Виктор Кросс – Неловких Нет. Как перестать бояться людей и чувствовать себя свободнее (страница 8)

Павел показывает несколько вещей, которые одинокому человеку стоит увидеть заранее.

Первое: он не остановился.

Это поражает. Он в тюрьме. Его жизнь сужена до стен, цепей, судебных процедур и ожидания приговора. Большинство из нас в такой ситуации решили бы, что служение поставлено на паузу. Ну что я могу? Меня ограничили. У меня нет свободы. У меня нет нормального доступа к людям. Я устал. Я стар. Я сделал достаточно. Теперь пусть другие.

Павел так не мыслит.

Даже из тюрьмы он распределяет людей, отправляет, зовет, наставляет, предупреждает. Один ушел туда, другой туда, третьего надо взять с собой, четвертого он послал в другой город. Его тело может быть ограничено, но миссия не остановлена. Тюрьма не стала для него оправданием бездействия.

Это важный урок для одинокого человека. Мы часто ждем идеальных условий для верности. Вот разберусь с работой, тогда буду служить. Вот появится больше сил, тогда начну читать Писание. Вот найду церковь по душе, тогда включусь. Вот закончится этот тяжелый период, тогда стану внимательнее к людям. Вот появится семья, тогда повзрослею.

Но жизнь редко дает чистый старт.

У Павла не было чистого старта. У него была камера. И он все равно продолжал.

Одинокий сезон может быть разным. У кого-то он легкий и широкий. У кого-то тесный и тяжелый. Кто-то работает на двух работах. Кто-то ухаживает за родителями. Кто-то пережил разрыв. Кто-то борется с депрессией. Кто-то живет в городе, где трудно найти зрелое христианское общение. Все это реальные обстоятельства. Их не надо обесценивать. Но вопрос остается: что в этих обстоятельствах я могу сделать ради Бога и людей?

Не что я сделал бы, если бы жил в другой стране, имел больше денег, был харизматичнее, свободнее, моложе, старше, красивее, женатым или замужней. Что я могу сделать сегодня?

Верность часто начинается с ответа на этот маленький вопрос.

Павел не контролировал свою свободу. Но контролировал свою верность. Он не мог открыть дверь тюрьмы. Но мог писать. Мог молиться. Мог наставлять. Мог просить о помощи. Мог прощать. Мог свидетельствовать. Мог заканчивать хорошо.

Нам хочется больших условий. Бог часто дает маленькую возможность и смотрит, будем ли мы верны в ней.

Одинокому человеку стоит решить заранее: я не буду ждать брака, чтобы начать жить с назначением. Я не буду ждать эмоционального подъема, чтобы делать добро. Я не буду ждать, пока мне станет удобно, чтобы служить. Если Бог дал мне сегодняшний день, в нем уже есть поле.

Второе: Павел вкладывался в следующее поколение.

Это особенно важно, потому что одиночество легко делает человека замкнутым на собственных потребностях. Мне не хватает. Меня не выбрали. Моя история не движется. Мои вечера пустые. Мое будущее туманное. Все эти мысли понятны, но если они становятся единственным внутренним разговором, сердце сужается.

Павел, сидя в конце своей жизни, думает о Тимофее. О молодом человеке, которого он называл сыном в вере. Он не просто передал ему информацию. Он вложил в него жизнь. Учение, пример, слезы, письма, доверие, поручения, предупреждения. Павел не имел собственных детей в обычном семейном смысле, но его жизнь была полна духовных сыновей и дочерей.

Это мощный ответ одиночеству.

Не всем дано быть родителями по плоти. Но многим дано становиться отцами и матерями в вере. Старшими братьями и сестрами. Людьми, через которых кто-то младший впервые увидит, что христианская жизнь не сводится к словам на собрании.

Вокруг нас много молодых людей, которых никто по-настоящему не ведет. Они выросли с телефоном в руке и тревогой в груди. Они знают, как выглядеть уверенно, но не знают, кому признаться, что им страшно. Они слышали много мнений и мало мудрости. Они умеют шутить о боли, но не умеют приносить ее Богу. Кто-то вырос без отца. Кто-то с отцом, который был дома, но отсутствовал сердцем. Кто-то с матерью, которая любила, но была настолько измотана, что ребенок рано научился никого не нагружать.

Одинокий взрослый человек может стать для таких людей огромным даром.

Не потому что у него есть все ответы. А потому что у него есть время, внимание и опыт верности. Можно пригласить подростка на кофе. Можно помочь студенту разобраться с работой. Можно учить младших читать Писание. Можно быть рядом с девочкой, которая ищет ценность в каждом мужском взгляде. Можно поддержать парня, который думает, что мужественность - это грубость или равнодушие. Можно показать, что взрослый христианин не обязан быть странным, фальшивым или скучным.

Многие одинокие люди говорят: я хочу семью. И это желание может быть добрым. Но пока вы ждете свою семью, возможно, рядом уже есть люди, которым нужна часть вашей любви. Не вся. Не вместо будущего брака. Но настоящая часть.

Павел не сидел и не жалел только о том, чего у него не было. Он вкладывал то, что имел.

Это меняет вопрос. Вместо: почему у меня нет человека, который будет идти со мной? - появляется другой: кого Бог поручил мне вести, пока я иду сам?

Третье: Павел имел друзей.

Иногда одиночество путают с изоляцией. Особенно люди сильного характера. Они говорят: мне никто не нужен. Я справлюсь. Я привык один. Я не люблю зависеть. Звучит крепко, но часто за этим стоит усталость от разочарований. Человек не хочет нуждаться, потому что нужда делает его уязвимым.

Павел не был таким. В его письмах полно имен. Он помнит людей. Просит о людях. Передает привет. Радуется одним, предупреждает о других, скорбит из-за третьих. В конце жизни рядом с ним остается Лука. Простая фраза, но какая глубокая: один человек остался.

Каждому нужен такой человек.

Не толпа знакомых. Не список контактов. Не люди, которые ставят лайки, когда у вас удачный день. А тот, кто остается, когда от вас мало пользы, мало блеска, мало силы. Друг, который не исчезает при виде вашей слабости. Друг, который может молчать рядом. Друг, который не боится сказать правду. Друг, который знает не только вашу публичную версию.

Одинокие годы можно потратить на беготню за романтическим вниманием и при этом почти не построить дружбу. Это трагедия. Потому что брак, если он придет, не заменит всех друзей. И если человек не умеет дружить до брака, он часто приносит в брак опасное ожидание: теперь ты должен быть всем моим миром.

Супруг не должен быть всем миром.

Нужны друзья. Нужна церковь. Нужны старшие и младшие. Нужны люди, с которыми можно смеяться и каяться. Люди, которые видели вас не только собранным. Люди, которым можно сказать: я снова сорвался; я завидую; я боюсь; я не знаю, что делать; я слишком сильно привязался; я стал ленивым; мне нужна молитва.

Такие дружбы не появляются случайно. Их надо выращивать. А выращивание требует времени, повторения, инициативы и честности.

Если вы одиноки, не ждите, что вас всегда будут приглашать. Приглашайте сами. Не ждите идеальной компании. Начните с одного человека. Не превращайте каждую встречу в исповедь, но и не оставайтесь навсегда на уровне разговоров о погоде, работе и смешных роликах. Учитесь задавать настоящие вопросы. Учитесь отвечать на них без спектакля.

Дружба - одна из самых недооцененных школ любви.

В дружбе мы учимся не использовать человека романтически, не владеть им, не требовать от него исключительности, не играть роль. Мы учимся радоваться чужому добру, терпеть отличия, говорить правду, просить прощения, быть рядом без выгоды. Все это потом нужно в браке. Но даже если брака не будет, все это нужно для человеческой жизни.

Четвертое: Павел продолжал учиться.

В конце письма он просит принести книги и особенно свитки. Это место меня всегда останавливает. Старый апостол. Тюрьма. Смерть близко. Казалось бы, что еще читать? Что еще узнавать? Он видел больше, чем многие увидят за десять жизней. Он писал тексты, которые церковь будет читать веками. И все равно просит книги.

Зрелый человек не говорит: я уже достаточно знаю.

Одиночество дает время для обучения, но его легко отдать пустоте. Человек может за год стать мудрее, глубже, сильнее, внимательнее. А может за год просто посмотреть все сезоны нескольких сериалов, пройти игры, пролистать тысячи чужих фотографий и стать только более раздражительным.

Я не против отдыха. Иногда надо просто выспаться, приготовить еду, посмотреть что-то легкое, посмеяться. Проблема начинается, когда отдых становится образом жизни, а обучение - случайной вспышкой вины.

Что вы читаете? Кого слушаете? Какие вопросы задаете? Какие темы обходите, потому что они требуют перемен? Разбираетесь ли вы в вере глубже, чем пять лет назад? Лучше ли понимаете людей? Стали ли внимательнее к истории, культуре, работе, деньгам, телу, душе? Или ваша жизнь стала информационно шумной, но внутренне бедной?

Одинокий человек может использовать вечер для роста. Не каждый вечер. Не надо превращать жизнь в казарму. Но регулярно. Чтение Писания, хороших книг, разговоры с мудрыми людьми, обучение профессии, навыки служения, языки, богословие, история, ремесло, музыка, забота о теле. Все это может стать частью верности.

Учиться нужно не ради впечатления. Не чтобы на свидании блеснуть цитатой. Не чтобы стать сложным человеком, который смотрит на всех сверху. Учиться нужно, чтобы лучше любить Бога и людей. Невежество редко помогает любви. Лень ума часто становится ленью сердца.