Виктор Корд – Протокол «Изнанка» (страница 108)
— Тихо, Док! Тихо! Это припадок!
— Это не припадок! — я бился под ним, чувствуя, как чужая воля наполняет мышцы силой, которой у меня быть не должно. — Это захват! Он лезет в моторику!
Я ударил Бориса коленом в живот. Удар был такой силы, что гигант отлетел на пару метров, пропахав спиной землю.
Я вскочил.
Мои глаза видели мир не так, как раньше. Я видел тепловые сигнатуры. Я видел страх.
И я хотел этот страх выпить.
—
— Нет!
Я схватил свою левую руку правой.
Ожог Империи вспыхнул.
Белый свет против Черной тьмы.
Рука дымилась. Кожа лопалась.
Я ломал себе пальцы, чтобы не дать Семени сотворить заклинание.
— Анна! — мой крик перешел в рык. — Где ты⁈
Белая вспышка.
Инквизитор появилась из толпы, расталкивая зевак.
Она увидела меня. Увидела черную ауру, которая поднималась над моей головой, формируя корону.
Она поняла.
—
— Не поможет! — крикнул я, падая на одно колено. — Экзорцизм не работает! Он внутри ДНК!
Анна замерла с занесенным мечом.
— Что делать⁈
— Убей меня!
Толпа ахнула.
Борис, который уже поднялся и отряхивался, замер.
— Ты спятил, Док?
— Убей! — я смотрел на Анну. Мой левый глаз уже стал полностью черным. — Клиническая смерть! Остановка сердца! Это единственный способ сбросить захват! Пока я жив, он держит меня за горло! Если я умру — связь прервется!
— А если ты не вернешься? — спросила она тихо.
— Тогда сожги тело.
Я чувствовал, как Семя давит. Оно было сильнее меня. Моя воля трещала по швам.
—
— Давай! — я разорвал рубашку на груди.
Там, под кожей, пульсировал черный узел. Глаз Пророка. Он смотрел на Анну с ненавистью.
Анна шагнула вперед.
В её глазах были слезы. Но рука была твердой.
Она перевернула меч острием вниз.
Нацелила его мне в сердце.
— Прости, Виктор.
Она вонзила меч.
Не глубоко. Точно в сердце.
Жар.
Белый, очищающий жар пронзил грудь.
Меч прошел сквозь Семя, сквозь плоть, сквозь жизнь.
Мое сердце остановилось.
Мгновенно.
Связь с реальностью оборвалась.
Тьма перед глазами схлопнулась в точку.
Голос Семени заткнулся, сменившись тишиной.
Я упал на спину.
Меч торчал из моей груди, как крест на могиле.
— Время смерти: 12:45, — голос Алисы звучал где-то очень далеко. — Начинаю отсчет. У нас три минуты до необратимых изменений мозга.
Я умер.
Снова.
Но на этот раз это была не случайность. Это был план.
И самое интересное начиналось только сейчас.
Смерть была похожа на комнату ожидания в дешевой клинике.
Серые стены, мигающая лампа, запах хлорки и старой пыли.
Я сидел на пластиковом стуле, привинченном к полу. Напротив меня сидел Он.
Семя.
Здесь оно выглядело как мой двойник. Точная копия, только глаза были полностью черными, а из-под ногтей капала нефть.
— Ты упрямый, Виктор, — сказал Двойник, листая старый журнал «Здоровье». — Твое тело остывает. Мозг начинает терять нейроны. А ты сидишь здесь и играешь в гляделки.
— Я жду, когда подействует наркоз, — ответил я, глядя на свои руки. Они были полупрозрачными. — Ты ведь не просто паразит. Ты — архив. Ты помнишь всё, что помнил Пророк.
— Я помню рождение звезд. Я помню смерть богов. Я помню вкус первой крови, пролитой на этой планете.
Двойник отшвырнул журнал. Он встал.
Стены комнаты разлетелись в стороны.