Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга третья (страница 27)
Павильон до сих пор экспонируется в картинной галерее Екатеринбурга. Надо полагать, фрагменты павильона были показаны Менделееву при осмотре музея отливок в одном из цехов Кыштымского завода.
Несколько слов о заблуждении, которое время от времени поддерживается в ряде публикаций о Д.И. Менделееве. Подробное описание каслинских изделий и состояние заводских дел в самих Каслях, предпринятое Д.И. Менделеевым в своей книге, дало повод отдельным исследователям считать, что ученый бывал в Каслях, отдаленных от Кыштыма более чем на тридцать километров. Менделеев и его спутники в Каслях не были. Подробные сведения о заводе были получены от управляющего П.М. Карпинского, которому, кроме Кыштымского, были подчинены еще несколько заводов, в том числе в Каслях.
Краеведческий музей Кыштыма разместился в «Белом» доме на первом этаже в тех самых комнатах, которые когда-то посетил Д.И. Менделеев. Стенды музея отражают это событие, а у входа в «Белый» дом висит мемориальная мраморная доска с надписью, выведенной позолоченными буквами: «В этом доме в августе 1899 года жил великий ученый Менделеев Дмитрий Иванович». Жаль только, с учетом перевода дат на новый стиль авторы текста почему-то решили 28 июля нового стиля (15 июля – старого) отнести к августу месяцу...(?). Кстати, в Верхнем Уфалее на здании заводского Дворца культуры также висит мемориальная доска с надписью следующего содержания: «Дмитрий Иванович Менделеев – великий русский ученый, в июне 1899 года посетил металлургический завод с целью изучения Уфалейской «железной» промышленности». Здесь другая ошибка в датах – уже июнь, хотя разница во времени при посещении Д.И. Менделеевым Уфалея и Кыштыма – одни сутки!
На Южном Урале немало сделано для сохранения почтительной памяти о величайшем русском ученом. Например, краеведческий музей Челябинска имеет чугунную цепочку для часов, которой любовался Дмитрий Иванович при посещении Кыштыма; в отделе редких книг библиотеки Челябинского педагогического института хранятся книги Д.И. Менделеева (прижизненные издания); именем Менделеева названа улица в Златоусте; Южно-Уральское книжное издательство выпустило немало книг краеведческого содержания с упоминанием имени Дмитрия Ивановича (К. Шишов. Наследие отчего дома; И. Пешкова. Искусство каслинских мастеров и др.). Периодическая печать Челябинска и других городов области постоянно связывает те или иные события истории южно-уральского края с Д.И. Менделеевым. Город Челябинск может гордиться тем, что в нем многие годы жил и трудился дальний родственник великого ученого Г.А. Менделеев (1908–1983).
Длительная поездка по Уралу, продолжавшаяся до Кыштыма целый месяц, подорвала здоровье Дмитрия Ивановича, и Павел Михайлович Карпинский – заботливый хозяин – предложил провести отдых на загородной Ближней даче (до 1917 года – Мариинской), стоящей на берегу озера. Уральская природа, старинный парк, благоустроенные спуски к воде, уникальнейшая оранжерея, чудесный воздух соснового бора– – все это оставило неизгладимое впечатление в памяти Д.И. Менделеева, несмотря на то, что в Кыштыме и на Ближней даче он был всего одни сутки.
Кыштымская дача около заводского пруда или, как ее назвал Д.И. Менделеев в своей книге, «дача в трех верстах», была сооружена в середине XIX века на окраине соснового бора и названа в честь одной из царствующих особ Мариинской. При даче разбили парк и выстроили оранжерею. Садовником назначили Ефима Ходова, отличившегося в обустройстве роскошного парка при Харитоновском доме в Екатеринбурге. В оранжерее выращивали цветы, успехи садоводов стали известны далеко за пределами Кыштыма. После назначения управляющим заводами П.М. Карпинский перестроил дачу на свой лад и сделал ее образцовой (илл. 138).
Здесь-то под присмотром врача заводского госпиталя А.Н. Бухвостова и отдыхал Д.И. Менделеев.
Несмотря на серьезные разрушения и грабеж, которым подверглась дача в годы гражданской войны (особенно пострадало здание оранжереи), Ближняя дача была восстановлена (илл. 139). В разные годы здесь размещались Дом отдыха и больница – учреждения весьма бедные в финансовом отношении. К настоящему времени деревянное здание самой дачи, в которой отдыхал Д.И. Менделеев, пришло в ветхость. Запущенный сад, с трудом угадываемые липовые и лиственные аллеи, заросшие кустарником и молодыми березками, обвалившаяся лестница, взорванная в годы гражданской войны и с тех пор не восстановленная, грязная дорога перед дачей, заболоченный берег пруда – вот современный вид Ближней дачи: остатки былой роскоши.
Разрушена веранда, заросли дорожки, спускающиеся к воде, а в оранжерее осталась лишь центральная часть здания, в которой еще угадываются ее былые очертания с нарядной облицовкой кирпичных стен. В деревянном помещении дачи сохранились старинные наличники окон и дверей, деревянная винтовая лестница на второй этаж, где размещался Д.И. Менделеев (илл. 140).
Перечисленный комплекс памятных мест, связанных с пребыванием Д.И. Менделеева в Кыштыме, заслуживает и внимания, и охраны, а если говорить о Ближней даче, то скорейшего восстановления, пока еще что-то там сохранилось.
К сожалению, многое уже утрачено и, видимо, навсегда. Старейший краевед Кыштыма, бессменный руководитель музея механического завода И.П. Устинов в беседе со мной как-то вспомнил, что у него долгое время хранилась групповая фотография с присутствием на ней Д.И. Менделеева, сделанная во время посещения им Кыштыма. Сейчас фотография бесследно исчезла.
На страницах центральных газет не прекращаются дискуссии о незавидной судьбе подмосковной усадьбы Д.И. Менделеева в Боблово близ г. Клина. Бесплодные споры идут уже много лет, и в результате в Боблово восстанавливать уже нечего: все разрушилось, надо все воссоздавать и строить заново по старым фотографиям. Кыштымцы и челябинцы находятся в лучших условиях – восстанавливать еще есть что. Может быть, не стоит на сей раз брать пример с двух столиц – старой и новой – и с опережением заняться восстановлением «уральского Боблово»? Смогли же тракторозаводцы из Челябинска сделать образцовой в Кыштыме Дальнюю дачу!
В шестидесятые годы в «Белом» доме размещалась школа рабочей молодежи. В одном из классов первого этажа висела таблица периодических элементов Д.И. Менделеева. Ни учительница химии, ни ученики и не подозревали тогда, что изучают химию в помещении, в котором когда-то бывал сам создатель периодического закона... Вот к каким просчетам в воспитании молодежи можно прийти, если недооценивать историю Отечества!
Помнят Д.И. Менделеева вокзальные стены Кыштыма. На одном из железнодорожных станционных тупиков ждал своего хозяина вагон экспедиции. Много добрых слов сказал Д.И. Менделеев о музее Кыштымского завода с образцами каслинского литья (ныне – транспортный цех машзавода). Дмитрий Иванович с восхищением осматривал и другое литье – декоративную чугунную решетку у входа в завод, сохранившуюся и поныне (илл. 141). Не символично ли, что Ленинградский педагогический институт, который когда-то закончил Д.И. Менделеев, в годы Великой Отечественной войны на два года был эвакуирован в Кыштым и частично размещался в «Белом» доме?
Местные краеведы почти полностью восстановили на городском кладбище памятник на могиле статского советника П.М. Карпинского, о котором в народе до сих пор живут самые добрые воспоминания. Хорошим словом вспоминают и о М.Г. и В.Г. Дружининых – совладельцах завода. Д.И. Менделеев охотно воспользовался в книге многими фотографиями В.Г. Дружинина, оставившего солидную подборку фотографий Кыштыма и его окрестностей конца XIX века. Дружинин увлекался археологией, организовал раскопки древностей на берегу озера Иртяш. Все найденные предметы старины были переданы В.Г. Дружининым в государственный исторический музей. Другой из наследников М.Г. Дружинин после кончины П.М. Карпинского опубликовал в «Горном журнале» в 1908 году статью о нем. В доброжелательном и сочувственном тоне автор описал весь трудовой путь русского горного инженера на заводах Урала, в том числе в Кушве, Нижнеисетске, в Березовских золотых рудниках, в Сысерти, Нязепетровске и Богословске.
Несмотря на заботливый уход за высоким гостем со стороны П.М. Карпинского, к концу пребывания в Кыштыме после осмотра завода Д.И. Менделеев почувствовал недомогание, а поздним вечером, сразу же после отхода поезда в Челябинск, у него началось кровохарканье: не помог сосновый воздух на Ближней даче, столь настойчиво рекомендованный П.М. Карпинским, страдавшим туберкулезом легких (обоим, кстати, оставалось всего лишь 8 лет жизни; они скончались в 1907 году почти одновременно). С трудом 65-летний Менделеев переносил и сухую жаркую погоду: континентальный климат оказался не для старого петербуржца. Словом, по его собственному признанию, «сил продолжать заезды, возобновлять тревоги, с ними неизбежные», уже не осталось. Ночь прошла в мучительных раздумьях о дальнейших планах поездки по намеченным маршрутам на гору Магнитную, в Саткинский, Миасский, Бакальский, Катав-Ивановский и Златоустовский заводы.
АДМИРАЛ С.О. МАКАРОВ В ФИЛОКАРТИИ
Адмирал Степан Осипович Макаров (1849–1904) в истории науки и техники России не менее популярен, чем его современник Д.И. Менделеев. Судьбы этих двух гениальных сынов России не однажды пересекались на тропах науки. Как и уроженец Тобольска Менделеев, Макаров знал и посещал этот город, бывал в Тюмени, проявлял заботу о прокладке Северного морского пути вне зависимости от погоды и времени года. После Ф.Ф. Ушакова, П.С. Нахимова и М.П. Лазарева он считается самым крупным военно-морским деятелем и флотоводцем. Неслучайно англичане называли его «русским Нельсоном». Адмирал был мореплавателем-исследователем, океанографом, теоретиком кораблестроения и кругосветным путешественником. Он автор статей и книг по океанологии и полярным исследованиям. За книги «Витязь» и «Тихий океан» ему присуждена премия Академии наук и Большая золотая медаль Географического общества. Имя С.О. Макарова увековечено в семнадцати названиях на географической карте мира, ему установлены памятники в Кронштадте, Николаеве, на чукотском берегу пролива Сенявина. О Макарове написано немало книг, статей и даже пьес. Но есть еще одна сторона публикаций, оставшаяся без внимания и обобщения исследователями творчества и жизни флотоводца. Это художественные почтовые открытки с портретами адмирала и с показом его деятельности в обороне Порт-Артура во время русско-японской войны 1904 года. Не забыт С.О. Макаров и в российской филателии.