Виктор Крыс – Механикус практикус (страница 60)

— Я Джонни Каморо, — выкрикнул я заветные слова.

— Я Тера Каморос, — гордо воскликнула кроха, поправив желтую шляпку, что все норовила упасть.

— Мы пришли к Агне Каморос как её внуки, — твердо проговорил я, смотря, как у седого гвардейца после моих слов дрогнула рука, но он все также смотрел на меня через прицел винтовки, а вот второй начал опускать свою винтовку.

— Клеймо, — сухо проговорил старший гвардеец, и видя, что ни я, ни Тера не спешим оголить руку усмехнулся. — У вас его нет. Имена внуков госпожи, как и детей, все нанесены на стену плача. Их нет в живых, нет там ни Терры Каморос, ни тем более Джонни Каморо!

— Пошли прочь! — заорал второй гвардеец и, нажимая на курок винтовки, прокричал что было сил. — Ублюдки, да как вы посмели прийти сюда и врать!

— Бах! — извергла винтовка, пыхнув дымом и огнем. Уши заложило от выстрела, тяжелая пуля ушла поверх головы Теры, а ее жёлтая шапочка взвилась в небо, разорванная пополам пулей.

— Пошли прочь! — громко, цедя сквозь зубы проговорил старший гвардеец. — Мы стреляем на поражение! Это был предупредительный.

— Нет, — твердо ответил я, мне было плевать на все, вот он, мой конец пути, и я не сойду с места. — Позовите Агнес Каморос!

— У неё не осталось живых внуков! — прокричал гвардеец и, мне показалось, что по его щеке потекла слеза.

— Мы восстали из мертвых, — мрачно ответил я гвардейцу и сделал шаг вперед, заворожено смотря, как пальцы гвардейцев касаются спусковых крючков своих крупнокалиберных винтовок.

Напряжение, нарастало, и вот оно словно струна лопнуло. Я почувствовал зов, крик души той, что держала меня за руку, она еще ничего не сказала, а в моих глазах уже начало темнеть.

— Бабушка! — прокричала кроха что было сил, и воздух словно сгустился над нами. Словно разряд молнии ударил в меня, все тело покрылось мурашками, и казалось, даже тучи над нами сгустились. Тера применила свою силу на всю мощь. — Бабушка! Я пришла!

Три слова, что разрезали время и пространство, заставили замереть все вокруг, а позади тревожно зазвенели колокола в клановых поместьях, вдали доносились прилушеные голоса дозорных.

— Тревога! Все к оружию! — кричали вдалеке люди, а гвардейцы, что стояли передо мной, медленно опустили оружие.

— Искра, — выдохнул старый гвардеец, а за его спиной громко хлопнула тяжелая дверь. — Простите нас, маленькая госпожа, мы сейчас, оповестим о вас госпожу.

Но я уже слышал как к нам несется то ли человек, то ли зверь. Его поступь была легка и очень быстра, у металлических ворот мелькнула серая тень, что не удосужилась открыть калитку, а метнулась вверх, преодолев ворота шести метровой высоты за мгновение.

Перед гвардейцами появился седой старик в черном пиджаке и с тростью в руке, переломленной пополам, одна сторона трости была заострена как кол, а вторая имела металлическое навершие в форме дубинки, а соединяла их золотистая струна. Он был готов к бою, но не нападал, а сверлил меня и Теру своими серыми, безжизненными глазами, и чем больше он на нас смотрел, тем яснее я видел огонь, что разгорался в его глазах. Серые глаза вдруг начали становиться голубыми, а шрамы и морщины на его усталом, словно вытесанном из камня лице разглаживались.

— Он молодеет, — пронеслась в голове догадка, пока я смотрел, как этот владеющий силой соединяет трость.

— Агне скоро будет, а вы покиньте пост, — проговорил воин, опираясь на трость руками в белых перчатках, и как только гвардейцы ровным строевым шагом удались он заговорил вновь, с небольшим поклоном в нашу сторону. — Я Себастьян Каморос.

— Тера Каморос, — шагнула вперед Тера и слегка склонила свою голову.

— Джонни Каморо, — проговорил я, шагнув вперед, доставая медальон и раскрывая его. — Сводный брат Теры Каморос, по решению её родителей принят в семью.

— Невозможно, — тихо проговорил Себастьян, смотря то на Теру, то на меня, а между тем позади него уже слышались торопливые шаги. — Это невероятно, что вы выжили и добрались до крыльца своего родного дома самостоятельно, не попав врагам клана в руки.

— Себастьян, — донёсся из-за спины наверняка нашего дедушки властный, холодный голос дамы, что аккуратно вышла через металлические ворота. — Не торопи события.

Перед нами предстала пожилая женщина, совершенно седая, с шрамом на щеке и как и Себастьян опираясь на трость, в которой несомненно скрывалось оружие. Агне была одета по военному, плащ, широкие штаны и револьвер на боку, бабушка выглядела воинственно, не смотря на свой возраст.

— Тера, — обратилась она к моей сестре и их глаза встретились. Они мысленно начали обмениваться информацией, вначале стальное лицо Агне начало становиться мягче и по её щеке потекла слеза, но затем она странно посмотрела на меня. — Внучка, кто это с тобой? Кого ты ко мне привела? В нем нет крови Каморо.

— Он… — произнесла Тера, обернувшись ко мне, и посмотрела на меня совершенно безразличным взглядом, так, как не смотрела на меня никогда. Её руки сжали медведя, а ветер заколыхал разорванную желтую шляпку возле её ног. — Он убийца, это он убил моего папу и маму…

И мир померк вокруг меня. Из него ушли краски, все стало блеклым, а мое сердце остановилось.

Глава 25. Вот тебе и ответ

Мир дрожал и обесцвечивался, краски словно утекали из этого мира, а я умирал, мне не нанесли ни единой раны, но внутренне я уже был мертв. Руки задрожали, с плеч упали на землю тяжелые вещмешки с грохотом железок внутри, а глаза все смотрели вперед, не веря в то, что видят, а уши хотели оглохнуть на веки. Чтобы больше ни единое слово не сделало мне так больно, оказывается и слово может убить.

— Не может быть, — тихо прошептал я, делая шаг вперед, видя как трость Себастьяна переламывается посередине и обнажается золотистая струна.

— Ни с места, ублюдок, — приказал мне Себастьян, а затем заговорила Агне, смотря на меня таким взглядом, что мне должно было стать не по себе, но я уже не боялся за свою жизнь, мне было плевать, и я сделал первый шаг вперед к Тере.

Несмотря на сильное давление, которое я почувствовал от взгляда Агне, я не сделал второй шаг вперед лишь потому, что Агне заговорила.

— Это серьезное обвинение, — проговорила Агне и, подойдя к Тере, коснулась её белого лба. — Покажи мне как это было.

— Покажи ей, внучка, — тихо с хрипотцой проговорил Себастьян, смотря холодным взглядом на меня. — А то не могу решить, нарубить на крупные куски, или помучиться оставить на пару десятков лет в подвале.

Тишина, жидкая, словно сталь повисла в воздухе, замещая напряжение, что казалось это место вот-вот превратится в мясорубку.

— Полгода назад, — проговорила стальным голосом Агне, стоя у застывшей малютки, что закрыла глаза, но её глаза ни на мгновение не замирали, как и у Агне, они бешено двигались под закрытыми веками в разные стороны, в точности как и у бабушки. Малышку слегка потряхивало, маленькие кулачки были сжаты добела.

— Тера, — тихо прошептал я, понимая, что малышке плохо, ведь сейчас она вновь переживает худший момент в её жизни.

— Ни с места, — прорычал Себастьян и золотистая нить коснулась земли из его трости. — Дай мне только повод, ублюдок!

— Полгода назад проснулся дар, — продолжала говорить Агне, а по её лицу текли слезы. Она видела через память Теры тех, кого не видела так давно и не увидит их больше никогда. — Инициация произошла слишком рано. Тера искра, и чтобы спасти её, не дать дару выжечь её, они создали зерно…

Слова потекли как река, унося меня из этого злого мира, где я был убийцей, в тот мир, где я еще не встретился с Каморо.

У семьи, что была счастлива вдали от своего клана на чужбине, было все прекрасно, но в их ребенке внезапно проснулся мощный дар, с которым им не справиться в одиночку. Можно было обратиться за помощью к местным жителям, но была опасность, что они захотят сделать столь мощного психокинетика и манипулятора частью их клана.

Тера была неуправляема и потому, собрав концентрат знаний, своих и жены, Роберт вскрыл разум собственной дочери как жестяную банку, и вместе с Марией вложил в разум Теры зерно знаний. Этот концентрат, пласт знаний о силе и о мире, собранный за жизнь двух взрослых людей, должен был занять разум крохи на полгода и не дать ему работать в полную силу, ведь иначе разум гения попросту мог не выдержать, как впрочем и маленькое тело. Кроха из-за своей силы могла просто сгореть, унеся с собой в могилу не одну сотню людей, ведь дар будет бесконтрольно выплескиваться, сводя всех с ума.

— У них не было самого главного, времени, — тихо говорила Агне, а по её лицу текли слезы, стекая с подбородка. — Они решились вернуться в клан, из которого бежали, так как я не одобрила их брак, отправив перед собой секретные книги в качестве дара, выкупа и оплаты клану Каморо за помощь для их дочери, бесценные книги, что собирали все это время, они направили в именное хранилище, что прибыли сегодня?

Агне открыла глаза и удивленно посмотрела на меня, в то время как Тера так и не сдвинулась с места, находилась в некоем трансе.

— Ты, — выдохнула Агне, вновь закрывая глаза. — Защитил имущество Роберта и Марии после их смерти…

Мгновение и старушка в военной форме продолжила свою речь, считывая память моей сестры и вновь унося нас в неизведанные дали.