Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга вторая (страница 53)

Но в эту простенькую схему не укладывалось множество фактов. Почему старшие сыновья, Герман и Вильгельм, в отличие, якобы, от Ики Зорге – младшего брата, будущего разведчика, с большим уважением относились к отцу? Почему фирма Нобелей безгранично доверяла Р. Зорге, поручая ему приобретение бурового оборудования за рубежом, полагаясь на его инженерный авторитет и производственный опыт? Чем, наконец, объяснить, что именно в России Зорге-старший стал выдающимся нефтяным специалистом, получил инженерное и научное признание?

Эти вопросы привели меня в Центральный государственный исторический архив (ЦГИА) Азербайджанской ССР и в Республиканскую научно-техническую библиотеку имени Ахундова в Баку. Удалось ознакомиться с фондами «Бакинского отдела Товарищества нефтяного производства бр. Нобель», где сохранились страницы переписки Зорге-старшего с техническим отделом товарищества в Петербурге и его конторой в Баку[30]. А в библиотеке нашелся экземпляр книги Р. Зорге, на которую ссылался профессор Н.С. Успенский.

Выяснились факты, ускользнувшие от авторов многих прежних публикаций.

Биография Зорге-старшего изучена крайне слабо. В различных изданиях ошибочно указывается год его смерти (от действительного 1907 до 1912). Существует путаница и с правильным написанием имени. Согласно немецкой традиции, полное имя Зорге-старшего звучит как Герман Адольф Рихард Курт Зорге. В различных публикациях его называют то Адольфом, то Куртом, то Германом... К счастью, сам человек всегда лучше, чем кто-либо другой, знает свое имя: Зорге-старший все свои письма подписывал «Рихард Зорге». Вот почему Зорге-младший до тех пор, пока не стал разведчиком, называл себя Икой Рихардовичем. Под этим именем ему были оформлены документы в середине 20-х годов после приезда в Советский Союз. Поселившись в 1885 году в Баку, Зорге-старший работал на нефтепромыслах и вскоре стал владельцем небольшой механической и чугунолитейной мастерской в Сабунчах. Мастерская выполняла заказы для нефтепромышленников, в том числе для предприятий фирмы бр. Нобель. Рядом с мастерскими у Соленого озера семья имела собственный дом, сохранившийся и поныне. Эпидемия холеры унесла супругу Зорге-старшего. Женитьба на русской женщине Нине Кобелевой увеличила в 1895 году семью инженера на одного человека: родился Ика Зорге – будущий разведчик.

Рихард Зорге (илл. 315) работал в Баку около 13 лет. В 1898-м он с семьей возвратился в Германию, поселившись в одном из юго-западных пригородов Берлина. Однако связи с нефтяным Баку не оборвались. Товарищество перед отъездом Зорге из России заключило с ним долгосрочный договор. О содержании его свидетельствует одно из писем самого Гебриеля Нобеля: «В согласии с договором, заключенным с Вами в мае 1898 года, Вы взяли на себя обязанности технического консультанта по бакинским нефтяным предприятиям. В дополнение к достигнутой договоренности Вы наделяетесь особыми полномочиями по наблюдению за всеми новинками мировой техники по нефтяному бурению, освоению скважин и эксплуатации нефтяных месторождений. На правах полномочного представителя Вам вменяется в обязанность посещать фабрики и от нашего имени выполнять заказы, покупку оборудования, новой аппаратуры и инструментов» (илл. 316).

В письмах инженер Р. Зорге неоднократно описывает свои встречи с известным немецким специалистом Альбертом Фауком, изобретателем обратной промывки скважины при бурении, когда промывочная жидкость закачивается не в бурильные трубы, как обычно, а в затрубное пространство. Рихард Зорге до конца жизни активно пропагандировал обратный способ промывки и впервые в мире дал инженерное его обоснование. Бурение с промывкой, в отличие от господствовавшего тогда так называемого «канадского», или «сухого», способа бурения – тема постоянных рекомендаций товариществу бр. Нобель.

Инженер неоднократно посещал заводы А. Фаука и нефтепромыслы в Галиции (современная территория Львовской и Ивано-Франковской областей), участвовал в испытаниях новейших образцов буровой техники. В сентябре 1899 года в Бориславе (Галиция), где Фаук имел свои нефтепромыслы, прошел международный съезд буровых техников, Р. Зорге выступил там с докладом.

Он – участник 21-го международного конгресса горных инженеров и буровиков-техников в Гамбурге (сентябрь 1907 г.) и в том же году – нефтяного конгресса в Бухаресте. Это за несколько месяцев до своей кончины! Как инженер, он хорошо знал польский и румынский нефтяной опыт, бывал в Прахове – одном из центров нефтяной промышленности Румынии.

Особо следует сказать о последнем труде – монографии Р. Зорге, опубликованной в 1908 году на немецком языке в Берлине. Любопытна судьба книги. Многогранная работа инженера и ученого – поездки, наблюдения, обобщение мирового нефтяного опыта – отражалась в записках и рукописях. Смерть помешала ученому завершить итоговую монографию. Работу по изданию книги в память об отце взял на себя средний сын Герман.

Книга называется «Исследования по технике глубокого бурения с промывкой на нефтяных промыслах». Открывается она портретом автора. Объем монографии – 160 страниц, много чертежей, рисунков, схем, ссылок на предшествующие исследования и работы классиков гидромеханики. Научный уровень книги необыкновенно высок. Автор почти не затрагивает описательную сторону техники бурения. Главное для него – методика инженерных расчетов, доведенная до четкого и понятного прикладного уровня и содержания. Не ограничиваясь теоретическими разработками, Р. Зорге приводит экспериментальные исследования, проведенные молодыми специалистами в отделе шахт немецкого нефтяного общества. Насколько необычным было содержание этого труда, можно судить из того редкого факта, что профессор Н.С. Успенский в своей книге полностью поместил перевод на русский язык отдельных наиболее важных разделов.

Исследования скважинной гидравлики и обстоятельное описание опыта русского бурения в Баку, Грозном, Галиции были признаны современниками, а Зорге стал одним из крупнейших знатоков бурения.

Несколько слов о Германе Зорге, опубликовавшем книгу своего отца. Он имел профессорское звание, в годы второй мировой войны пережил арест гестапо и тюремное заключение. Скончался в 1948 году, пережив младшего брата на четыре года.

Традиционный вопрос тех, кто изучал жизнь и деятельность Ики Рихардовича Зорге-разведчика: «Кто вы, доктор Зорге?» – в полной мере можно адресовать и его отцу. С инженером Рихардом Зорге произошел нечастый в истории науки случай: современники ценили заслуги ученого, а последующие поколения – забыли. Чаще бывает наоборот...

Еще многое предстоит выяснить, но уже теперь можно сказать, что Рихард Зорге-старший стал в России, а затем в Европе признанным специалистом-нефтяником, ученым-новатором, до последних дней своей жизни активно участвовавшим в развитии передовой техники и технологии бурения нефтяных и газовых скважин (илл. 317).

Категоричность и крайние суждения в оценке людей нередко страдают необъективностью. Так случилось и с Р. Зорге-старшим. Не зная ни точного имени, ни проверенной даты смерти и уж совершенно не представляя себе инженерную сторону деятельности Зорге-старшего, некоторые писатели по-журналистски, наскоком упрятали его в «бюргеры» и дали нашему читателю крайне искаженный портрет выдающегося горного инженера.

В литературе фигурирует неблагоприятный отзыв Зорге-младшего о своем отце, но при этом забывается, что к моменту его смерти, последовавшей в 1907 году, сыну не исполнилось и одиннадцати лет... Впрочем, уместно напомнить и другую оценку, которую дал Ика Зорге много позже: «... Семья моего отца является известным образом семьей ученых со старыми революционными традициями». Здесь он имел в виду прежде всего своего деда Фридриха Альберта Адольфа Зорге (1898–1906 гг.) – видного деятеля международного рабочего и коммунистического движения, соратника Маркса и Энгельса.

Заставляет размышлять еще одно обстоятельство. Р. Зорге-старший находился в дружественных отношениях с бакинским нефтепромышленником А.М. Бенкендорфом – владельцем фирмы «Бенкердорф и К°». Подобно Савве Морозову в России, А. Бенкендорф отошел от дел и настолько сблизился с либеральными кругами, что помогал им материально, а позже, по преданию, сочувственно относился к работе типографии «Нина» и был неплохо о ней информирован. По свидетельству Д.И. Менделеева, посетившего в конце прошлого столетия нефтепромыслы Бенкендорфа, условия труда рабочих на них были более благоприятными, чем у других капиталистов. Такая репутация А. Бенкендорфа определенным образом характеризует и его знакомых. Р. Зорге старший, глава большого семейства, в деловых интересах, заботясь о благополучии семьи, старался выглядеть истинным предпринимателем, пряча от постороннего глаза то, что впиталось им с детства от Ф. Зорге в Америке, от встреч с Энгельсом в Лондоне, и не могло не повлиять на его убеждения. Залог тому – судьбы всех его сыновей.

Нефтяной Баку хранит память о сыне и отце Зорге. В Сабунчах, во 2-м переулке Осипяна, в доме 2-г (до революции – ул. Вотана, 671), где проживала семья Зорге, открыт музей. В центре города в 1981 году сооружен спорный в архитектурном, но весьма совершенный в инженерном исполнении памятник Зорге-разведчику. На улице Кагарманова, 7 (бывшая Мариинская), недалеко от Приморского бульвара, сохранилась вывеска, вход и помещения на первом этаже бывшей метизной лавки братьев Зорге («Магазин метизов»), А на фасаде одного из старинных бакинских домов до сих пор видно выцветшее рекламное объявление конца прошлого столетия: «Зорге предлагает кровельное железо из Ревеля». Сохранились здания бывшего метизного завода «Бр. Зорге» в центре Баку неподалеку от набережной.