Виктор Краев – Сиберия (страница 15)

Торговля непосредственно готовыми товарами для населения – в том понимании, как это устроено на Земле, тут отсутствует. Никто не покупает одежду, мебель, бытовые приборы, и так далее. Все это печатается на устройствах, которые нам легче назвать 3D-принтерами, хотя, по сути -это установки молекулярной сборки. Хочешь майку – купи технологическую схему с нужным количеством прав на воспроизведение, и напечатай, лишь бы были нужные молекулярные картриджи. Также и со всем остальным, просто крупные вещи – такие, как диван, надо или печатать в прокатных мастерских, или заказывать крупногабаритную молекулярную установку домой. Почти вся электронная техника также печатается дома, после чего запускается нужный файл активации, он закачивает из защищенного сектора галонета весь программный раздел, и запускает технику. Исключение составляют новейшие разработки, которые можно получить или в представительствах фирмы, или заказывать реальную доставку. Еще надо отметить, что без программного обеспечения делалась, наверное, только пища и напитки. Даже посуда производилась с доп-функциями: поддержание температуры, анализ на вредные вещества, и так далее. К товарам, которые приходилось заказывать в представительствах фирм, относились также намного более сложные устройства: Блаеры, личные космические корабли, правда, без силовых установок и реакторов, медицинские профессиональные блоки-капсулы. Также самостоятельно нельзя было построить дом, и не важно – для личного пользования, или многоэтажку. Все строения производятся компаниями, имеющими разрешения. Они учитывают особенности места постройки, соблюдение требований законодательства в области экологии, утилизации, безопасности, и так далее. Вот уже внутри дома – делай все, что захочешь, если проект это допускает. Все, из чего состоит дом, имеет инфометрику, и, если в каком-то месте нельзя установить массивный бассейн из пластобетона, то принтер даже не подумает запускать процесс создания элемента, так как все элементы в принтере заказываются в виде готового изделия с указанием места установки. Товарами, непосредственно перемещаемыми в космическом пространстве, оставалось прежде всего сырье: вода, металлы, руда, топливо, молекулярные наполнители картриджей, и продовольствие, полученное естественным путем, но продовольствие – это уже сырье для богатых. Второй группой реальных товаров стали энергоблоки, реакторы, силовые установки, и, естественно, сами космические корабли, части пустотных техногенных объектов и те самые новейшие прототипы, использующие новейшие технологии.

Среди компаний, сохраненных Михеевым, и предложенных мне Ронаном, оказалось много всего. И строительная компания, и сеть крупногабаритных установок воспроизведения товаров, и несколько простаивающих и сильно изношенных пустотных объектов, и несколько фирм, занимающихся программным обеспечением, два завода по производству молекулярных установок. Еще были законсервированные заводы, на которых когда-то строили силовые установки для рудовозов, фабрика, когда-то выпускавшая основу для орбитальных космостанций, и логистическая компания, вернее – две, но обе фактически сдавали в аренду пустотные площади под склады почти по всей огромной территории РАСВА времен сразу после войны с насекомыми, и работали на другие реально торгующие местные компании. Вроде бы предложенное охватывало почти все области экономики, но в то же время все компании находились, что называется, на грани выживания. Если бы у Ронана были Родовые системы, в которых эти компании работали, то тогда они быстро бы нарастили объемы, и выправили бы положение. А так – они просто не выдерживали конкуренции с родовыми компаниями. Сиберианцы, и не только Сиберианцы, предпочитали покупать у своих, поддерживая свой род, и экономику своей системы. Как Михеевы смогли сохранить все это в таких условиях – ума не приложу.

Я, возможно успел бы завершить анализ и сделать выбор компаний, но был отвлечен от принятия решения. К концу второй недели нашей иммунизации. Работники МБХК сообщили мне, что со мной хочет пообщаться одна женщина из людей с бронзовой кожей, называющих себя Селла. Их пробудили одними из последних, и оказалось, что у них есть нормальные нейросети, причем технологически даже лучше, чем те, что были доступны Сиберианцам. Как только это выяснилось, к ним стали проявлять повышенное внимание, сразу-же обучили Сиберианскому языку, однако все члены группы говорили, что они простые рабочие на одной из колоний, которую атаковали пираты. Они не знали, откуда они. Вернее, они знали названия планет и систем, но никто не слышал о таких планетах и системах. Селла могли выполнять примитивные работы по управлению техникой для бурения, разработки почвы, прокладки каналов и строительства модулей поселения. В результате – для Сиберианцев они были почти бесполезны, в отличие от их нейросетей, которые оказались полубиологическими: неимоверный сплав биологии, электроники и бионики. И именно поэтому были не извлекаемыми.

Глава 5

Я был не то что не против, я хотел пообщаться с теми, кого мне удалось спасти, и пригласил Зуру – таким именем она представилась сотрудникам МБХК, к себе. Преследовал я сразу несколько целей, приглашая ее: во-первых – в моем боксе мне разрешалось использовать купол шумового подавления – маленькое послабление, благодаря Ронану, во-вторых – мой бокс был по соседству с боксом Урсов, и Аррет, на ощущения которого я уже стал полагаться, частенько приходил ко мне. Зура подошла к боксу как раз в то время, когда я играл с Арретом, и несколько минут наблюдала через прозрачную дверь, как мы бесимся, кувыркаясь и щекоча друг друга. Потом я заметил ее, и, попросив у Аррета прощения за прерванную игру, пригласил Зуру внутрь.

Зура была необычна. Утонченная фигура делала ее внешне хрупкой, словно нарисованной в земных мультиках – эльфийкой. Восточный разрез глаз – такой, как у кореянок или японок, бронзовая, с оранжевым отливом кожа, и тёмно-бордовые волосы, при определенном угле зрения, приобретающие отблеск темной синевы. Но при этом все ее движения указывают на то, что она, скорее, опасный хищник, чем беззащитная жертва.

– Добрый день – поздоровался я, открывая дверь бокса. – Я – Федор.

– Добрый? … Возможно.

– Это такая форма приветствия, принятая на моей планете. Одновременно и приветствие, и пожелание.

– На моей планете принято высказывать пожелания прощаясь, уже после разговора.

– А прощаясь, мы говорим: «До свидания», – улыбнулся я, – или другие хорошие пожелания.

– На Вашей планете все настолько дружелюбны и миролюбивы?

– Нет, у нас это называется «правилами хорошего тона и поведения», но далеко не все их соблюдают, считая не обязательными.

– Хм, интересно, но, простите меня, я не представилась. Меня зовут Зура. Я – одна из тех, кого недавно пробудили после стазиса. Мне сказали, что Вы – тот самый человек, который спас нас из рук пиратов.

– Ну, это громко сказано, я, скорее, переместил ваши капсулы с пиратского корабля, после его столкновения с чем-то, на свой корабль. Все, кто был не в стазисных капсулах на пиратском корабле – погибли. Так что это нельзя назвать спасением из рук пиратов. Это, скорее, спасение от смерти в пустоте космоса, но не более.

– И все равно, получается, что Вы нас спасли, и я благодарна Вам за это. Однако… – Зура посмотрела по сторонам, и приглушенным голосом продолжила, – Федор, я наблюдала за Вами несколько дней, с того момента, как узнала, что Вы спасли нас. Я видела, что Вы используете полог тишины. Я же правильно определила устройство?

– У меня есть купол шумового подавления, он скрывает от возможной просушки тех, кто под ним находится, и слегка размывает контуры, чтобы было невозможно читать по губам. Если это то, о чем вы говорите, то – да, у меня есть такое устройство.

– Вы можете активировать его?

– Да, – я мысленно отдал команду Дину, и над нами тремя развернулся купол шумового подавления.

– Федор. Вы не такой, как эти … Сиберианцы. Вы хорошо относитесь к тем, кто выглядит по-другому – к тем, кто отличается от Вас.

– Вы хотите сказать, что к Вам плохо относятся?

– Нет, мне не на что жаловаться. Они – тоже люди, и, вроде, все хорошо, но они видят, что мы другие и смотрят на нас, как на … не знаю, как на объект, который нужно исследовать, изучить. Мы не равные им, хотя, возможно – это нам только кажется. А Вы другой, Вы играете с существом, простите я не знаю, как называется этот вид или раса, я никогда не видела таких созданий. Но Вы его любите, для Вас он – не объект исследования. Даже когда Вы увидели меня, Вы рассматривали меня с интересом, но с интересом – как к живому, разумному, необычному созданию. Но и это все не так важно, важно другое. Вы сказали, что спасли с пиратского корабля стазисные капсулы. Скажите, а были ли другие капсулы на том корабле? С другими существами?

Этот вопрос выбил меня полностью, я совершенно не ожидал, что кто-то спросит о других находившихся на корабле, и Зура прекрасно видела мое замешательство. Шли секунды, я смотрел в ее глаза, как мне казалось – полные надежды, и не знал, что сказать. Как объяснить, где другие капсулы, и почему я не привез их с собой. Сказать, что там больше никого не было? Но она явно ищет кого-то, кто ей очень важен. Зура не выдержала паузы и продолжила: