Виктор Корд – Протокол «Вторжение» (страница 61)

Снаружи раздался механический визг сервоприводов.

Три уцелевшие турели, замаскированные под садовые вазоны и статуи, сбросили камуфляж.

Стволы развернулись.

ТРА-ТА-ТА-ТА!

Крупнокалиберные пули ударили в борта черных БТРов.

Броня «Тайфунов» держала 12.7 мм, но турели били по уязвимым местам — оптике, колесам, внешним модулям связи.

Один БТР вспыхнул — пуля пробила бак.

Спецназ залег. Началась паника.

— Контакт! Засада! Подавить точки!

В ответ полетели гранаты. Одна из турелей разлетелась вдребезги.

— Они вычислят нас через минуту, — сказал я, выглядывая в окно. — Инга, есть доступ к внутренней связи Особняка?

— Да. Громкая связь работает.

— Врубай. На полную громкость.

Я поднес микрофон гарнитуры к губам.

— Говорит Максим Бельский, — мой голос, многократно усиленный динамиками по всему парку, прогремел над головами нападавших. — Вы находитесь на частной территории. Командир отряда, слушай внимательно. Твой наниматель, князь Меньшиков, уже списал вас в утиль. Вы — расходный материал. Уходите, и останетесь живы.

Ответом мне была автоматная очередь, прошившая стену сторожки над головой. Щепки посыпались на нас.

— Не сработало, — констатировала Катя, прижимаясь к полу.

— Значит, план Б. Держим оборону, пока граф не поймет, что мы пропали со связи.

Спецназ перегруппировался. Они поняли, что сопротивление локально.

Тройка штурмовиков, прикрываясь щитами, двинулась к сторожке.

С ними шел маг. Я видел искажение воздуха вокруг его фигуры — он готовил огненный удар.

— У меня пустой магазин, — я проверил «Медведя». — Инга?

— Только лазерный резак.

— Катя?

— Я истощена. Максимум — могу вызвать у одного из них диарею.

— Тоже хлеб, но не поможет.

Штурмовики подошли на двадцать метров. Маг поднял руку. Огненный шар сорвался с ладони.

Я закрыл собой девушек. Кольцо на руке было пустым, но я выставил его вперед, надеясь на чудо или остаточный заряд.

Шар летел нам в окно.

И вдруг его сбило.

Сбоку, со стороны леса, ударил луч.

Белый, ослепительно яркий луч света.

Он врезался в огненный шар, распылив его на атомы.

А затем из леса выкатился Танк.

Не имперский Т-90.

Это был «Крестоносец» Инквизиции. Белый, с золотой символикой, покрытый копотью после боев в городе.

Его башня повернулась.

БА-БАХ!

152-миллиметровый снаряд фугасного действия ударил в центр группы спецназа.

Взрывная волна разметала людей, как кегли. Мага разорвало на части.

Следом за танком из леса вышли люди.

«Паладины» в белой броне. И гвардейцы Морозова в сером камуфляже.

Они шли цепью, ведя огонь на подавление.

— «Очищение огнем!» — ревел динамик танка. — Еретики! Сложить оружие!

На броне танка стоял Доминик. Без шлема, ветер трепал его седые волосы. В руках — силовой меч.

Рядом, в люке БТРа, торчал граф Морозов с сигарой в зубах.

— Кавалерия прибыла! — крикнул граф в мегафон. — Максим! Ты там живой, черт тебя дери?!

Спецназ Меньшикова, поняв, что расклад изменился не в их пользу, попытался огрызаться. Но против тяжелой техники и фанатиков Инквизиции у них не было шансов.

Бой превратился в избиение.

БТРы чистильщиков горели. Выжившие бросали оружие и поднимали руки.

Через пять минут всё было кончено.

Мы вышли из сторожки.

Двор поместья напоминал свалку металлолома. Дым, гарь, стоны раненых.

Доминик спрыгнул с брони и подошел ко мне. Он окинул взглядом мою перебинтованную руку и грязную одежду.

— Ты умеешь находить неприятности, Бельский. Даже в собственном дворе.

— Это талант, святой отец. Спасибо за помощь. Я думал, вы будете молиться за упокой моей души, а не спасать мое тело.

— Я молился, — серьезно ответил Инквизитор. — Но Господь сказал мне, что твой долг еще не оплачен. И… граф Морозов был очень убедителен. Он сказал, что у тебя есть данные, которые позволят нам прижать Меньшикова к ногтю.

Граф Морозов подошел следом, опираясь на трость.

— Мы потеряли твой сигнал, Максим. Я понял, что глушилки работают только в зоне боевых действий. Собрал всех, кого мог, и рванул сюда. Доминик присоединился по дороге.

— Меньшиков пытался зачистить базу, — я кивнул на трупы в черном камуфляже. — Он знал, что в подвалах есть доказательства. Серверы Доминиона, которые мы скачали.

— Теперь эти доказательства под охраной Инквизиции и Гвардии, — сказал Доминик. — Мы возьмем это место под контроль.

Я напрягся.

— Это мой дом. И моя база.

— Это место преступления и зона ереси, — отрезал Инквизитор. — Но… учитывая твои заслуги в спасении Москвы, мы готовы закрыть глаза на некоторые… технические особенности твоего подвала. При условии, что ты передашь нам копии всех данных по предателям.

— Договорились. Копии ваши. Оригиналы и технологии — мои.