Виктор Крыс – Механикус практикус (страница 53)

— И как ты это сделал? — спросил я его.

— Я был как твой зверь, обезумел и откусил ухо главе своего клана, а затем оторвал кисть у враждующего, — печально вздохнул гигант. — И убил бы многих, если эти двое бы не поговорили, но теперь я чужой среди своих и свой среди чуждых мне людей.

— Жесть, — вслух проговорил я, представляя как один воин заставляет два клана заключить перемирие. А ведь у Дарка есть жена и ребенок, которых наверняка защищает клан от зверя по имени Дарг, чье тело изменено, а боль в душе лечит лишь дорога и его верный дизельход.

— Да, было весело, — улыбнулся гигант и пожал мне руку. — Джонни, одна пересадка, всего лишь одна пересадка и ты окончишь свой путь по континенту, не ввязывайся ни во что, Джонни Просто Джонни и так немало отличился…

— Спасибо, Дарг, я постараюсь не отсвечивать и быть тише воды, ниже травы, — приобнял я добродушного монстра, который не был в душе убийцей, но по жизни так вышло и в этом не его вина.

Колеса стучали в огромном паровозе не так, как на дизельходе, да и не было в вагонах дизельходов столько обслуживающего персонала. Мест в каютах не было, лишь сидячие места, которых я и купил сразу три, чтобы можно было поспать на скамейке. Двое суток в сидячем положении это прям испытание не для слабых.

— Сэр, чай-кофе? — обратился ко мне в пятый раз официант, который мне уже не нравился.

— Потанцуем, — пробурчал я на вопрос наглого торговца, который хотел на мне и Тере заработать. Причем этот паровоз зарабатывал на всем, даже туалет был платным, потому тут торговали множеством напитков, вода и то платная была.

— Что вы сказали, сэр? — спросил официант, хотя он прекрасно понял, что я ему сказала.

— Уважаемый, за последние три часа вы подходите ко мне в пятнадцатый раз, — зло я ему ответил. — У меня для вас каждый раз один ответ.

— Но вдруг вы передумали, — улыбчиво проговорил официант, а потом наклонился к моему уху. — Не я такой, жизнь такая. Покупать что-то должны все, иначе меня заложат другие, так что купи бутылку воды и пусть она будет на виду, а девочке возьми самый дорогой сок, пока он будет на виду никто иной к вам не приблизится.

— Спасибо, — шепнул я и передал ему пол серебряного медью.

Закат прошел спокойно и в вагоне царила успокаивающая полутьма, все спали, но когда напротив меня почтенный джентльмена упал на пол я понял что происходит что-то не так, как должно быть.

— Они усыплены, — пронеслось у меня в голове и я посмотрел на Теру, что уткнувшись мне в бок уже час посапывала носиком как попила сока. Попытавшись ее разбудить страх сковал мое сердце, она не просыпалась, я закричал от ужаса и бессилия. — Тера, проснись!

Дверь позади меня скрипнула и я услышал тяжелые шаги.

— Босс, у нас тут неспящий, — раздался хриплый голос.

— Вали его, — грубый мощный голос ответил ему. — Нам свидетели не нужны.

Я резко вскочил и из моего запястья вылетел потайной клинок, иного оружия на мне не было, все было сдано в багаж, и лишь экзоскелет на мне был моим оружием.

— Вот тварь, он с ножом! — прокричал напомаженный мужчина с тонкими усиками, в пиджаке и котелке, нацелив на меня двустволку. — Сдохни, мразь!

Две тяжелые пули для крупной дичи откинули меня на пол под стук колес, боль была адская, но подклад из тонкой семислойной кольчуги все же выдержал.

— Вот сука, — пронеслась в моей голове мысль пока я с трудом вдыхал и выдыхал воздух, ко мне не спешили, веря, что я сдохну. — Вам конец, не на тот поезд напали.

Дернув за кольцо на груди я вытащил чеку, тем самым сняв ограничитель в подаче тока и переводя из энергосберегающего режима экзоскелет в боевой. Вслушиваясь в гулкие шаги я ждал когда серво моторы и гидравлика заработают по полной.

— Не привлекай внимание, — пробурчал я, слыша, как стрелявший нервно перезаряжает ружьё. — Буду тиши воды, нет блин, это не про меня, вам всем сейчас будет пи…

Глава 22. Кто на новенького?

Нет ничего мучительнее в жизни чем ожидание чего либо, особенно если это ожидание собственной смерти. Я прекрасно понимал, что не готов к внезапному бою и потому мне оставалось лишь ждать. Нет моего верного рюкзака, нет бомб, даже револьверов, при мне лишь прикрученные к телу трубки и арматура, пара аккумуляторов да несколько сервомоторов, что все никак не хотели переключаться в боевой режим.

Я лежал на спине и смотрел на отделанный красным деревом потолок вагона, вслушиваясь в приближающиеся шаги, что стучали набатом один за другим, но пугали меня не они, а характерные звуки перезарядки двуствольной винтовки. А меж тем я все терпеливо ожидал того щелчка срабатывания сервомоторов, что означает включение боевого режима, чтобы начать косить все живое. Во мне бурлила злоба на все вокруг, на себя, на бандитов, на свой экзоскелет, что словно решил предать меня в самое неподходящее время, но я понимал, что время просто тянулось, и те пять секунд, необходимые чтобы активировать боевой режим экзоскелета, растянулись на минуты, которые сейчас мне казались вечностью.

— Щелк-щелк, — раздались взводимые курки надо мной с одновременно прекратившимися шагами, и я краем глаза увидел как на меня наводят ствол вертикалки, как пляшет тьма в стволе, откуда через мгновения вырвется огонь, что заберет мою жизнь. И я бы умер, выстрели он сразу, но вдруг заголосил тот, кто держал ружье. — Он живой!

— Щелк! — громко издал мой экзоскелет щелчок о том, что он готов, пиропатрон в спине наконец щелкнул в патроннике и я нажал на рычажок выстрела патрона в гидравлике.

— Ну, понеслась! — взорвала мой мозг кровожадная мыль, пиропатрон сработал и меня начало подкидывать с пола противореча всем законам физики прямо на мужчину с напомаженными усиками, а из правой руки выскочило потайное лезвие и я что было сил взмахнул им.

Мне никогда не понять почему люди хотят убивать, мне это желание было чуждо, я стоял лицом к лицу с тем, кто только что хотел меня прикончить. Он пока еще мог стоять и смотреть на мое лицо, по которому стекала кровь, его кровь. Левой рукой я отнял его двустволку, что так и не выстрелила, а он все смотрел на меня то ли с удивлением, то ли с ужасом.

— Прощай, твой путь окончен, — шепнул я ему и легонько толкнул вперед живой труп, что немедля упал на забрызганный кровью пол, а затем левой рукой направил ружье в сторону выхода.

— Жах, — выстрел дуплетом из обоих стволов должен был перебудить весь вагон, но никто даже и не шевельнулся, все заволокло дымом из-за дымного пороха, и потому я шагнул вперед чтобы не задохнуться.

Там впереди за стеной упало тело, в проходе у самого пола появилась рука с револьвером, по которой текла кровь а я взмолился чтобы из-за моих действий не пострадали спящие пассажиры. Ружье было хорошее, новое и сделанное качественно, дым вокруг быстро рассеялся из-за открытого окна в вагоне, а я почувствовал, что паровоз начал увеличивать свой ход, значит, там еще есть сопротивление и бандитам пришлось не сладко. Патронташ с первого трупа я снял не спеша, и закинув его на плечо побрел вперед, перезаряжая на ходу ружье, затем подобрав револьвер повесив его с кобурой на бок и перед выходом из вагона напоследок обернулся и посмотрел на спящую Теру.

— Прости, милая, я скоро вернусь, — тихо проговорил я и повернулся в сторону паровоза, откуда начала доноситься канонада выстрелов. — Теперь я вооружен и особо опасен. Ну что, пора показать всем что Джонни еще и стрелок.

Сапог с металлическим носком, подарок Кендры, шагнул вперед, издавая столько грохота словно шагает в едином шаге целая рота солдат. Я шел по вагонам встречая на каждом шагу спящих и примерно понял, как все так произошло что весь поезд спит. У каждой бочке с водой спали официанты, они не знали что отравляют снотворным людей, а в небольшой кладовке храпела буфетчица, они травили пассажиров и пили сами, Тера не могла понять что с водой что-то не так, а железнодорожная компания виновата лишь в том, что хотела прибыли. Но чей-то гениальный мозг придумал не менее гениальный план, слава богам хоть что в воде было снотворное, а не яд. На тех двоих трупах были фляжки, которые я не стал брать, хоть меня и мучала жажда, кто знает, что еще задумал отравитель, возможно вода бандитов тоже отравлена, но иным веществом.

Три вагона я прошел насквозь не встретив бандитов, даже заглядывал на третий и второй этаж вагонов, но по отсутствующим драгоценностям и вывернутым сумкам на первом этаже понял что бандиты еще не освоили верхние этажи, а тишина позади успокаивала меня тем, что врагов там нет. Но и помощи оттуда, по всей видимости, ждать не стоит, в этот день было жарковато, и в поезде пили все, кроме меня, по всей видимости. У перехода в четвертый вагон я замер, услышав сперва отдаленные крики, но затем они начали приближаться. Бандиты уже совсем осмелели и не боялись, что на них нападут тут, вдали от локомотива, где кипело сражение и перестрелка.

— Да мне насрать, я не пойду! — закричал кто-то впереди и я улыбнулся кроваво, так и не утерев с лица остатки бандита. — Нас наняли для подстраховки, мне обещали, что мы только отцепим вагон перед паровозом, и все! Почему они сами не штурмуют паровоз!? Там всего лишь один машинист, а их двое, как с нами расправляться так они сильные, а как паровоз взять штурмом так это всегда мы!