Виктор Лопатников – Даниил Гранин. Хранитель времени (страница 61)
С наилучшими пожеланиями,
Альберт Лиханов».
Уважаемый Альберт Анатольевич!
Полностью разделяю Ваше мнение о том, что классик отечественной литературы, почетный гражданин Санкт-Петербурга Даниил Александрович Гранин достоин самого высокого признания со стороны государства и общества. Благодарю Вас за весьма интересные предложения.
В Санкт-Петербурге планируется проведение целого ряда мероприятий в связи
Учитывая особое значение 90-летия Гранина Д. А. для российской культуры, одобряю и поддерживаю идею придания этому событию масштабного, общероссийского статуса. В этой связи я намерена обратиться с инициативным письмом к Президенту Российской Федерации Путину В. В.
Среди планируемых к юбилею мероприятий уже намечен ряд позиций, во многом совпадающих с Вашими предложениями. Комитету по печати и взаимодействию со средствами массовой информации Правительства Санкт-Петербурга дано поручение проработать вопрос о выпуске юбилейного собрания сочинений Гранина Д. А. В 2007 году в издательстве «Вагриус» вышло 5-томное собрание, включившее основные крупные произведения писателя. Предполагается, что в новом издании должна быть в максимальном объеме представлена и публицистика, особенно произведения последних лет.
«Имя Даниила Гранина в год его 90-летия присвоено научной библиотеке Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов. Сегодня там прошла торжественная церемония при участии писателя, а также представителей творческой интеллигенции города, студентов и педагогов вуза.
В библиотеке открылась фотовыставка, посвященная разным вехам жизни и творчества одного из самых именитых петербуржцев. Даниил Александрович поблагодарил руководство университета за оказанную ему честь. Народный художник России Григорий Ястребенецкий преподнес в дар Научной библиотеке бюст писателя.
Почетный доктор университета Даниил Гранин накануне своего юбилея встретился с коллективом этого учебного заведения. Он представил свои новые книги, в том числе восьмитомное собрание своих сочинений. От вуза юбиляр получил в подарок еще одну новинку — сборник, включающий более трех десятков его выступлений перед студентами.
Многие свои книги Даниил Александрович передал в дар библиотеке университета. Кроме того, он является президентом Общества друзей Российской национальной библиотеки, где в декабре также прошла встреча писателя с читателями и представление его новой книги «Причуды моей памяти».
«Президент России Дмитрий Медведев в Санкт-Петербурге вручил известному писателю Даниилу Гранину орден Святого апостола Андрея Первозванного, являющегося высшей российской государственной наградой.
Церемония награждения прошла в Овальном зале Константиновского дворца.
Медведев находится в Санкт-Петербурге на праздновании 65-летия снятия блокады Ленинграда.
На церемонии присутствовали дочь писателя Марина Чернышева, племянница Людмила Володина и внук Данила Гранин. Поздравить писателя в Константиновский дворец приехали также полпред президента в Северо-Западном федеральном округе Илья Клебанов, губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко, член Совета Федерации Виктор Лопатников, народный артист СССР Олег Басилашвили, исполнительный директор фонда им. Дмитрия Лихачева, который в настоящее время возглавляет Гранин, Александр Кобак, директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский, народный художник России, скульптор Григорий Ястребенецкий.
Гранин стал пятнадцатым обладателем ордена Святого апостола Андрея Первозванного в Российской Федерации.
Писатель удостоен награды за выдающийся вклад в развитие отечественной литературы, многолетнюю творческую и общественную деятельность.
Указ о награждении Гранина, который 1 января отметил 90-летний юбилей, был подписан президентом РФ в декабре 2008 года.
На церемонии награждения Медведев подчеркнул, что для него является большой радостью вручить высшую награду России такому знаменитому писателю.
Глава государства добавил, что всегда читал книги Гранина и получал от них огромное удовольствие.
«То, чем Вы сейчас занимаетесь, заслуживает уважения — это продвижение крупных культурных нравственных программ, которые так нужны нашей стране», — добавил Медведев.
Он пожелал писателю здоровья и дальнейших творческих успехов.
В свою очередь Гранин поблагодарил президента за высшую российскую госнаграду.
«Я действительно рад этой награде. Считаю ее исключительной наградой и отношу не только к литературной работе, но и к тому делу, которое начал Лихачев — это защита культуры», — сказал Гранин.
Писатель в настоящее время возглавляет фонд имени Лихачева и является вдохновителем известных общероссийских программ, нацеленных на возрождение культурных и нравственных традиций, в числе которых «Культура русского зарубежья», «Благотворительность в России».
Гранин рассказал главе государства, что фонд «находит по всей России успешные и выдающиеся проекты и оказывает им поддержку», в частности, ежегодно вручает премии в размере 1 тысячи долларов.
Писатель показал Медведеву журнал по истории Петербурга тиражом 5 тысяч экземпляров, заметив, что, «конечно, таким изданиям очень трудно выжить».
Президент пообещал рассмотреть вопрос помощи фонду и расширить его уставной капитал с тем, чтобы сам фонд мог спонсировать такие уникальные проекты.
Гранин отметил, что по мере своих сил и дальше будет продолжать помогать музеям и библиотекам, историческим памятникам, издательскому делу всем, чем может».
Сегодня 90 лет Д. А. Гранину, и я позвонил ему дважды: первый раз поздравил, как мог, ласковее, и он был добр и тёпл ко мне, а во второй раз — узнав о том, что его наградили высшим орденом Андрея Первозванного. И тут он меня удивил, произнеся довольно пространную речь, что вот раньше, в далекие времена к орденам давали земли. Что могут дать сейчас — деньги, так это бренно, а вот давали бы, мол, землицу, соток 6—12, даже назвал сколько. Признаться, я был растерян, хотел сразу возражать, дескать, какая же вокруг наград этих начнется торговая свистопляска — со взятками, шахермахерством, препятствиями, клановостью и прочим, что сопровождает корыстный интерес, — но удержался, промычал что-то невнятное. Положил трубку, удивленный: зачем ему все это? Ведь лично-то ему земля не нужна. Но о ком же он тогда печется? Правда, он сказал верную вещь, что за труд теперь наград не дают. Это так. Нет теперь у нас ни рабочих, ни крестьян, ни инженеров в наградных списках. Только элита, получающая за жизнь и деятельность».
«Поехал я на эти чтения вынужденно. Ректор университета все же уговорил. Это были ежегодные чтения, посвященные Д. С. Лихачеву. На сей раз темой была глобалистика. Ее проблемы. До которых, честно говоря, мне не было дела. На Лихачевские чтения ректор собирал цвет российской интеллигенции, вернее тех, кто числился, вернее тех, кого он числил, — министров, академиков, редакторов, всякую ученую публику «с именами», звездных интеллектуалов, приглашал заграничных. В этом году съезд был еще пышнее. Много столичных штучек, короче, без меня ему, ректору, было никак. Тем более я был почетным доктором университета, тем более накануне пришлось попросить его службы отремонтировать у нас на даче водопровод. Так что у обоих были свои интересы.
Самолюбия ради я позволил себе опоздать. На полчаса. Думал отсидеться в зале. Не вышло. Провели в президиум. Зал был переполнен. Посол Мексики, Испании, академик N, и NN, и членкор, полузнакомые лица. Ныне для меня они те, кто мелькают по TV. Не появился на экране — не существуешь. Газетные имена, журнальные имена — это прошлый век.
Подошел ректор, попросил выступить. Обязательно. Пожалуйста. Хоть чуть-чуть. Поскольку я представляю. Лицо университета. Уровень и т. п. Да я ж ничего про глобалистику, ни одна мысль о ней никогда не посещала… «И не важно, — шептал он, — что-нибудь, о чем-нибудь». Он был хороший ректор и хороший мужик, а тут еще и водопровод обещал починить на даче.
Тут же попросив следующих приготовиться к выступлению, он объявил меня. Поприветствовать, сказать, как все важно, интересно. Обычный набор.
Восемь шагов от стола президиума до трибуны. Ничего другого не придумать. Да никто здесь и не ждет ничего особенного.
Все они прекрасно понимают, зачем меня вытащили. Гранин. Когда-то что-то читали. Писатель. Не Маринина, не Акунин, это из бывших, серьезных… Пока я шел, я наговорил себе много уничижающего, чтоб не заносился. Но затем я обиделся. Какого черта, чем я хуже этих умников, в конце концов, почему не высказаться, такое сборище бывает не каждый день, если уж вылез, давай что-нибудь им такое. Какое «такое»? Свое, собственное, никакой глобалистики, провались она. На все эти размышления ушли пять шагов, не меньше.