицы. С гор подул прохладный ветерок и затих, растворившись в бескрайней саванне.

Фиолетовый наклонился над Себастьяном и потряс его за плечо. Стряхнув с себя сон, Себастьян, потягиваясь, вышел из тени нависшей скалы, под которой беглецы провели ночь. Растерев руками лицо, он украдкой глянул на Кину, калачиком свернувшуюся подле Анви, и пошел следом за гэйгом.

Уже третий день они были в горах. Первый прошел благополучно: плато, через которое лежал их путь покрывали песок и камни, изредка встречались маленькие озерца, окруженные невысокими деревьями. К вечеру рельеф резко изменился, появились глубокие узкие ущелья, трещины и пропасти, острые пики и огромные осыпи из каменных блоков, преграждавшие путь. На поиски его уходили все силы, солнце нещадно палило; пятеро человек продвигались от одного препятствия к другому, не зная порой, идут ли они вперед или назад. Георгий и Анви быстро выбивались из сил, раны и увечья давали о себе знать. Приходилось делать частые привалы.