Виктор Корд – Бастард с нейросетью: Протокол «Вторжение». Том 2 (страница 3)
– Сделано. Он банкрот.
Номер не определен.В этот момент мой телефон зазвонил.
Я включил громкую связь.
– БЕЛЬСКИЙ!!! – голос графа Ростова срывался на визг. На заднем плане слышались крики, звонки телефонов и, кажется, звук разбиваемой посуды. – Что ты наделал?! Мои счета… Мои заводы! Я уничтожу тебя! Я…
– Алексей Петрович, – перебил я его спокойным, деловым тоном. – У вас проблемы с ликвидностью? Какая жалость.
– Верни деньги! Верни всё назад, и я забуду про твое существование!
Я знаю, что это вы сожгли мой груз. Ущерб составил 50 миллионов рублей. Я взыскал с вас штраф в десятикратном размере. Остальное – компенсация за моральный ущерб и услуги моего финансового консультанта.– Неверный подход к переговорам. Слушайте внимательно.
– Ты вор!
– Я – кредитор. У вас есть час, чтобы снять блокаду. Ваши люди на трассе должны исчезнуть. Если через 60 минут хотя бы один мой грузовик будет остановлен… я солью в сеть вашу переписку с любовницей, где вы обсуждаете взятки чиновникам из Министерства Обороны. Да-да, я скачал и это.
В трубке повисло тяжелое молчание. Только сопение графа.
– Ты… ты дьявол.
– Я бизнесмен. Час пошел.
Я сбросил вызов.
– Клин, – я повернулся к сержанту. – Отправляй грузовики. Путь будет свободен. И… закажи пиццу. Самую дорогую. Мы празднуем.
– На какие шиши? – усмехнулся Клин.
– На деньги графа Ростова. Теперь у нас на счетах плюс полмиллиарда. Мы можем купить не пиццу, а пиццерию.
Синтеты патрулировали периметр. Модуль гудел, перерабатывая тонны нового металла, который беспрепятственно прибыл на базу вечером.Вечер прошел в эйфории. Мы не просто отбили атаку. Мы показали, что в новом мире меч и магия проигрывают информации.
Ростов был раздавлен. Юсуповы затихли, оценивая новую угрозу.Я сидел в кабинете, просматривая отчеты. Всё шло слишком гладко.
На защищенном терминале, который не был подключен к внешней сети (только локальная связь с Модулем), вдруг загорелся экран.Но мой покой был нарушен.
Зеленый курсор.Черный фон.
Текст начал печататься сам собой. Медленно, буква за буквой.
«Я вижу тебя.»«Впечатляет, Оператор.» «Ты используешь наследие "Прометея" грубо, но эффективно.» «Но ты оставил след. Протокол "Зеркало" имеет двустороннюю связь.»
Это был кто-то, кто знал про "Прометей".Я похолодел. Это был не граф. Не Инквизиция. Не Император.
– Инга! – крикнул я. – Отследить источник!
– Не могу! – её голос из динамика был испуганным. – Это не внешний сигнал! Это… это идет изнутри кода самого Модуля! Словно кто-то вшил туда сообщение тысячи лет назад, и оно активировалось только сейчас, после взлома банка!
Текст на экране продолжился:
«Жди гостей. Восток просыпается.»«Ты думаешь, что ты игрок. Но ты всего лишь фигура.»
Экран погас.
Я привлек внимание кого-то, кто играл в эту игру задолго до моего рождения.Я сидел в темноте, глядя на свое отражение в черном пластике монитора. Победа над Ростовым была легкой. Слишком легкой.
Или что-то древнее?"Восток". Азиатский Доминион?
Я положил руку на «Медведя».
– Что ж. Пусть приходят. У нас еще много патронов.
Глава 2. Предложение, от которого нельзя отказаться
Утро следующего дня началось не с кофе и даже не с традиционной проверки систем периметра. Оно началось с головной боли. К счастью, болела голова не у меня – мой нейроимплант фильтровал любые токсины, продукты распада алкоголя и гормоны стресса, поддерживая ясность сознания на уровне хирургического скальпеля.
Головная боль, переходящая в тяжелую мигрень, мучила логистическую систему всей Российской Империи.
Я стоял в центре оперативного зала, который мы оборудовали в бывшем бальном зале Особняка. Высокие стрельчатые окна были задраены бронеплитами, а вместо хрустальных люстр под потолком висели гроздья сенсоров и проекторов.
На главной голографической карте, занимающей добрую половину помещения, разворачивался хаос. Красные точки, обозначающие проблемные зоны, вспыхивали, как сыпь у больного ветрянкой.
После того как я, используя вычислительные мощности Модуля «Прометей», обрушил личные счета графа Ростова и перехватил управление десятком подставных фирм-прокладок, принадлежащих клану Юсуповых, экономика теневого сектора Москвы встала на дыбы.
– Смотри сюда, – Инга вывела на отдельный экран сводку с таможенных терминалов. Она сидела в своем «гнезде» из кабелей и мониторов, попивая энергетик. Её новая кибернетическая рука, покрытая матовым черным композитом, работала с клавиатурой с пугающей скоростью – пальцы превращались в размытое пятно. – Транспортный узел «Юг-4». Грузовики с мана-кристаллами для заводов Меньшикова стоят уже шесть часов. Водители бастуют, потому что их топливные карты заблокированы. Система не видит оплаты.
– А что с наемниками? – спросил я, разглядывая карту.
– Еще веселее. ЧВК «Орион», которая охраняет склады Юсуповых, не получила утренний транш. Их командир объявил «технический перерыв». Склады сейчас, по сути, открыты. Любой желающий может зайти и взять что угодно. Мародеры уже подтягиваются.
– Отлично, – я позволил себе легкую улыбку. – Мы создали вакуум власти. Кланы привыкли, что деньги текут рекой, а холопы работают за еду. Мы показали им, что кран можно перекрыть одним нажатием кнопки.
Клин, стоявший у входа в своей новой тяжелой броне (мы еще не успели покрасить её, поэтому она сверкала голым титаном и следами сварки), хмыкнул:
– Босс, они это так не оставят. Мы пнули медведя. Теперь он не просто рычит, он собирается нас сожрать. Радиоперехват показывает активность Гвардии. Они стягивают силы к МКАДу.
– Гвардия не сунется без прямого приказа Императора, – отмахнулся я. – А Император сейчас сидит в Зимнем Дворце и думает: уничтожить наглого выскочку или использовать его как дубину против зажравшихся бояр.
В этот момент взвыла сирена внешнего периметра. Звук был не боевым – не резкий вопль тревоги, а низкий, пульсирующий гул, означающий запрос на вход высокого приоритета.
[Внимание! Обнаружен воздушный объект.]
[Идентификация: Вертолет Ми-38 VIP-класса.]
[Код транспондера: «Орел-1». Правительственный борт.]
[Статус: Запрос посадки. Личный посланник Его Величества.]
Я переглянулся с Ингой.
– Легок на помине, – прокомментировала она, выводя изображение с камер дальнего обзора.
К нам летела белоснежная машина с золотыми гербами на бортах. Никакого вооружения на пилонах, но эскорта тоже не видно. Это был жест. Уверенность в своей неприкосновенности.
– Кто на борту?
– Князь Волконский, – Инга сверилась с базой данных. – Старая гвардия. Личный советник Императора по вопросам внутренней безопасности. Глава «Теневого Кабинета». Человек, который решает вопросы, когда дипломатия и армия бессильны. Говорят, он лично душил заговорщиков в 90-е.
– Серьезный дед. – Я поправил пиджак. Под дорогой тканью скрывалась легкая броня и кобура с «Медведем». – Пропускай. Сажай на площадку перед домом.
– Охрану выводить?
– Нет. Убери Синтетов с глаз долой. Не будем дразнить гусей раньше времени. Оставь только почетный караул из наших «Серпов». Пусть видит, что мы чтим традиции… советского тяжелого машиностроения. И Клин, – я повернулся к сержанту. – Встань у меня за спиной. Вид у тебя внушительный, а молчишь ты красноречиво.
Вертолет сел мягко, подняв вихрь пыли и опавших листьев. Лопасти еще вращались, разрезая воздух с характерным свистом, когда дверь салона открылась и на бетон площадки опустилась автоматическая ступенька.
Князь Волконский вышел один. Пилоты остались внутри.
Это был невысокий, сухой старик с прямой, как струна, спиной. Он был одет в строгий гражданский костюм-тройку серого цвета, поверх которого было наброшено легкое пальто. В руках – трость с набалдашником из слоновой кости. Никакой брони, никаких видимых артефактов. Только аура власти, которая ощущалась физически, как давление атмосферного столба.
Я вышел ему навстречу, остановившись на верхней ступени крыльца.