Виктор Корд – Протокол «Вторжение» (страница 17)

Наконец, в лотке материализовался шприц-тюбик с золотистой жидкостью.

Я схватил его и всадил прямо ей в сердце.

— Давай, рыжая… Дыши.

Секунда. Две.

Тело Инги выгнулось дугой. Она судорожно, с хрипом втянула воздух.

Мониторы запищали чаще, ритм выровнялся. Синева начала сходить с лица.

— Стабилизация, — выдохнул Клин, оседая на пол. — Мать твою… я думал, всё.

Я погладил Ингу по голове. Её волосы были мокрыми от пота.

Она была жива.

Я медленно выпрямился. Страх за неё ушел, уступив место ледяной, кристально чистой ярости.

Я подошел к столу, где лежал второй трофей — голова снайпера-куклы.

— Катя, — мой голос звучал так, что даже Клин поежился. — Подключи эту дрянь к системе.

— Что ты собираешься делать? — спросила Волонская, глядя на меня с опаской.

— Я собираюсь нанести визит вежливости заказчику.

Мы подключили кристалл из головы куклы к Модулю.

Инга (которая пришла в себя, но была еще слишком слаба, чтобы встать) руководила процессом голосом с койки.

— Канал зашифрован, — шептала она. — Это квантовая спутанность. Сигнал идет… в Москву. Элитный район «Барвиха-4». Поместье клана Юсуповых.

— Конкретнее.

— Личный терминал. Спальня… Восточное крыло.

Я вывел изображение на экран.

Мы взломали камеру терминала, с которого управляли снайпером.

На экране была роскошная комната. Шелк, золото, антиквариат.

В кресле перед мониторами сидел молодой парень. Лет двадцать пять. Ухоженный, в шелковом халате.

Аркадий Юсупов. Младший сын главы клана. Известный садист и любитель «экзотической охоты».

Он пил вино и с раздражением бил по клавиатуре.

— Почему нет сигнала? — бормотал он. — Эта кукла сломалась? Я же заплатил за нее миллион! Где подтверждение смерти?

Он играл. Для него охота на нас была просто игрой.

Я посмотрел на Ингу.

— У него в комнате есть что-то… активное?

— Да, — Инга прищурилась, глядя на телеметрию. — У него стоит охранный дроид. Класс «Телохранитель». Элитная модель, подключенная к той же сети, что и снайпер.

— Перехватить управление.

— Макс, там защита…

— Перехватить! Используй коды Предтеч! Ломай всё!

Инга закрыла глаза, погружаясь в сеть. Модуль взвыл, посылая пакет данных через спутник.

На экране в спальне Юсупова, за спиной мажора, шевельнулась тень.

Массивный, человекоподобный дроид-охранник, стоявший в углу как статуя, вдруг ожил.

Его глаза сменили цвет с зеленого на кроваво-красный.

Аркадий этого не видел. Он продолжал ругаться с экраном.

— Дроид, принеси еще вина! — бросил он через плечо.

Дроид сделал шаг. Тяжелый, механический шаг.

Аркадий обернулся.

Вино выплеснулось из бокала на халат.

— Ты… что с тобой? Отмена приказа! Стой!

Дроид не слушал. Он подошел к хозяину.

Я взял микрофон.

— Привет, Аркадий, — мой голос зазвучал из динамиков дроида в спальне Юсупова. — Тебе понравилось шоу?

Юсупов вжался в кресло.

— Кто это?! Как ты вошел в систему?! Охрана!!!

— Охрана не придет. Я заблокировал двери. Твоя кукла промахнулась, Аркадий. А я — нет.

Дроид поднял руку. Его пальцы превратились в захват. Он схватил Юсупова за горло и легко, как котенка, поднял над полом.

Мажор хрипел, суча ногами. Его лицо побагровело.

— Я мог бы убить тебя прямо сейчас, — произнес я. — Сжать пальцы — и твоя шея хрустнет. Твой папочка даже не узнает, кто это сделал. Спишут на сбой ПО.

Я усилил хватку дроида. Аркадий закатил глаза.

— Но смерть — это слишком просто. Я хочу, чтобы ты жил. Жил и знал: я могу достать тебя везде. В твоей спальне. В твоем бункере. В твоих снах.

Дроид разжал пальцы.

Юсупов рухнул на ковер, кашляя и хватая ртом воздух.

— Передай отцу, — сказал я на прощание. — Если еще раз в мою сторону полетит хоть один плевок… я вернусь. И в следующий раз этот дроид не остановится.

Дроид замер, а затем его электронные мозги заискрили и выгорели (я послал команду на самоуничтожение чипа).

Экран погас.

Я снял гарнитуру.

В рубке стояла тишина.

— Жестко, — сказала Катя. — Ты нажил себе врага на всю жизнь. Юсуповы злопамятны.

— Пусть помнят, — я посмотрел на Ингу, которая уже спала, утомленная синтезом. — Страх — лучший предохранитель.

Поезд продолжал движение на восток.

Мы пересекли границу Московской области. Впереди была неизвестность.