Виктор Корд – Протокол «Вторжение» (страница 16)
Это был не просто наемник. Это было послание.
Кто-то очень могущественный не хотел, чтобы мы доехали до Урала.
— Идем, Катя, — я открыл люк. В лицо ударил холодный ветер с запахом полыни и радиации. — Пойдем посмотрим, кто решил поохотиться на охотников.
Мы спрыгнули на насыпь. Поезд замер черной скалой позади. Впереди лежали три километра смерти.
И я собирался пройти их быстрее, чем когда-либо.
Глава 5. Анатомия Тени
Ветер в Пустошах бил в лицо наждачной бумагой. Мы не шли — мы летели. Я включил сервоприводы экзоскелета в режим форсированного марша, превратившись в локомотив на двух ногах. Катя Волонская, которую мне пришлось буквально взвалить на плечо, как мешок с картошкой, сначала пыталась протестовать, требуя соблюдения этикета, но после первого прыжка через овраг шириной в пять метров заткнулась и вцепилась в бронепластины моей спины мертвой хваткой.
— Меня сейчас стошнит, Бельский… — простонала она в мой затылок, когда я приземлился на кучу щебня, и амортизаторы взвыли, гася инерцию.
— Терпи. Блевать будешь потом. Сейчас ты работаешь радаром. Что впереди?
— Смерть… — прошептала она, и её голос дрогнул не от тряски. — Там очень много смерти. Фрагментированной. Но активной магии нет. Только эхо.
— Хорошо.
Мы добрались до водонапорной башни за семь минут. Обычно этот путь занял бы полчаса по пересеченной местности.
Зрелище было впечатляющим. Мой рельсотрон не просто снес верхушку башни. Он аннигилировал её. Верхние этажи кирпичной кладки превратились в облако пыли, которая теперь медленно оседала на почерневшую траву.
Я сбросил Катю на землю (она устояла, хотя её и шатало) и активировал сканер.
[Зона поражения: Термическое и кинетическое воздействие.]
[Радиация: Повышена (пыль обедненного урана).]
[Поиск биоматериала…]
Я полез в руины. Кирпичи были горячими.
Среди обломков я нашел винтовку. Точнее, то, что от неё осталось. Ствол из матовой черной стали был закручен узлом. Оптика расплавилась. Но казенная часть уцелела.
Я выдернул магазин.
Пусто.
Черт. Он отстрелял все патроны?
— Макс, здесь! — позвала Катя. Она стояла у груды балок, указывая на что-то рукой в перчатке. — Я чувствую… пустоту. Это оно.
Я подошел.
Из-под завала торчала рука.
Она была серой, неестественно гладкой, лишенной пор и волос. И она сжимала какой-то предмет.
Я отшвырнул балку весом в двести килограммов в сторону.
Под ней лежало тело.
Вернее, кусок тела. Снаряд рельсотрона ударил снайпера в корпус, разорвав его пополам. Но то, что я увидел, заставило меня выругаться.
Это был не человек.
И не дроид.
Это была «Кукла». Био-конструкт. Выращенное в пробирке мясо, натянутое на керамический скелет. Внутри не было органов в привычном понимании — только мешки с питательной смесью и узлы мана-проводов.
— Некро-инженерия, — с отвращением произнесла Катя, прикрывая нос надушенным платком. — Клан Юсуповых. Только они балуются такими игрушками. Это «Тень-4». Одноразовый убийца. У него нет души, поэтому я не могла его засечь до момента выстрела.
Я присел над трупом.
Где яд? Мне нужен образец токсина.
Я осмотрел разорванную грудную клетку куклы. Ничего.
Посмотрел на руку.
В сжатом кулаке «Тень» держала запасной патрон. Один-единственный. Видимо, готовилась перезарядить винтовку перед тем, как её накрыло.
Я разжал мертвые пальцы. Керамика хрустнула.
На ладонь выкатилась длинная, тонкая пуля из полупрозрачного стекла, внутри которой клубился фиолетовый дым.
[Предмет: Спецбоеприпас «Призрак».]
[Содержание: Нейротоксин на эфирной основе + Проклятие Разложения.]
[Статус: Нестабилен. Осторожно!]
— Есть, — выдохнул я. — Мы нашли его.
Я аккуратно поместил пулю в герметичный контейнер на поясе.
— Уходим. Быстро.
— Подожди, — Катя вдруг наклонилась к развороченной голове конструкта. Из черепа торчал кристалл, пульсирующий угасающим светом. — Это блок управления. Он записывает телеметрию. И… он все еще на связи с Хозяином.
— Ты можешь отследить сигнал?
— Я — нет. Но твой Модуль — да. Забирай его голову.
Я не стал спорить. Достал нож, перерезал синтетические мышцы шеи и сунул голову снайпера в мешок для сбора трофеев.
— А теперь — бегом. Инга не может ждать.
Обратный путь мы проделали за пять минут. Я гнал экзоскелет на пределе, рискуя сжечь приводы.
Вбежав в шлюз «Левиафана», я сразу направился в лабораторный вагон.
Инга лежала на операционном столе. Клин стоял рядом, бледный как полотно, держа капельницу.
Мониторы пищали тревожным, рваным ритмом.
[Пульс: 40. Давление: 60/40. Отказ почек.]
— Я принес! — крикнул я, бросая контейнер с пулей в приемный лоток Модуля.
— Анализ! Синтез антидота! Приоритет Абсолютный!
Модуль загудел. Лазеры сканирования прошлись по пуле.
[Состав идентифицирован: Яд виверны, пепел с погребального костра, ртуть.]
[Формула противоядия: Расчет завершен.]
[Синтез…]
Это были самые долгие тридцать секунд в моей жизни. Я смотрел, как жизнь уходит из Инги. Её губы посинели, грудь едва вздымалась.