Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга вторая (страница 9)

Вся последующая история электронного телевидения на протяжении десятых и двадцатых годов сводилась к устранению этого противоречия. Первым, кто после патентов Розинга обратился к электронно-лучевой трубке как прибору для электронной развертки изображения в передатчике, был английский инженер А.А. Кемпбелл-Свинтон (1863–1930 гг.). Это произошло в 1908–1911 годах. В последующем недостатка в различных усовершенствованиях передающей трубки было немало. Но никто из изобретателей, в том числе и Кемпбелл-Свинтон, дальше разработки на бумаге не продвинулся. С именем Б.П. Грабовского, так же как и с достижением Б.Л. Розинга, связана реальная постройка телевизионной аппаратуры.

Любое противоречие в науке не только обостряет мысль и процесс поиска, но и рождает гонку, соревнование умов. Грабовский в этой эстафете, напряженность которой росла от года к году, был первым. Это обессмертило его имя.

Ташкент, солнечный полдень, 26 июля 1928 года. На испытательной станции Среднеазиатского округа связи в окружении представительной комиссии двадцатисемилетний Б.П. Грабовский демонстрирует свой передающий аппарат (илл. 231). Включены передатчик и приемник, засветился зеленый экран, включена передающая камера. Передача шла по радио через высокую восемнадцатиметровую антенну. На экране – лицо лаборанта Белянского. Изображение неотчетливое, контрастность изображения явно мала, о четкости и говорить нечего – но экран светится, а на нем Белянский делает энергичные движения своим головным убором! Это была необыкновенная победа: изображение, переданное на расстоянии, было разложено и синтезировано электронным лучом как на передающем, так и на приемном узлах аппарата.

Грабовский беспрерывно менял схемы и монтаж, перепаивал радиодетали. Четвертого августа после очередной перестройки схем и перемонтажа узлов в затемненной комнате на экране трубки, которая имела весьма внушительный по тем временам диаметр – двадцать сантиметров (илл. 232), показалось вполне отчетливое изображение прохожих и трамвая на перекрестке улиц Ленина и Карла Маркса. Первая в мире телевизионная станция полностью радиоэлектронного типа вступила в строй.

По материалам американской печати схожая система в США была испытана Фарнсвортом только через год, в 1929 году.

Ташкентской киностудии удалось заснять на пленку опытные передачи и в течение 1928 года кинохроника демонстрировалась в кинотеатрах Ташкента, Фрунзе и Алма-Аты. На кадрах удалось запечатлеть передатчик и приемник, самого Грабовского и экран телевизора с изображением движущегося трамвая. К сожалению, фильм утерян и до сих пор его не удалось отыскать.

Казалось, триумф полный, впереди – дальнейшие улучшения конструкции, поддержка научных и конструкторских кругов. Забылись огорчения и неудачи прошлых лет, отход в сторону друзей и соратников, неверие специалистов и собственное нетерпение, когда шло изготовление передающей и приемной трубок и продолжался монтаж аппаратуры. Впрочем, все ли было в эти годы так сложно и огорчительно? А встречи с Розингом, его безоговорочная поддержка, благодаря которой пришла уверенность и, если хотите, упрямство в достижении цели? В памяти Б.П. Грабовского прошли все этапы его работы над «телефотом» – так он назвал свое детище.

...Все началось на много лет раньше. Борис Павлович Грабовский вспоминал, что еще в гимназические годы в Харькове его увлекла идея передачи изображения на расстояние. Толчок мысли дала книга А. Урбаницкого «Домашний электротехник» с описанием устройства для передачи изображения. Это случилось в 1916 году. Грабовский стал собирать все, что только можно было раздобыть по этой теме. Позже он накопил энциклопедию «телефотии».

После переезда в Среднюю Азию Грабовский не терял интереса к избранной теме. Будучи знакомым с публикациями Розинга и под их влиянием в 1918 году он изобретает «катодный коммутатор» – аналог обычного механического переключателя, с той разницей, что переключение контактов производилось не механическим путем, а катодным пучком электронно-лучевой трубки. За счет безынерционности электронов переключение могло происходить с любой скоростью. На противоположном конце трубки в торец впаивались электроды, на которые подавалось положительное напряжение. Поперечное отклонение электронного луча относительно оси трубки достигалось переменным напряжением, подведенным к пластинам встроенного в трубку конденсатора. Аппарат предназначался для лабораторных целей как умножитель частоты, в физических демонстрациях.

Первая публикация о катодном коммутаторе появилась в газете «Саратовские известия» в 1925 году, хотя конструкция была оформлена на шесть лет раньше, а в 1923 году испытана. Заметим, что заявку на патент своего знаменитого иконоскопа так называемый «отец» телевидения В.К. Зворыкин, американец русского происхождения, подал в том же 1922 году после Грабовского и вслед за практическими испытаниями изделия нашего героя повествования. Коммутатор стал основой будущей передающей электронной трубки. В самом деле, если ее экран будет оснащен достаточно большим количеством электродов (чем их больше, тем выше четкость изображения), первая, одна из самых трудных для тех лет проблема, будет решена. А электродов надо много – тысячи! Грабовский остроумно обходит конструкторские трудности. Перед экраном, сплошь покрытым светочувствительным слоем, он помещает металлическую сетку. Сетка оставляет на слое тень, автоматически разбивающую его на множество электрически изолированных квадратиков-электродов.

Много позже, в 1964 году, Б.П. Грабовский следующим образом описывал работу светочувствительного слоя: «Фотослой имел мозаичную структуру, но достигалась она другим способом, чем обычно. Свет от сферического зеркала падал на этот слой. Так как сетка была очень близко от фотослоя, то при равномерном ярком освещении, например, от белой стены, весь фотослой был освещен квадратиками или кружками. В промежутках между ними шли черные линии тени сетки. Электроны могут выделиться только в тех местах, где тень отсутствует. Итак, тень сетки делала фотослой мозаичным» (илл. 233).

Работа в одиночку малоперспективна. Когда основные идеи «телефота» реализовались в конкретные схемы, конструкции и решения, постройка аппаратуры стала делом многих. В группе Грабовского с 1925 года стали работать саратовцы В.И. Попов и Н.Г. Пискунов.

Виктор Иванович Попов (1895–1965 гг.), сибиряк, выпускник Томского политехнического института, электро- и радиотехник. В двадцатых годах он работал инженером Саратовского трамвайного парка, а после войны был профессором и заведующим кафедрой института механизации сельского хозяйства в том же городе.

Николай Георгиевич Пискунов (1886–1941 гг.), (илл. 234) окончил физико-математический факультет Саратовского университета, имел продолжительную зарубежную стажировку еще до революции, владел европейскими и древними языками, имел музыкальное образование, сочинял музыкальные пьесы. Вот каких людей нашел и объединил своей идеей наш герой.

Если Грабовскому принадлежит решающая роль в изобретении передающей телевизионной трубки, то Попову – пионерные расчеты и разработка радиопередатчика, развертывающих устройств и системы синхронизации. Пискунов же со своим блестящим математическим дарованием служил передаточным звеном от идей Грабовского к конструкциям и схемам Попова. Без их участия предложения Б.П. Грабовского никогда не могли быть реализованы.

В октябре 1925 года работа была завершена. Конструкторам удалось объединить в едином решении все новейшие достижения радиоэлектроники, как известные к середине двадцатых годов, так и предложенные изобретателями впервые.

ПАТЕНТ № 5592

Телевизионная система имела все основные элементы современных устройств (илл. 235). Совершенная система разверток электронного луча работала при помощи синусоидальных электрических полей (в отличие от пилообразных, характерных для современных конструкций), а вертикальное отклонение имело частоту, меньше частоты горизонтального отклонения в отношении 1:100. Другими словами, изображение формировалось сотней строк, в отличие от тридцати в механическом телевидении, то есть четкость была втрое больше. Поток электронов, сжатый фокусирующей катушкой в тонкий луч, двигался по фотослою передающей и люминофору приемной трубок, оставляя светящиеся зигзагообразные следы в виде прямоугольного растра размером 80x80 миллиметров. В отличие от схем Б.Л. Розинга луч в приемной трубке модулировался управляющей сеткой, как в электронной лампе. Синхронизация строилась на основе жесткой связи строчной и кадровой частот, а один из способов предусматривал, как и теперь, запуск генераторов от специального импульса, передаваемого на основной волне передатчика.

Коммутация луча в передатчике велась со стороны фотослоя, нанесенного на подложку из серебра. Изображение проектировалось объективом ка-фотослой, а в поздних вариантах – вогнутым зеркалом, имеющим в середине отверстие для колбы трубки. Б.Л. Розингу принадлежит окончательная корректировка документации на такую трубку. Это произошло несколько позже, в 1927 году.

В конце 1925 года Б.П.Грабовский подал заявку на изобретение, позже оформленную как знаменитый патент № 5592 (илл. 236). Изготовление вакуумных приборов самим изобретателям было не под силу. Они едут в Ленинград на электровакуумный завод «Светлана» и к Б.Л. Розингу.