Виктор Мишин – У костра (страница 2)

– Отличные новости, – мрачно бросил Владислав. – Ищем человека с медицинским образованием в городе с населением в миллион. Задача на один вечер.

Майя проигнорировала его сарказм. Её взгляд упал на карту города, где были отмечены места обнаружения тел. – Все тела найдены в заброшенных, безлюдных местах. Индустриальная зона, старый склад, парк после закрытия. Он их не прячет. Он их… оставляет. Как художник подписывает готовую работу. Он не боится, что мы найдём. Ему важно, чтобы мы увидели результат его труда. Его почерк.

Она замолчала, вглядываясь в пустое место в центре доски, где должен был быть портрет убийцы.

– Он мужчина. Достаточно сильный, чтобы перемещать тела. Организованный, педантичный. Живёт один, иначе кто-то заметил бы его… хобби. У него есть машина или фургон. И главное… – Майя посмотрела на Владислав, и в её глазах горел тот самый холодный огонь. – Он не остановится. Его проект не закончен. Он ищет следующую деталь. Идеальные глаза. Идеальные волосы. Идеальную линию челюсти…

Её собственный телефон лежал на столе. На экране была фотография её сестры. С фотографии на неё смотрели живые, весёлые глаза. Идеальные глаза.

– Он уже ищет следующую жертву, – тихо закончила она. – И мы должны найти его первыми.

4

– Аркаша, выручай! Срочно нужны три коробки катетеров для 4-й горбольницы, у них ревизия!

Артём, которого на работе все звали Аркадием, обернулся на крик кладовщицы Галины Петровны. Лёгкая, доброжелательная улыбка тут же появилась на его лице.

– Сейчас, Галина Петровна, всё будет! – его голос был ровным, спокойным, располагающим к себе.

Он ловко орудовал ручной гидротележкой, перемещая многоярусные стеллажи в поисках нужного товара. Движения его были выверенными, экономичными. Здесь, на складе, он ценился за невероятную аккуратность и исполнительность. Бумаги в его уголке всегда были разложены по папкам, коробки стояли с идеальной маркировкой, а его смену принимали без единой претензии.

– Вот, пожалуйста, – он подкатил к Галине Петровне аккуратную тележку с заказом. – Три коробки. Срок годности проверил, партия совпадает.

– Спасибо тебе, золотой мой! – Галина Петровна похлопала его по плечу. – Без тебя мы тут все давно бы по уши в бумагах утонули. Как там твоя мама? Самочувствие получше?

Тень искренней, натренированной заботы скользнула в его глазах. – Спасибо, что спрашиваете. Держится. Врачи говорят, возрастное. Я к ней после смены заеду, продукты привезу.

– Ах, какой же ты сын, Аркаша! – вздохнула женщина. – Нынешней молодёжи бы твою ответственность. Заходи в обед, пирожков принесла, с капустой.

– Обязательно зайду, – кивнул он.

Он наблюдал, как она удаляется, и улыбка медленно сошла с его лица, не оставив и следа. Его взгляд стал пустым, направленным внутрь себя. Он повернулся и пошёл в самый дальний угол склада – зону, где хранилась бракованная или списанная продукция.

Здесь пахло пылью и металлом. И тишиной. Он подошёл к ящику со старыми хирургическими инструментами, предназначенными для утилизации. Его пальцы, сильные и ловкие, привыкшие к тяжёлым коробкам, вдруг стали нежными, почти чувственными. Он взял скальпель с затупившимся лезвием. Для работы он был не годен.

Но Артём смотрел на него не как на брак. Он видел в нём потенциал. Форму. Баланс. Он положил инструмент на ладонь, взвешивая его.

«Слишком тяжёлый для тонкой работы… Неправильный угол заточки… Раздражает»

Мысленно он сравнивал его с тем идеалом, что хранился в его Мастерской. Его собственный, отполированный до зеркального блеска инструмент был продолжением его воли. А это – просто кусок металла.

Внезапно его взгляд упал на молодую практикантку, Катю, которая разбирала коробки в другом конце зала. Она что-то весело напевала себе под нос, записывая данные в планшет. Артём несколько секунд смотрел на её шею. Длинная, изящная линия от уха до ключицы. Чистая, гладкая кожа.

«Интересный угол… Но гортань выдаётся слишком сильно. Напрягает мышцы, портит линию. Несовершенство»

Он мысленно отклонил «кандидатуру», как бракованный товар, и снова сосредоточился на скальпеле в своей руке. Шум склада, голоса коллег, гудки погрузчиков – всё это сливалось для него в отдалённый, не имеющий значения гул. Его мир сузился до формы лезвия и идеальных линий, которые ему ещё предстояло найти.

Ровно в 18:00 он сдал смену, попрощался с охраной – шутливой фразой о футболе – и сел в свою невзрачную «Ладу». Он вёл её аккуратно, строго по правилам, никогда не превышая скорость. По дороге он заехал в магазин, купил йогурты, гречку и бананы. Для «больной матери».

Никто бы и не подумал, глядя на этого спокойного, немного уставшего мужчину, везущего домой скромные продукты, что в багажнике его машины лежит свёрток со стерильными контейнерами и запасом бальзамирующей жидкости. И что его мысли заняты не ужином, а поиском идеальных губ для его Венеры.

5

Тиканье настенных часов сливалось с стуком её сердца – неровным, уставшим. На столе перед Майей лежали не отчёты, а её собственные, испещрённые безумными схемами, заметки. Карта города была испещрена красными крестами – места находок тел. Рядом – фотографии жертв, их счастливые, живые лица, вырезанные из соцсетей. А поверх – холодные, обезличенные снимки с мест преступлений.

Она провела рукой по лицу, кожа была сальной, под глазами – фиолетовые тени, словно синяки. Спать она пыталась. Но стоило закрыть глаза, как перед ней возникала она.

Лиза.

Не изуродованная, не мёртвая. А такой, какой запомнилась – шестнадцатилетней, с беззаботной улыбкой, в том самом синем платье, в котором её потом и нашли.

«Май, он всё ещё там…» – голос сестры в её кошмарах был не упрёком, а мольбой. «Он смотрит… Он ищет…»

Майя резко встряхнула головой, прогоняя видение. Она встала и подошла к доске. Три жертвы. Три «дара» от «Собирателя».

Жертва 1: Елизавета С. (16 лет). Обнаружена в парке. Изъяты: ступни.

Жертва 2: Ирина П. (29 лет). Обнаружена в котловане недостроенного дома. Изъят: лоскут кожи с живота.

Жертва 3: Ольга М. (22 года). Обнаружена на старом заброшенном заводе. Изъяты: кисти рук.

Она смотрела на фотографии изъятых частей. Не на тела, а именно на них. Идеальные срезы. Стерильная чистота.

– Зачем? – её шёпот был хриплым от бессонницы. – Ступни… Кожа… Руки… Что дальше? Грудь? Бёдра? Шея?

Она закрыла глаза, пытаясь думать как он. Не как маньяк-убийца, а как коллекционер. Художник. Создатель.

– Он строит, – выдохнула она, открывая глаза. – Он не просто собирает трофеи. Он собирает статую. Женскую фигуру.

Мысль была чудовищной и… логичной. Она подошла к карте. Места преступлений были разбросаны по всему городу, как будто случайно. Но что, если это не так? Она взяла циркуль и начала чертить. Нет, не круги. Она попробовала соединить точки. Ничего.

– Он оставляет их там, где удобно. Где его не увидят, – бормотала она. – Но он везёт их откуда-то. Где он их… готовит?

Мысль о «мастерской», о месте, где он творит своё «искусство», заставила её содрогнуться. Это должно быть частное, изолированное место. Гараж. Подвал. Чердак.

Она снова уставилась на фотографии жертв. Все они были разными. Блондинка, брюнетка, шатенка. Разного роста, телосложения. Но их объединяло одно – каждая из них обладала чем-то, что «Собиратель» счёл идеальным.

– Ты ищешь не человека, – прошептала Майя, глядя на пустоту, где должен был быть его портрет. – Ты ищешь детали. Лучшие детали от разных моделей.

От этой мысли стало физически тошнить. Он не видел в них людей. Они были для него расходным материалом, кусками мрамора, из которых он высекал своё извращённое идеальное творение.

Она опустила голову на стол. В ушах снова зазвучал голос Лизы: «Май, пойми… он не злится… ему просто нужно…»

Майя резко поднялась. Глаза горели лихорадочным блеском. Она поняла. Чтобы его поймать, нужно было не просто искать убийцу. Нужно было предугадать его следующий шаг. Понять, какая «деталь» ему нужна. И найти идеальную женщину, которая подошла бы под его запросы, прежде чем он найдёт её сам.

Она посмотрела на своё отражение в тёмном окне. Уставшее, измождённое лицо. И свои собственные, дрожащие от усталости, руки.

Она медленно сжала их в кулаки.

– Я найду тебя, – пообещала она своему отражению, Лиза, всем его будущим жертвам. – Я найду тебя!

Глава 2

1

Следственное совещание на следующий день было похоже на попытку разбудить спящего льва ударами бумажного стаканчика. Полковник Гордеев, начальник управления, сидел во главе стола, и его лицо постепенно багровело по мере того, как Майя излагала свою версию.

– Коллекционер? Статуя? – он переспросил, и его голос прозвучал как скрежет гравия. – Сомова, ты мне сейчас какую-то готическую сказку рассказываешь? У нас три трупа, паника в городе, а ты мне про какого-то Франкенштейна в юбке!

Майя стояла у доски, прямая и негнущаяся, как штык. Внутри всё замерло, превратилось в тот самый лёд, что позволял ей не чувствовать усталости и сомнений.

– Товарищ полковник, это не сказка. Это единственная рабочая версия, которая объясняет почерк. Он не насилует, не грабит, не оставляет следов хаоса. Он аккуратно изымает биологический материал. С медицинской точностью.

– Материал? – Гордеев язвительно усмехнулся. – Может, он ещё и в интернете заказывает, с доставкой на дом? У нас есть улики? Есть свидетели? Есть хоть капля ДНК, оставленная этим вашим «Фантомасом»?