Виктор Ниекрашас – Нэо – Проза (страница 5)
–Но ты же вырос! И сейчас сможешь. Я знаю. У тебя получится,– не скрывая слёзы шептал ребёнок
–У меня сейчас нет на это времени…,– взрослый посмотрел на часы.
–У меня есть, я буду ждать сколько скажешь! Это моя любимая игрушка!
–Мое время отличается от твоего!
–Время у всех одинаковое, просто радость разная,– с грустью ответил ребёнок
–Ты понимаешь, что я несколько дней, все свое свободное время буду чинить твою игрушку!
–Я понимаю…Пожалуйста…
–Выбрось…
–Ты же можешь, все починить, я знаю!
–Но ты же опять сломаешь!
–Я буду теперь очень осторожно играть!– пообещал ребёнок
–Даже если я не починю, теперь ты в все равно будешь аккуратен…– строго произнёс взрослый.
Ребёнок смотрел на сломанную игрушку и молчал.
– Давай лучше купим тебе новую?– предложил взрослый
– Не надо. Они все ломаются и никто их не может починить. Игрушки мне больше не нужны. Я оставлю сломанную на память, и буду вспоминать как с ней играл. А еще я придумаю ей мир где она будет целой, а я счастливым…
Взрослый улыбнувшись ушёл, оставив ребёнка наедине со сломанной игрушкой…
Блюз
Она теперь звезда в грязной луже у моего дома. Что она здесь делает?
Не знаю. Я не могу ответить на этот вопрос. Швыряю в неё окурок и, выдыхая дым, шепчу:
– Загадывай желание, детка! Загадывай своё желание…
Улыбнувшись общим воспоминаниям, шумно поднимаюсь по ступеням на второй этаж и открываю дверь квартиры.
Тёплый воздух, смешанный с моей улыбкой, обнимает меня.
Не те объятия, о которых я мечтал, но…
Бросив ключи на стол, подмигну твоей выцветшей фотографии. Только здесь ты, как и прежде, стройна и с ясными глазами.
– Спасибо, что выбрала не меня, – произношу я, наливая в стакан недопитый вчерашний виски.
Теперь сигарет хватит до утра…
Сев на скрипучее кресло, закидываю ноги на журнальный столик и закуриваю.
Старая небритая рожа ухмыльнётся в отражении. Да, это я. Таким бы ты меня не узнала.
Длинная прядь седых волос, подслеповатый глаз и лишённая большей части зубов челюсть.
– Хорошо, что ты выбрала другого!
Я бы не смел смотреть теперь в твои глаза. Как мог бы? Старался бы закрыть их…
Я ещё не мертвец, но смотрю теперь без трепета на молодых женщин.
Теперь многим нужна моя квартира. А я бы отдал. Берите. Только изобразите любовь. От которой у меня начнут дрожать пальцы, как в одном из написанных рассказов. И уйду я спать в подворотне, мёрзнуть на сырой земле…
Прощайте, все. Виновник в этой жизни – время. И я пытался его обхитрить, знаешь как?
Ушёл от всех, прячась за строчками, считая точки, бросаясь запятой в каждую дверь, из каждого экрана с просьбой: прочитайте меня.
Больно, что не заметил, как всё стало другим: взрослым, старым, обвалившимся, покосившимся, дряхлым…
Идите к чёрту. Жизнь прошла, и я не испытаю радости теперь.
– Почему ты выбрала не меня, напомни!?
Откашливаясь от дешёвых сигарет, затушу окурок в пепельнице и снова закурю. О, этот дым… Он помнит всё.
В глазах туман, и пальцы задрожат, будто ты снова рядом со мной. Но я тебя теперь не помню. Правда. Я тебя совсем забыл, даже если буду часами смотреть на старое фото…
Глядя сквозь стены в какую-то счастливую, забытую даль, я хочу снова прожить ту жизнь и улыбаться своим мыслям.
Ты далека. Ты звезда – такая же яркая и недосягаемая для меня, как в тот день, когда я полюбил блюз и вознёс тебя к небесам. Ты выше. Ты видишь много.
Может, и меня научишь?
Я знаю, почему ты выбрала не меня. Это был отличный выбор. Самый правильный из всех твоих сделок с этим миром. Я не мог оставаться с тобой. Я хотел забрать своё и быть рядом, но слишком долго мои мысли бились о скалы времени, и я обвинил тебя во всём.
Считая, что если сжечь этот мост, то уже никак не добраться тебе ко мне. И наоборот…
Ты… Но не останется слов и мыслей. Все слова в этой жизни я произнёс слишком поздно. Встаю и включаю блюз.
Лёжа на полу, закрываю рукой глаза. Всё. Мне не нужен твой ответ. Я в нём больше не нуждаюсь…
Изобретая Желания
Он был молчалив. Суровое лицо, избитое временем и воспоминаниями, делали его еще более загадочным, чем он являлся. Седые волосы стали белыми, как снег, который он не любил. Зато усы по-прежнему были все теми же черными роскошными усами, глядя на которые все женщины мило улыбались своей особенной улыбкой.
Он был женат только на одной женщине, которую любил до сих пор. Она умерла пять лет назад, но он чувствовал её в этом мире…
Все его друзья остались где-то в тех счастливых годах… Сейчас у него не было друзей, только море… Он приходил к нему в надежде, что – то вспомнить и простить себя за ту жизнь, которой жил.
Бледными, дрожащими пальцами, взяв в ладонь немного песка, он стал рассматривать, как он просачивается сквозь пальцы… влажный ветер сдул последние песчинки с его старой руки. Он подошел к самой воде, снял, не очень дорогие, видавшие не один год этот пляж, туфли и сел на песок, опустив ноги в воду.
Ему было 86, но он был вполне в здравом уме. Старик жил в нескольких километрах от моря. И все же, каждый вечер он приходил смотреть на закат. Сегодня был его любимый день – 3 августа, день, когда он увидел её.
Это было 60 лет назад и уже было немного трудно вспомнить, как это всё произошло. Перед глазами всплывал забытый образ, не очень четко вырисовывался в памяти женский силуэт. Он заставил себя вспомнить несмотря на то, что в висках больно застучало…
Он увидел ее легкое, почти воздушное, синее платье. Чёрные волосы, слегка грустный взгляд зеленых глаз…
– У меня сегодня день рождения, купите мне цветы – произнесла Лиза, обратившись к молодому человеку с огромной сумкой наперевес, который шагал по аллее, где совсем рядом расположился магазин цветов.
Марк остановился, и по загорелому лицу прошлась едва заметная улыбка.
– Я не дарю девушкам цветы! – произнес он, глядя на девушку.
– Я ведь тоже, не у всех прошу – сказала девушка и строго взглянула на него.
– Меня зовут Марк,– произнес загорелый мужчина и его глаза заблестели, – как твое имя?
– А, я Лиза – произнесла девушка и немного смутилась…
Старик улыбнулся, глядя на море.
– Я помню, -произнес он дрожащими губами – я помню.
Пролетающая рядом чайка взволновано крикнула. Старик, подняв голову, кивнул, и снова перевел взгляд куда-то вдаль…
Солнце садилось, старик смотрел не моргая на закат. Обняв руками свои колени, он что-то шептал, на глазах появились слезы, и улыбка, добрая старая улыбка, которая, всегда была искренней и настоящей.