Виктор Молотов – Проклятый Лекарь. Том 5 (страница 53)

— И как это проявляется?

— Вчера медсестра Катя пришла на обход. Улыбается, шутит, все как обычно. А я смотрю на нее и чувствую — грусть. Прямо волнами от нее исходит. Спросил, что случилось. Она сначала отнекивалась, а потом расплакалась. Оказывается, ее кот умер. Двенадцать лет прожил.

Эмпатия. Способность чувствовать чужие эмоции. Базовый признак пробуждающихся магических способностей.

— Что еще?

— Силы прибавилось. Серьезно! Санитар Демид — вы его знаете? Двухметровый шкаф, бывший грузчик. Предложил поармрестлить от скуки. Я согласился, думал, он меня как щенка уделает. А я его положил! Три раза подряд! Он потом полчаса руку растирал, говорил, что у меня хватка как у гидравлического пресса.

Усиление физических параметров. Избыток Живы повышает мышечную силу и выносливость.

— А со сном как? — спросил я.

— Сплю по четыре часа и высыпаюсь полностью. Больше не могу — энергия прямо распирает. Хочется бегать, прыгать, что-то делать.

— Аппетит?

— Зверский! Ем три полные порции и через час опять голодный. Медсестры уже шутят, что я не пациент, а утилизатор пищевых отходов.

Ускоренный метаболизм. Организм сжигает калории с бешеной скоростью, превращая их в Живу. Феноменально.

— Но почему вы спрашиваете? — удивился Кирилл. — Вы что-то обнаружили?

Умный парень. Быстро соображает.

— Скажем так — ваше восстановление идет нестандартно. Слишком быстро и слишком… качественно.

— Это плохо?

— Это необычно. И с медицинской точки зрения крайне интересно.

— Я подопытный кролик? — он улыбнулся.

— В каком-то смысле. Но кролик уникальный. Кирилл, хотите поучаствовать в медицинском эксперименте?

— Зависит от эксперимента. Если нужно будет глотать радиоактивные пилюли или позволить вживить мне второе сердце — пас.

— Ничего такого, — я рассмеялся. — Просто специальные упражнения. Медитация, дыхательные практики, концентрация внимания. Совершенно безопасно.

— Медитация? Как у буддистов?

— Примерно. Только адаптированная для медицинских целей. Поможет контролировать ваше состояние, направлять энергию в нужное русло.

На самом деле я собираюсь учить его базовым техникам управления Живой. Если он способен ее генерировать, нужно научить контролировать. Иначе может случиться спонтанный выброс. А это опасно и для него, и для окружающих.

— Звучит интересно, — кивнул Кирилл. — Я согласен. Когда начнем?

— Завтра. Сегодня я принесу необходимую литературу, вы почитаете основы.

— Литературу по медитации, — удивился Красников

— По восточным практикам работы с внутренней энергией, — как ни в чем ни бывало, ответил я. — Ци, прана, жизненная сила — разные названия одного явления.

— А это не шарлатанство? — засомневался он.

— В исполнении шарлатанов — да, — кивнул я. — В руках специалиста — рабочий инструмент. Вопрос в подходе и понимании механизмов.

И в наличии реальной Живы. Без нее все эти практики — просто гимнастика для успокоения нервов.

— Хорошо, доверяю вам, док. Вы меня из комы вытащили, не дадите помереть от медитации.

— Вот и отлично. Отдыхайте пока. Завтра начнем.

Интересный эксперимент получается. Если удастся развить его способности, он станет первым известным мне генератором Живы. Не вампиром, как некроманты, а именно генератором. Это может изменить все представления о магии жизни.

А для меня это потенциальный источник энергии. Не нужно будет постоянно спасать людей — достаточно помогать Кириллу развиваться. Обучение ведь тоже своего рода спасение. Спасение потенциала.

Дверь палаты распахнулась без стука. В проеме стояла Ольга Полякова — моей коллеги, которую я недавно избавил от проклятия. И почему у нее вечно озабоченное выражение лица?

Сейчас озабоченность достигла максимума.

— Доктор Пирогов! Наконец-то я вас нашла! — улыбнулась она.

— Что-то срочное? — приподнял бровь я.

— Очень! — ее глаза молили о помощи. — Мне нужно с вами поговорить. Немедленно. И желательно наедине.

Я посмотрел на Кирилла:

— Простите, долг зовет.

— Без проблем, док. Я почитаю пока, — он взял с тумбочки книгу. — «Философия Канта». Увлекательное чтиво для амнезика.

Мы с Ольгой вышли в коридор. Она огляделась по сторонам, убеждаясь, что никого нет, потом подошла ближе и понизила голос до шепота:

— Это касается Николая.

— Что с ним? — нахмурился я.

— Доктор, он ничего не понял из той ситуации. Абсолютно ничего!

Не удивлен. Дурак редко делает правильные выводы из своих ошибок. Проще обвинить других.

— И что он натворил теперь?

— Пока ничего, но… Мне кажется, он что-то затевает. Что-то плохое. И направлено это против тебя.

— Против меня? — я удивился. — С чего ты взяла?

— Он звонил мне вчера вечером. Часов в одиннадцать. Был пьян — я по голосу слышала.

— И?

— Сначала нес всякую чушь — что любит меня, что я единственная, что без меня жизнь не мила. Обычный пьяный бред отвергнутого мужчины.

— Логично. Ты его отвергла? — и когда только успела…

— Еще как! Между нами намечался роман, но я не собираюсь связывать себя с таким… В общем, сказала, чтобы не звонил больше. Но он не унимался. Начал говорить, что ты меня околдовал, что ты опасный человек, что используешь черную магию.

Вот оно. Идиот что-то заподозрил. Или просто ищет оправдание своим неудачам.

— И?

— Предупреждал, чтобы я держалась от тебя подальше. Говорил, что ты не тот, за кого себя выдаете. Что у вас «нечистые методы лечения». Это его слова, не мои.

— Понятно. Что еще? — хмыкнул я.

— Сказал, что собирается это доказать. Что найдет доказательства и предъявит их… куда надо. Он не уточнил куда, но по тону я поняла — что-то серьезное задумал.

Только доносчика мне и не хватало. Особенно сейчас, когда инквизиция в больнице.

— Он говорил что-то конкретное? Какие доказательства? Что именно собирается делать?

— Нет, только общие угрозы. Но еще он сказал, что предупредил Варвару. Просил ее тоже держаться от тебя подальше.

При упоминании имени Варвары Ольга заметно помрачнела, опустила глаза, начала теребить край фартука.

Ревнует. Классика. Варвара красивее и умнее. Конкуренция неравная. Но у Ольги грудь больше. Так что у каждой свои плюсы.