Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга третья (страница 93)
Когда я учился в школе, изучение творчества Д.Н. Мамина-Сибиряка в программу отечественной литературы, к сожалению, не входило. Случайное знакомство с «Аленушкиными сказками» и «Рассказами охотника» писателя в поселковой библиотеке впервые открыло мне глаза на грани его таланта. Мы, школьники, жившие рядом с Висимом, и представления не имели, что все описанное Маминым-Сибиряком происходило тут же, в наших местах. Знаменитый Емеля-охотник бродил с ружьем по тем же тропинкам, по которым мы не раз проходили, да и сам Емеля имел живой прототип из Висима. Даже комары из «Аленушкиных сказок» были те же, что донимали нас каждое лето. Печально, что наши школьные учителя литературы не только не подсказали нам имя знаменитого земляка и названия его произведений, но, скорее всего, и сами не знали о причастности писателя к нашим местам.
С 1959 года поселок Висим располагает музеем памяти Д.Н. Мамина-Сибиряка. В музее бережно хранится все, что связано с жизнью и деятельностью певца Урала. Напротив родительского дома установлен памятник писателю (1962). На нем надпись: «Великому земляку». Его имя носит драматический театр в Нижнем Тагиле. В Екатеринбурге также есть музей Мамина-Сибиряка, а в нише стены старого здания библиотеки имени Белинского с середины 1910-х годов установлен бюст (илл. 455). Помнит своего выпускника и здание бывшей духовной семинарии в Перми (илл. 456). В 1980-х годах я выписывал газету «Советское Зауралье» из соседнего Кургана. В одном из ее номеров за июнь 1985 года с удовольствием и, пожалуй, удивлением прочел стихи поэта А. Виноградова «Висим (из уральской тетради)». Автору удалось посетить родину Мамина-Сибиряка. Свои дорожные впечатления от поездки мимо Черноисточинска в Висим он талантливо описал следующим образом (даю отрывок).
Изучение сложной родословной семьи Маминых показывает теснейшую ее причастность к Тобольскому краю. Предки Маминых происходили из деревни Маминой Камышловской слободы. Дед Матвей Петрович – коренной екатеринбуржец, в городе прошло его детство. В юные годы он был отдан в Тобольскую духовную семинарию – первое на Урале высшее учебное заведение для подготовки служителей культа. С 1825 года служил дьяконом в Екатеринбурге. Здесь в 1827 году родился отец Дмитрия Мамина – будущего писателя, Наркис Матвеевич. Мать Анна Семеновна, в девичестве Стефанова, по происхождению имела отношение к плененному во времена Петра Великого шведу Воинсвенскому. Когда в 1722 году В.Н. Татищев побывал в Тобольске, он отобрал из пленных шведов горных мастеров, среди которых был и прадед Мамина-Сибиряка. Почти все Мамины и Воинсвенские пошли по церковному делу. О своем отце Д.Н. Мамин-Сибиряк говорил: «Если могли быть хорошие священники, то папа был одним из них». А вот выдержка из письма на имя матери, отправленного молодым Маминым в октябре 1882 года. «Бесконечно благодарен, мама, тебе и покойному папе за то воспитание, которое я получил, за эту обстановку, трезвую, трудящуюся, честную, в которой вырос».
Малая известность среди школьников ожидала и другого замечательного писателя из Нижнего Тагила А.П. Бондина, в тридцатые годы обласканного самим А.М. Горьким. В городе на берегу пруда работает музей Бондина в доме, в котором он жил до своей кончины в 1939 году. Сборник охотничьих рассказов Бондина «В лесу» написан сочным языком и с чисто уральским юмором. Со сборником меня еще в детстве познакомили мои родители. Рассказы я перечитывал множество раз. Описания природы окрестностей Нижнего Тагила, а это моя родина, и быта заводских рабочих семей постоянно напоминают мне Средний Урал, в какой-то мере смягчающие ностальгические чувства по родному краю и по ушедшим временам.
Из Висима приехал к нам в Тюмень в конце XIX столетия знаменитый тюменский фотограф Т.К. Огибенин. Он оставил заметный след в истории светолетописи города Тюмени: снимки, видовые почтовые открытки, фотоиллюстрации в старинных книгах. Уроженец Тюмени, знаток платинового дела геолог Н.К. Высоцкий (1864–1932, илл. 457 и 458) многие годы посвятил свое научное творчество изучению закономерностей распределения платиновых россыпей. Он работал в окрестностях Черноисточинска по долинам рек Висим, Мартьян (илл. 459), Сулем, Тагил и их притоков. В архиве Высоцкого и в его книгах о геологии платины, известных во всем мире, хранятся фотографии, физические и геологические карты этого благодатного уголка Урала, известного под названием Белых и Веселых Гор. Карты составлены в начале минувшего века самим Высоцким.
Посмотрите на карту этих гор (цвет, илл. 460). Кажется, сама природа позаботилась о том, чтобы в сравнительной близости от высокоразвитого Нижнетагильского промышленного района сохранился этот заповедный уголок природы. Он ограничен с востока рекой Тагил, текущей в меридиональном направлении. С запада, также почти на север, несет свои воды знаменитая Чусовая. В кругообразной долине между гор разместился огромный Черноисточинский пруд размером 4,7x8,3 километра со скалистыми и заросшими лесом островами (илл. 461). Пруд – не природное образование, его создал в середине XIX столетия местный умелец-гидротехник из крепостных К.К. Ушков (1783–1859). К этому имени я еще вернусь. На северном берегу пруда находится исток реки Черной с поселком, объединившим в своем имени название реки и ее истока. В юго-западном углу карты на слиянии рек Шайтанки и Висима приютился Висимо-Шайтанский завод или просто – Висим. На северо-востоке в 20 километрах от Черноисточинска расположен Нижний Тагил с его многовековыми производственными, научными и культурными традициями. Город на западной его окраине от станции Кедун-Быково (до революции – Узловая) через Черноисточинск связан с Висимом и Висимо-Уткинском на реке Чусовая узкоколейной железной дорогой. Она была построена владельцами металлургических заводов Нижнего Тагила в 1880-х годах и предназначалась для перевозки железных изделий к пристаням на Чусовой. Далее грузы переправлялись через Пермь и Каму в Центральную Россию. Этим же путем, кстати, молодой Д.Н. Мамин (еще только Мамин!) отправился на учебу в Пермь. Наконец, с юга район ограничен сравнительно молодым поселком Левиха, городом Кировградом и поселением Верхний Тагил с примыкающими к нему Веселыми Горами убежищу старообрядцев с их скитами в XVII – XVIII веках (горы Старик-Камень, высота 732 метра, Рябиновая, Шайтан).
Местность гористая, высота местных вершин под названиями Абрамиха, Острая и Юрьева гора, Ермаковая, Широкая и др. достигает 250 – 750 метров. Одна из самых высокая гор – Белая (712 метров) дала название горной цепи, протянувшейся по меридиану. В отдельные годы с прохладным летом на ее вершине круглый год сохраняется снег. Отсюда и произошло название горы. Цепь упомянутых гор служит не только водоразделом бассейнов рек Тагила и Чусовой, но и границей двух континентов – Европы и Азии. На перевале по грунтовой дороге между Черноисточинском и Висимом установлен соответствующий монумент (илл. 462). Фотография сделана осенью 1976 года.
Черноисточинский завод основан Акинфием Демидовым в 1726 году. Завод объединял три предприятия. Кроме Черноисточинского в его состав входили соседние цеха Авроринского и Антоновского заводов. Первое упоминание о заводе в печати появилось в знаменитой книге В.И.-де-Геннина «Описание уральских и сибирских заводов» (1734) с приложением плана завода и запруды. На первоначальном поселении здесь были выходцы-старообрядцы из Устюга и Нижнего Новгорода, Семенова на реке Кержень, Сольвычегодска, Костромы и Галича. На восточную окраину России за Урал приверженцы старой веры переправлялись потаенными дорогами. Уральские заводчики, включая Демидова, охотно брали на работу этих беглецов. Они были надежными и отличными работниками («радетельны в заводской работе»), имели склонность к поискам всевозможных полезных ископаемых. Все заводское дело на Урале поставлено руками староверов-кержаков. Благодаря их аскетизму уральские заводчики накапливали первоначальный капитал, не прибегая к традиционному, например, для США, способу получения наживы ограблением. По преданию на озере Черном, предшественнике Черноисточинского пруда, на острове Сосновом стоял дом Никиты Демидова. В нем Демидов проживал во время посещений Черноисточинска. Позднее дом перенесли в Нижний Тагил. Необычные для местных лесов тополя и остатки каменного фундамента, поросшего крапивой, сохранились на острове до нашего времени. В середине XIX столетия в поселке появилась православная община из переселенцев из Тулы и Чернигова. В 1862 году они построили каменную церковь.