Виктор Краев – Элини (страница 7)

– Ты меня спрашиваешь? Я хотел у Ланы узнать, может она знает, зачем мне это учить?

– Извини, Федор, я не знаю. Для меня уже в четвертой базе было очень мало полезного, была бы это ксенобиология – я бы ее выучила, но она существует только пятого уровня, и ту Живана сказала учить, только если появится необходимость. А Ксенология учится в паре с Космологией, так что надо будет сначала выучить космологию, а только потом Ксенологию.

– Да, это я помню, я Космологию четвертого уровня изучил, а дальше как-то нет надобности. Может, ты знаешь, что в шестой? Хотя бы тезисно?

– Подробности не знаю, но или в пятой, или в шестой базе должен изучаться коллективный разум и его модели поведения.

– Ладно, допустим. Но откуда Свет знает, что содержится в шестой базе? Мы не учили её.

– Это, как говорится: «вопрос не на мою зарплату», если кто и скажет, то только Дин. – Отшутилась Сирена.

– А что Дин, чуть что – сразу Дин! Ну, грузили через меня эти базы Свету, когда командир спал, а Свет с Живаной с мозгами Техноида разбирались, но что там – я не в курсе. Я тогда разведчиком занимался.

– Вот ЕПРСТ, – выругался я. – только этого говна нам не хватало. Неужели Свет думает, что тут Техноиды как-то замешаны?

После моих слов, в канале связи повисла пауза. Каждый обдумывал услышанное. Тишину прервал голос Ланы.

– Не сходится. Все, что я знаю о свободных искинах – однозначно говорит, что они бы не стали восстанавливать биосферу планет. И просто уничтожать технические секторы не стали бы. Они бы их захватили.

– Согласен. Директива Техноида предписывала ему заражать все искины, и использовать все, что только можно, а в системе Гуманоидов было уничтожено много оборудования, которое смог бы использовать Техноид. В любом случае, как только вернусь на Ироудо – начну обучение, а пока исходим из того, что мы видим последствия столкновения с разумом, враждебным всему, отличающемуся от него самого.

– И все-таки, во всем этом есть и хорошая сторона, – озадачил нас всех Дин.

– И какая? – спросила Лана, опередив меня.

– Свет жив, и он продолжает не по-детски озадачивать нас всех. Он в своем репертуаре.

– Ну, в том, что Свет жив, я не сомневался. И да, наверное, я соглашусь с тобой. Я был рад увидеть послание от него. Правда, хотелось бы что-то более радужное.

Сразу, как только Сирена закончила заправку, я вернулся на крейсер. Как бы меня не пугали эти догадки и перспектива столкнуться с коллективным разумом, я не стал говорить о своих подозрениях. Пока – это теория, за пару недель я получу необходимые знания, и тогда, возможно, пойму, что именно хотел сказать Светозар. И с Техноидом, и с Механоидом я сталкивался в тот момент, когда они бездействовали. Благодаря этому уничтожал их. А тут потенциальный враг представлен не единичной целью, а целым флотом. Да, и не похоже на то, что наш враг имеет отношение к искусственному разуму. Лана права – искинам нет никакого смысла возвращать воду на опустошенные планеты. Тут, скорее всего, речь идет о живом коллективном разуме. И первое, что приходит на ум – это Инсектоиды. Воспоминания о погибающем корабле были не из приятных, в нем одном были миллионы особей, а тут их должно быть были миллиарды, или, скорее, триллионы особей. Еще одной не самой приятной новостью стала необходимость отрабатывать в тренажере даже теоретические базы, если они третьего ранга. И отработка занимала намного больше времени, чем обучение. А именно на шестом уровне и Космология и Ксенология переходили на третий ранг. В результате, когда мы попали в очередную систему с планетой, потенциально пригодной для жизни, я все еще усваивал шестой уровень Ксенологии.

Мы вышли в систему с двойной звездой, шестью планетами, на второй и третьей могла быть жизнь. Сканеры тут же определили след от раскола кометы, и следы обломков льда в направлении орбит обоих потенциально обитаемых планет. Увиденная картинка наложилась на только что отработанную информацию, и у меня сложился «Пазл». Я не ошибся в своих догадках, мы, действительно, наблюдали последствия нашествия инсектоидов. Я вызвал Лану в рубку, и теперь они с Сиреной ждали от меня пояснения.

– Теперь я знаю, что произошло в посещённых нами системах. Это был «Большой рой инсектоидов», скорее всего – из другой галактики, но, возможно, проснувшийся после долгой спячки-анабиоза в этой. Когда «Большой рой» покидает свою родную галактику – он собирается в огромный, шарообразный улей, в котором все корабли связываются чем-то вроде пуповины. Потом все особи, даже малые корабли – впадают в анабиоз, аналог стазиса, и только огромные корабли с королевами остаются активными. Этот огромный, размером иногда с карликовую планету, шар отправляется в другую галактику. Предтече не выяснили, как именно, но королевы инсектоидов как-то находят проходы в скоплениях темной энергии, и используют то, что темная энергия имеет обратную гравитационную силу. В результате полуживой шар летит от одной галактики к другой, в режиме полупогружения в гипер, но со скоростью в сотни раз больше скорости Света. Также осталось загадкой, как Королевы управляют своим гиперкораблем при перелете, ведь проход между скоплениями темной энергии не прямой – это – как тоннели в муравейнике – они изгибаются, разворачиваются, все время меняются вслед за движением темной энергии. Но Королевы, если отправились в переход, почти всегда находят путь в новую галактику. Такие переходы длятся до нескольких тысяч лет, и во время тысячелетнего перелета всему рою требуется именно вода. Если перелет затягивается, то сначала особи на кораблях отдают свою влагу, потом малые корабли почти высушивают свои внутренности, но так, что в критически важных узлах этих космических организмов остается минимально допустимое количество влаги – для регидратации. Если корабли королев теряют слишком много влаги, то Рой сбивается с пути, попадает в скопления темной энергии, распадается и теряется в межгалактическом пространстве. Но такое случается крайне редко, в основном – только когда рой бежит от какой-нибудь угрозы. Обычно, если рой не готов к перелету, то он впадает в анабиоз в каком-нибудь скоплении астероидов. Если же рой отправляется в путь с должной подготовкой, то обычно он попадает в новую галактику задолго до наступления часа «Х». Дальше есть несколько вариантов развития событий. Чаще всего Рой добирается до системы с обитаемой планетой, и поглощает почти всю воду. Но Рой разумен, и знает, что вода должна вернуться, чтобы планета в дальнейшем стала пригодной для восстановления популяции. Поэтому Рой находит комету и, разрушая ее, направляет необходимое количество воды на высушенную планету. Если нет подходящей кометы, Рой ищет спутники планет, состоящие из водяного льда, и раскалывает их. Рой не может поглотить влагу изо льда, да это ему и не надо. Сначала осушая, а потом восстанавливая воду на обитаемых планетах, Рой решает проблему не только с водным балансом в своем межгалактическом улье, но и уничтожает местных хищников, способных представлять угрозу для своих будущих маток и их личинок. Не надо вести войну за выживание с другими видами. Это неблагоприятный вариант для жителей галактики. Рой восстанавливает свои силы, от иссушенного шара отделяются восстановившиеся корабли, и Рой приступает к экспансии. В зависимости от размеров и длительности перелета, рою может потребоваться осушить до десятка планет для полного восстановления.

– Ты сказал, что есть несколько вариантов развития событий.

– Да, другим вариантом развития является столкновение Большого Роя с разумной цивилизацией, способной дать отпор захватчикам. Именно до восстановления водного баланса Рой наиболее уязвим, и с ним можно справиться малыми силами. Но такие случаи очень редки. Попав в пространство галактики, Рой не перестает быть разумным. Королевы находят системы, где нет сильных, развитых цивилизаций. В любом случае, Рой, прибывший в эту галактику -восстановился. Сканеры показывают, что эти планеты не подвергались иссушению, Рой серьезно повысил содержание воды на планетах, доведя до идеального состояния, для бурного развития жизни. Так уж получилось, что соотношение воды и суши на планетах идеально в одинаковых показателях и для инсектоидов, и для других видов разумных.

– Другими словами, инсектоиды улучшают планеты, и делают их пригодными для других видов жизни? Тогда их можно назвать сеятелями жизни.

– Не совсем, они сеют жизнь только себе подобным. Они, действительно, доводят до идеального соотношения присутствие воды, но при этом уничтожают все другие развитые формы жизни, особенно разумных. Вот муравьи – это по-настоящему сеятели жизни. Они, как и инсектоиды, путешествуют между галактиками. Муравьиные скопления также собираются в огромные шары межгалактических ульев. И также испытывают проблемы с водой. Но, достигая пространства новый галактики, муравьи не уничтожают жизнь на планете, осушая ее полностью. Они берут необходимый минимум. Кроме того, если муравьи находят планету, находящуюся в обитаемом поясе, но не имеющую воду, то они также, как и инсектоиды, используют кометы и ледяные спутники для бомбардировки сухих планет кусками льда. Они создают на сухих планетах возможность зарождения жизни, и именно с таких планет получают основную часть влаги, нужной для их ульев. Скорее всего, именно в момент поглощения воды с этих планет муравьи и оставляют тот минимум живых микроорганизмов, необходимых для развития жизни на ранее мертвых планетах. При этом они никогда не вступают первыми в противодействие с другими разумными. Исключением являются инсектоиды, с ними муравьи всегда ведут войну. На каждой из посещённых планет муравьи оставляют колонию, но эта колония никогда не занимает доминирующую роль на планете, контролируя территорию около двухсот – трехсот километров в диаметре. Остальную планету муравьи оставляют для других видов. Стратегия поведения в космосе у муравьев и инсектоидов похожа, но все-таки имеет совершенно разные последствия для галактики.