Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга вторая (страница 2)
К этой семье относился и наш замечательный земляк И.Я. Словцов – директор и основатель реального училища.
Многие из Словцовых, выходцев из Великого Устюга, принадлежали к церковному сословию. В те годы, а это середина XIX века, служители церкви считались одной из самых образованных прослоек русского общества.
Таким был и Василий Петрович Словцов (илл. 220), уроженец села Лялинского Верхотурского уезда, приехавший в Турьинские рудники молодым священником в 1868 году после окончания Пермской духовной семинарии. Он поселился по соседству с семьей Поповых и с первых же дней зачастил к ним в дом. Поповым пришелся по душе серьезный, деловитый, с разносторонними знаниями молодой человек с открытым большим лбом, умным взглядом, со статной фигурой. Не могла остаться равнодушной к нему и старшая сестра А.С. Попова Екатерина. Вскоре она стала женой В.П. Словцова, и, таким образом, обе семьи породнились.
В.П. Словцов был мастером на все руки, что вообще традиционно для Словцовых. Он оказал заметное, возможно, решающее влияние на развитие молодого Александра Попова. Саша научился у него столярному, плотницкому и токарному делу, совершал с ним прогулки на природу, участвовал в беседах Словцова с местными горными инженерами и металлургами Богословского завода. В.П. Словцов познакомил юношу с научно-технической литературой, с основами электричества и телеграфии. Все дни, свободные от школы, молодой А.С. Попов проводил в мастерской своего учителя, мастерил макеты ветряных и водяных мельниц, электрические звонки с самодельными батареями и будильники.
Девизу наставника – «Начинай головой, кончай руками» – А.С. Попов следовал всю свою последующую жизнь ученого-экспериментатора.
Сокурсник по Санкт-Петербургскому университету Ф.Я. Капустин, в будущем профессор Томского университета, племянник Д.И. Менделеева и коллега А.С. Попова по Красноярской экспедиции, опубликовал часть своей переписки с А.С. Поповым. Из нее следует, что в мастерской В.П. Словцова А.С. Попов, по совету наставника, как-то соорудил электрический будильник из обычных часов-ходиков с гирей и цепью. Прибор работал надежно, кроме летних месяцев. В грозу, например, звонок по непонятным причинам включался в самое неожиданное время либо, наоборот, не звонил в заданное: устройство «капризничало». Много позже, уже в Кронштадте, после радиоопытов А.С. Попов понял, что цепочка часов, выполнявшая в конструкции роль одного из проводников электрической батареи, работала как многоконтактный детектор электромагнитных колебаний, источником которых была гроза, чутко реагирующий на грозовой разряд. Звонок уже тогда выполнял роль «грозоотметчика». Сама природа (верующие сказали бы провидение!) настойчиво добивалась, чтобы первооткрытие радио непременно принадлежало А.С. Попову! Пример, свидетельствующий о том, «как часто мысли человека в зрелом возрасте определяются впечатлениями детства и юности» (слова Ф.Я. Капустина). Кстати, Ф.Я. Капустин был женат на одной из сестер А.С. Попова. Таким образом, семьи наших земляков А.С. Попова и Д.И. Менделеева породнились: каких только переплетений не бывает в человеческих судьбах!
Как видим, с детских лет, благодаря Словцову, ум ребенка был подготовлен к будущему открытию. Когда пришло время отъезда на учебу сначала в Долматово. а потом в Пермь в ту же семинарию, которую ранее закончил В.П. Словцов, Саша Попов со слезами расставался со своим другом и наставником, а каникулярное время больше проводил в доме Словцова, чем в родительском. Почти в каждом письме домой он передавал поклон Василию Петровичу.
В журнале «Телеграфия и телефония без проводов», №20 за 1923 год, были опубликованы воспоминания об А.С. Попове 80-летнего В.П. Словцова за полгода до его кончины. Учитель пережил своего ученика на целых 17 лет... В.П. Словцов вспоминал, что родители ученого из-за своей бедности смогли дать достаточное образование только своему старшему сыну Рафаилу. Тот. работая в издательстве Суворина, помогал брату Александру и двум своим сестрам получить высшее образование в столице России. Все студенческие каникулы А.С. Попов также проводил в мастерской В.П. Словцова. Наставник рассказывал А С. Попову о подробностях жизни многочисленной семьи Словцовых.
В.П. Словцов (1844–1924 гг.) последние годы жизни провел в Екатеринбурге, там и похоронен. Могила, благодаря заботам его внучки М.В. Словцовой-Гуляевой (род. в 1924 г.), сохранилась до нашего времени. Маргарита Владимировна – уроженка Екатеринбурга, многие годы хранит память о семье Словцовых и Поповых, составила и опубликовала материалы о родословной А.С. Попова. Она – одна из основателей музея радио в Екатеринбурге, в доме родственников А.С. Попова – П.И. Левитского и М.С. Поповой-Левитской. Не однажды была в Тюмени как участник Словцовских чтений, посещала музей истории науки и техники Зауралья. Живет в Подмосковье. Многие годы мы поддерживаем с ней дружественную переписку.
В ПОГОНЕ ЗА КОРОНОЙ
После окончания Санкт-Петербургского университета в 1893 году А.С. Попов получил приглашение из Кронштадта, где устроился на работу преподавателем Минных офицерских классов. Выбор места работы определился из самых простых рассуждений: Минные офицерские классы, принадлежавшие военному морскому ведомству, были в России наиболее богато оснащенными физическими приборами. Благодаря такому решению А.С. Попова Кронштадт навеки стал родиной радио.
Будучи постоянным участником и докладчиком на заседаниях Русского физико-химического общества в Петербурге, А.С. Попов в течение нескольких лет завоевал немалый авторитет в столичных научных кругах. Это обстоятельство послужило поводом для приглашения А.С. Попова летом 1887 года в Красноярскую экспедицию.
Необходимость в такой экспедиции была вызвана тем, что в этом году на территории России должно было наблюдаться полное солнечное затмение. Физико-химическое общество снарядило экспедицию в Красноярск – город в Сибири, где по прогнозу условия наблюдения за солнечной короной должны были быть наиболее благоприятными. В состав экспедиции, вместе с Поповым, вошли семь человек. Интересно, что все без исключения участники этой экспедиции в будущем стали известными русскими учеными: Ф.Я. Капустин, А.И. Садовский, Н.Н. Хамантов, Г. А. Любославский, А.В. Вульф и М.А. Шателен (илл. 221). А.С. Попов был заядлым фотолюбителем и тщательно готовился к экспедиции.
Будучи опытным специалистом по фототехнике, он сконструировал специальное устройство – фотометр для съемки солнечной короны в тот краткий момент, когда диск Луны полностью перекрывает Солнце.
Он же отвечал в экспедиции за все остальные фотометрические измерения с помощью зеркального телескопа Фуко с четырехдюймовым объективом.
Все снимки в Красноярске были сделаны им.
Как рассказывали участники экспедиции, А.С. Попов, обладавший спокойным нравом, скромностью, усидчивостью и находчивостью, пользовался всеобщей симпатией. 26 июня 1887 года экспедиция с 70-пудовым грузом выехала по железной дороге из Петербурга в Нижний Новгород. Пароходом ее участники добрались до Перми, а затем по горнозаводской ветке через Нижний Тагил и Екатеринбург А.С. Попов с товарищами прибыл в Тюмень. Дальнейший путь до Красноярска продолжался по рекам до Томска, а далее на перекладных по Сибирскому большаку.
Участники экспедиции благополучно приехали в Красноярск 20 июля. Несмотря на капризы природы, наблюдения солнечного затмения 7(19) августа были в целом удачными. Работу научной группы охраняла от посторонних рота солдат, окруживших цепью вершину горы с часовней.
Присутствовавший при затмении художник-сибиряк В.П. Суриков был потрясен открывшимся перед ним зрелищем: «Увидел – точно на том свете побывал. Это нечто апостольское, апокалипсическое, это смерть, ультрафиолетовая смерть!». Приготовленный было планшет для эскиза был отброшен, а хладнокровное наблюдение ученых удивило его еще больше. Только тот, кто хоть однажды видел вспышку солнечной короны в момент полного перекрытия диска светила, может по-настоящему оценить слова великого художника.
Заметим, что в Тюмени, Туринске, Ирбите и Тобольске условия наблюдения полного солнечного затмения оказались более благоприятными, чем в Красноярске. Так что в принципе Красноярскую экспедицию можно было ограничить Тюменью. В истории наук она могла бы войти как Тюменская. Увы!
Вот как освещала ход затмения в Тобольске газета «Тобольские губернские ведомости» от 9 августа 1887 года: «В пятницу 7 августа жители Тобольска имели случай наблюдать полное солнечное затмение. День выдался самый удобный для наблюдения: было ясно и тихо и притом было видно утром, когда уже Солнце было достаточно высоко над горизонтом так, что все жители города, старый и малый, могли любоваться редким явлением.
Ровно в 8 часов и 1 минуту край Солнца, в первой верхней четверти его, обрезался и мало-помалу черный диск Луны стал надвигаться на Солнце. Температура в это время была 22 градуса по Реомюру... В 8 часов 30 минут половина Солнца была закрыта и небо начало темнеть, хотя на земле не было видно тени. Освещение сильно изменилось. Термометр понизился на один градус. В 9 часов тень Луны стала быстро спускаться на землю, город и горизонт были освещены странным светом, как бы во время грозы, на горизонте внезапно появилась розовая заря и сделалось так темно, что свет от свечи давал тень. Температура упала до 11 градусов, стало холодно, сыро и подул легкий северо-восточный ветер.